Мастер големов (СИ)

— Михаил разбился, — огорошил меня Леонид Степанович.
Голос у главы клана тверд и сух, но желваки на скулах заходили ходуном.
— Он жив? — уточнил я.
— Да, — кивнул тот, но потом скрипнул зубами и добавил: — Пока еще жив, целители дают неутешительные прогнозы.
— Простите, но я-то вам для чего? — искренне удивился, понимая, что сейчас лучшие специалисты борются за жизнь парня.
— Профессор Майнин Петр Борисович уже вылетел из столицы, — хрипло выдохнул Гурнаман, — с ним имел беседу и случайно упомянул вас. Он велел отыскать и попросить помощи. Не совсем его понял, он что-то говорил про нестандартные подходы, легкую руку и супермагические посылы. Я сразу в машину, своим людям дал задание узнать, где вы находитесь и что необходимо переговорить, — он криво усмехнулся: — Сами понимаете, охране следует отдавать точные указания, а находясь в расстроенных чувствах неоднозначно выразился. Еще раз приношу свои извинения. Станислав Викторович, вы не могли бы с нами проследовать и осмотреть Михаила?
Железный мужик, держится на морально-волевых, а в душе-то у него не просветная тоска и ужас. Любит он своего сына, а сейчас у него рушится весь мир. Костяшки пальцев на набалдашнике трости побелели, пальцы левой руки сжаты в кулак.
— Вы так и не сказали, что случилось с Михаилом, — немного озадаченно ответил. — Понял, что авария, а он говорил про участие в гонках и про какой-то амулет перемещения.
— Амулет «Последняя надежда», он сработал с задержкой, вошел в резонанс с источником сына и теперь происходит непонятно что. Силы Миши таят на глазах, лечение не помогает, целительская магия отскакивает, — ответил Леонид Степанович, сглотнул и добавил: — Целители говорят, что сыну осталось пару часов. С таким они никогда не сталкивались, разводят руками и прячут глаза. Консультации по телефонной связи с Майниным и другими нашими светилами — не помогли. Признаюсь — хватаюсь за любую соломинку, но время может быть упущено.
— Где Михаил лежит? — уточнил я и дал Жейдеру отбой и велел, чтобы он занял свое место в кофре, желательно незаметно.
— В целительском центре имени Болейра, это…
— Выделите человека, чтобы указал дорогу, — перебил я его и завел байк.
— Спасибо, — кивнул тот. — Могу лично с вами отправиться, тут не так далеко. Да и со мной быстрее получится, а то еще охрана центра может не пропустить.
Мне осталось только согласиться. Устроился на байке, а за моей спиной сел Гурнаман. Конечно, ездить и возить пассажира без шлема есть нарушение правил, даже стихийника. Но я предупредил Леонида Степановича, что выставлю «воздушный пузырь» вокруг наших с ним голов, чтобы могли переговариваться и не беспокоиться о защите. Если произойдет ДТП, то «пузырь» не спасет, но будем надеяться, что ничего не случится.
Когда проезжали мимо джипа с охраной и лимузина, возле которого суетился водитель, то я чуть улыбнулся от того, как люди главы клана отреагировали. Удивление на лицах, выпяченные глаза, а потом забегали и засуетились. Дело в том, что они остановились в неудобном месте и развернуться там практически невозможно. Придется задом сдавать, а мы уже далеко уедем.
До целительского центра доехали минут за пятнадцать. Честно говоря, раз пять, если не больше, пришлось нарушить правила дорожного движения, не говоря уже о превышении скорости. Поэтому-то мы и подъехали к крыльцу больницы под завывания полицейских машин. Правда, мой пассажир коротко на служителей правопорядка рявкнул, предложил им проследовать в пешее путешествие в Африку (понятия не имею почему) и чуть ли не бегом взбежал по ступенькам, прося меня поторопиться.
— Господа полицейские, форс-мажор, — развел я руками, но потом добавил: — Обращайтесь в отделение стражи, а сейчас, извините, спешу.
Дожидаться ответа не стал, поспешил за Леонидом Степановичем. Охранник меня не захотел пускать, требуя какие-то бумаги или запись на прием. Гурнаман в этот момент находился на площадке лестничного марша ведущего на второй этаж. Он успел пересечь широкий холл и подняться. Отец Михаила заметил, что меня не пускает ретивый служака. Глава клана на весь целительский центр громко выругался, да так, что проходящая медицинская сестра уронила пачку бумаг, которые разлетелись по лестнице. А охранника, преграждающего мне проход, подхватило два потока воды и отшвырнуло в сторону.
 
— Станислав! Поспеши! — крикнул господин Гурнаман и призывно рукой махнул.
— Извини, — буркнул я, проходя мимо секьюрити, который сидит в луже воды.
Как так быстро отец Михаила применил один из своих даров? Он же ни секунды не думал, отправил посыл, и водная стихия откликнулась! Если же правильно успел заметить, то и немного энергии на это потребовалось.
— Он стихийник, сильный, — прокомментировал голем, который каким-то чудом оказался у меня за пазухой.
И когда успел под куртку забраться? Я просил питомца не «отсвечивать», чтобы ненужные вопросы никто не задавал. Жейдер, конечно, молодец, учится быстро и находит нестандартные пути решения проблемы. Но таскать его не очень-то удобно, к тому же он постоянно меняет температуру своего тела или, правильнее сказать, оболочки.
В коридоре второго этажа бегают целители, стоит пара человек охраны, с которыми уже сталкивался. Нервно прохаживается невысокая щупленькая женщина, прижимая к заплаканным глазам платок
— Как он?! — резко спросил Гурнаман.
Женщина ни слова не говоря, бросилась к нему и уткнулась лицом в грудь. Леонид Степанович шепнул мне:
— Жена, — а сам стал ее поглаживать по волосам и чуть кивнул одной из целительниц, вышедшей из палаты.
— Пока без изменений, — покачала та головой.
— Галя, я привез того, о ком нам говорил Петр Борисович, — осторожно отстраняя от себя супругу, сказал Леонид Степанович.
Женщина резко дернула головой и посмотрела на меня. В ее красных от слез глазах мелькнуло удивление и разочарование. Но она заставила себя улыбнуться и посмотрела на мужа. Тот чуть кашлянул и сказал:
— Станислав Викторович, позвольте представить мою супругу — Галина Васильевна Гурнаман.
— Очень приятно, — немного склонил я голову, отдавая дань этикету и более внимательно осматривая женщину.
Одета наспех, вещи дорогие, но не гармонируют друг с другом, прическа растрепана, косметика потекла. Женщина попыталась улыбнуться, но на ее глазах навернулись слезы, и она резко отвернулась. Не верит, что смогу помочь, а Майнин еще не приехал.
— Мы пройдем к Михаилу, — отошел от жены Леонид Степанович и кивнул мне в сторону палаты.
Целительница хотела что-то возразить, но не посмела. Халатов нам никто не предложил, а входить с улицы в стерильное помещение как-то неудобно. Но не требовать же бахил или искать спецодежду?
Еще недавно веселый и уверенный в себе парень, лежит на кровати весь в бинтах. К нему подключено сразу несколько аппаратов для поддержания жизни, идет переливание крови, вводятся какие-то препараты. Суетятся возле пациента целители. Их двое и одна медицинская сестра внимательно наблюдает за показаниями приборов.
— Пульс падает! Ниже сорока ударов! — восклицает девушка, смотрящая за давлением и ритмом сердца.
— Черт! Федорыч, вливай энергию! — цедит женщина и с ее рук в сторону Михаила уходит поток магии.
— У меня заканчивается резерв! — отвечает целитель, держащий ладони в районе грудной клетке пострадавшего. — Марго, у нас ничего не получается! Мы швыряем посылы и энергию, а та не приживается. Источник парня не отвечает, — он резко замолкает заметив нас с Леонидом Степановичем.
— Что это означает? — нервно спрашивает отец Михаила, от которого пошла ощутимая угроза.
 
Они еще о чем-то говорят, спорят, но я прикрыл глаза и запустил свою диагностику. Ауры целителей, их лечебная магия, испуг медицинской сестры, злость Гурнамана — все не то! Мне необходимо понять, что с разбившимся в автомобильной аварии парнем. Михаил в коме, медикаментозной или из-за травм — непонятно. У парня десяток, если не больше, переломов. В том числе и смещение позвонков, разрывы связок, а про ушибы и порезы не говорю. Но это все полбеды, такие травмы лечат и довольно успешно, при определенных обстоятельствах, в том числе наличия денежных средств. Источник, вот в чем большая проблема. Не представляю, как такое могло произойти, но дар парня представляет из себя осколки или ошметки, переплетенные с каким-то странным заклинанием, пытающимся отвести энергию, и происходит непонятное действо. Энергия во что-то преобразуется и мерцая исчезает, но спустя пару мгновений появляется вновь.