ЧВК «Вольные стрелки». СВО в Африке

Хоть местный олигарх и жил далековато от своей исторической родины, но связи с ЮАР поддерживал и активно сотрудничал с тамошними спецслужбами. Собственно, если бы не эта особенность, то меня бы здесь не было. А так, чтобы моему отряду можно было дальше относительно безопасно существовать и работать, то надо кардинальным образом решить проблему под названием – «Рикочо и его босс».
Я все-таки дожал полковника Козлова, и он согласился, что кувалда – не самый плохой хирургический инструмент во время проведения тонкой операции. С полковником мы договорились, что я сперва внедрюсь в логово врага, пообщаюсь с боссом Рикочо, узнаю, что это за человек, круг его знакомств, и если не будет прямой угрозы моей жизни, то продолжу тянуть из него деньги. Но если будет хоть малейший намек на провал, то подаю условный сигнал, и мой отряд разносит все в пух и прах. В общем, если не получится вытащить занозу пинцетом, то вдарим кувалдой со всей дури.
По иронии судьбы Козлов даже предложил мне сделать кувалду символом своего отряда, но я отказался, а то не хотелось таких явных параллелей с «оркестром», пусть о них еще в это время и слыхом не слыхивали.
– Символ нашего отряда – рука, держащая горящий факел с разорванными кандалами на запястье на фоне африканского континента, – представил я полковнику эскиз герба нашего отряда. – Между прочим, мы себя позиционируем как борцы за свободу и равенство африканского народа и приверженцы традиционных ценностей, в том числе и в вопросах вероисповедания, так что пропаганду коммунистической идеологии лучше проводить в усеченном варианте.
– Учтем, – буркнул полковник Козлов. – Ты хотел нам показать тренировки своего отряда.
– Минутку, сейчас толкну речь перед подчиненными, проведу награждение, а заодно вручу оружие.
– Давай, только побыстрее, а то дел еще невпроворот.
Козлов был недоволен. Ну, его можно понять, мы ведь не только уничтожили охрану, сопровождавшую его машину, но и разгромили лагерь повстанцев, из которого он ехал. Получилось, правда, это совершенно случайно, и никто заранее такого не планировал.
Чак, который с честью выполнил поставленную перед ним задачу, по моему приказу покинул базу повстанцев, но пешком ему уходить было лень, поэтому он решил угнать один из «унимогов», в кузове которого стояли ящики с оружием и патронами. Чтобы скрыть свой отход, Чак провел небольшую диверсию и взорвал самодельный фугас, от которого было больше дыма, чем огня и осколков. А дальше события развивались уже без участия моего подчиненного: партизаны, вместо того чтобы организовать погоню за Чаком, принялись стрелять друг в друга, совершенно не стесняясь в выборе огневых средств. В ходе перестрелки зашарашили из РПГ во что-то взрывоопасное, произошла детонация боеприпасов, последующий пожар, потом опять детонация боеприпасов, и в итоге лагерь повстанцев перестал существовать вместе со своими обитателями.
Чак пригнал грузовик, в кузове которого было полсотни АКМ, дюжина ПКМ, столько же РПК и десяток РПГ-7 с внушительным боекомплектом ко всему этому добру. Все советские автоматы, пулеметы и гранатометы были совершенно нулевые, последний раз к ним прикасались руки укладчика на заводе в Ижевске.
– Дети мои, камрады! – обратился я к выстроенным в шеренгу подчиненным. – Господь Бог создал людей, полковник Кольт сделал их равными, а старший сержант Калашников уравнял в возможностях страны и даже континенты. А совсем скоро с помощью этих автоматов мы с вами выполним возложенную на нас Господом Богом миссию, – потрясая автоматом, восторженно и духоподъемно кричал я. – Возьмите в руки эти автоматы, – я достал из ящика АКМ, подчиненные последовали моему примеру, – вдохните этот аромат. Чувствуете, как пахнет деревом, лаком и оружейной смазкой? Это запах победы. Эти автоматы принесут нам победу! Советский автомат Калашникова – самый лучший и надежный автомат в мире. Пусть он выглядит так же, как его китайский или румынский собрат, но разница внутри огромна. Только советский АК может считаться самым надежным и верным автоматом в мире. И теперь он ваш! Поговорите с ним, подружитесь с духами, живущими внутри оружия, дайте им имя, заботьтесь о них: регулярно чистите и смазывайте автоматы. Если все сделаете правильно, то автомат Калашникова вас никогда не предаст и не подведет!
  
Выстроенные в шеренгу бойцы жадно ловили каждое мое слово, на их лицах было написано крупные буквами: «Командир, мы тебя понимаем, ты говоришь правильные слова!» Надо людям говорить то, что им близко и понятно. Глупо рассказывать правоверному мусульманину про пользу свинины, а жителя пустыни учить плавать. Вот и чернокожим африканцам, чтобы привить привычку регулярно следить и обслуживать автоматическое оружие, проще рассказать про духов, живущих внутри АК, чем долго и нудно пытаться объяснить это другим способом.
Потом я наградил Чака и еще пару бойцов, отличившихся в недавнем бою, золотыми монетами, а также разрешил всем немного выпить алкоголя. Старшим на разливе назначил Векесу, которому тут же показал норму допустимой дозы.
Мои бойцы, радостно гомоня, разобрали АКМы из открытых ящиков и с моего молчаливого согласия разошлись по разным уголкам пещеры, чтобы остаться наедине с автоматами и живущими внутри них духами.
Тренировку на сегодня я решил отменить, надо давать и послабления личному составу, пусть немного отдохнут.
– Паспарту! – подозвал я к себе помощника. – Потом перепишешь номера автоматов и внесешь данные в отчетную ведомость. Сразу предупреди всех, если хоть один автомат будет продан на сторону, лично такому идиоту вырежу печень и заставлю ее при мне сожрать.
– Слушаюсь, – козырнул мне Паспарту и скрылся в палатке в поисках журнала с поименным списком личного состава.
– Да-а, – удивленно протянул полковник Козлов, – впервые вижу такую странную процедуру выдачи оружия. Думаете, поможет.
– Конечно, – хмыкнул я, – проверено на практике, теперь они за своими автоматами будут следить лучше, чем за женами.
– Надеюсь, а то большая часть оружия, переданного нашим чернокожим братьям, обычно в первые же месяцы либо уходит на сторону, либо убивается вусмерть.
С полковником Козловым и капитаном Носовым мы пришли к общему согласию. Оба высказали желание помочь мне. И предложенные им в качестве взятки миллион долларов каждому пусть и сыграл важную, но все-таки не основную роль. Главным все-таки стимулом для полковника Козлова, а он был основным в этом тандеме, было то, что спустя сорок лет на просторах бывшего СССР опять появятся фашистские и нацистские недобитки. Такого ветеран и участник Великой Отечественной войны, который гонял по лесам бандеровцев вплоть до начала пятидесятых годов, допустить не мог. Ну а то, что оба советских военных специалиста согласились взять крупную сумму в американской валюте, так это нормально, все мы люди, все мы человеки, и ничто человеческое нам не чуждо.
Я смог нащупать тот нерв, на который надо было воздействовать, чтобы привлечь на свою сторону полковника Козлова – память о Великой Отечественной войне. Козлов – фронтовик, успевший повоевать в последние годы ВОВ, а после 9 мая 1945 года он еще несколько лет, вплоть до начала пятидесятых годов, воевал с бандеровцами на Западной Украине. Так что для него тема с возвращением нацизма на Украину была очень острой. Мне буквально пришлось ему вдалбливать в голову, что если ничего не делать, то спустя всего девять лет, то есть в 1991 году, на Украине пышным цветом расцветет бандеровщина и прочая Уна-УНСОвщина. И только предприняв ряд кардинальных мер прямо сейчас, можно как-то эту жовто-голубую чуму остановить.
Именно на бывших фронтовиков и ветеранов Великой Отечественной войны я решил опираться в реализации своего плана. Вспомнился фильм «Мимино», там, где проблемы главного героя решают именно ветераны войны, которые думали, что он сын их погибшего однополчанина. Ну а что, в начале восьмидесятых тем, кто прошел войну в молодом возрасте, было по пятьдесят пять – шестьдесят лет. Вполне себе еще средний возраст для мужчин. Зато все опытные и бывалые, имеющие почет и уважение в обществе, как никто другой мотивированные, чтобы не дать фашизму прорасти – идеальные агенты влияния.