Нестандартный ход (СИ)
Чтобы утром проснуться с утробным стоном от того, что Рома творит где-то там внизу, куда хлынули и сосредоточились миллионы импульсов.
— Что ты делаешь, Разумовский? — голос подводит Элизу.
— Возбуждаю тебя.
— М-м…как уголовное дело. Это по моей части, да…
Слегка приподнявшись на локтях, девушка наблюдает, как он замер, прервав поцелуи внутренней стороны её бедра. Эта картина из раза в раз вышибает из неё дух — глаза исподлобья, насмешливый взгляд, горячие ладони, придерживающие колени или талию.
— А как же «оставляйте работу на работе», госпожа будущий адвокат? — издевается над ней, изогнув бровь.
Несмотря на то, что плоть её изнывала от жажды получить новую порцию прикосновений, она продолжала парировать:
— Кто бы говорил, а?
— Но я не таскал работу в супружескую постель… — с этими словами Рома резко дернул её вниз, заставляя распластаться на простыни, и приник к жаркому лону, поставив точку в дискуссии.
Вот такое утро точно можно назвать добрым.
И на венчание Евы и Руслана Элиза прибыла в полнейшем релаксе и с перманентной улыбкой. Ух, как её забавляла мысль, что все находящиеся в храме родственники были бы шокированы, узнав, каким непотребством еще пару часов назад она занималась с мужем.
— Может, вам тоже обвенчаться? — Леся задумчиво переводила взгляд с племянника на невестку, когда они уже все отмечали за столом в ресторане.
— Да. И о детях подумать… — это следом добавила мама, с умилением наблюдающая за тем, как Бодя воодушевленно пачкает рубашку Ромы, а он спокойно выдерживает эксперименты маленькой проказницы.
— Всему своё время, — уклончиво ответила девушка.
Она тоже видела, как ласков и нежен Разумовский с малышкой. Всегда видела. И прекрасно знала, какое большое сердце скрывается за внешней глыбой льда. Но…такой уровень отношений Элиза пока не рассматривала. Это для посторонних они великолепная гармоничная пара, и лишь им двоим известно, как много усилий требует притереться друг к другу. Прошло всего четыре месяца с решения прекратить фиктивный брак и жить вместе по-настоящему. Казалось, что всё сплелось довольно прочно, им комфортно и хорошо. Опять же — в нынешних условиях. Никто не заглядывал далеко в будущее. И к детям оба не готовы просто категорически.
Но не стоит разбивать сердца родных реальным раскладом дел. Вряд ли кто-то с энтузиазмом примет, что их чета ставит карьеру на первое место. И ищет от этой жизни нечто большее, чем семейное счастье.
Свято веря, что это «большее» им гораздо нужнее…
* * *
— Почему у меня такое ощущение, что всё нам врут в сказке про Белоснежку?.. — Элиза пригубила шампанское. Увы, в обществе не особо принято, чтобы на приемах женщины пили водку. Особенно — если это прием в честь дня рождения собственного мужа. — Со скалы, думаю, была сброшена Белоснежка. И ведьма перенеслась к нам. А иначе — как у неё получается выглядеть так потрясающе в свои семьдесят с хвостиком?..
Стоявший рядом Руслан рассмеялся с искренним удовольствием.
— Ну, волшебное зеркальце у неё вряд ли есть, — весело подхватила Ева, проследившая за взглядом сестры, — а вот волшебный эликсир в арсенале точно имеется.
Пока опытный и востребованный косметолог перечисляла все гипотетические процедуры, с помощью которых Анастасия Ильинична сохраняла свою свежесть в такие-то годы, Элиза глазами отслеживала траекторию передвижений Разумовского, четко видя печать усталости на его лице. Он прибыл полтора часа назад сразу после работы и с самого начала, в принципе, был против такого торжества. Но его неугомонная бабушка настояла на своём и оперативно всё организовала.
Их четверка, состоящая из Леси, Евы с Русланом и самой девушки, явно к кругу дорогих и почетных гостей не относилась. Чему совершенно не печалилась, прекрасно проводя время своей маленькой компанией. Да, конечно, вежливое приветствие было, а со свекром Элиза даже перекинулась несколькими фразами, что было нонсенсом. Но в целом…она продолжала чувствовать себя чужой на этом празднике жизни. Пусть и была одета с лоском, выглядела достойно, но внутри всё противилось нахождению среди такой концентрации лицемеров. А когда дамы довольно самозабвенно поздравляли Рому, плотно прижимаясь к нему и одаривая кучей поцелуев, ей и вовсе хотелось ринуться вперед и отцепить их, словно дикарке.
Почему именинника не сопровождала законная жена? Всё просто. Потому что его самым наглым образом под руку увела родная бабка, посчитав Элизу неподходящей особой для роли хозяйки вечера. Вообще, сначала это позабавило — а чего еще ожидать от Круэллы? Но по истечении стольких часов уже не казалось таким забавным. И, черт, уже напрягало.
— Ладно, с вами весело, но я пошла.
— Куда? — встрепенулась Ева, уже понявшая, что ничего хорошего этот тон не сулит.
— На дело…
И девушка решительно двинулась вперед, огибая толпу, игнорируя заинтересованные и иного содержания взгляды, чтобы в конечном итоге оттянуть Рому за руку в укромный уголок зала, где их удачно скрывала тяжелая занавесь. Не теряя времени, Элиза подалась вперед и прошлась кончиком языка по его кадыку, который тут же дернулся. Хорошо, что обзор был закрыт и их никто не мог видеть.
— Минуя все лекции о том, что это неприлично, беспечно, бескультурно и вопиюще во всех смыслах, перейдем к главному: как ты относишься к тому, что я собираюсь тебя украсть? Очень бессовестно. И расслабить массажем? Очень порочно. И еще раз поздравить, как ночью?.. Очень развратно.
Лицо мужчины остается непроницаемым, но вот глаза…в них явно что-то полыхнуло, обдав её огненным жаром. Странно, но она не ждала такой яркой ответной реакции. Ей казалось, что он сейчас насмешливо отчитает за выходку и велит потерпеть, пока не закончит с наиболее важными «шишками». И поэтому, когда Рома, на миг прикрыв веки, прижал девушку к себе, тяжело сглотнула. Вроде, от шалости должен страдать он, а пробрало до костей именно её…
Ну, нет, так не пойдет. Опять у неё какие-то сбои системы рядом с ним…
Не успевает Элиза открыть рот, чтобы как-то подколоть и напомнить, что часики тикают, а они так и застыли на месте, Разумовский очень внезапно наклоняется к её щеке и опьяняет интимным шепотом:
— Ну, попробуй…
И через пять минут они уже мчатся по трассе подальше от шикарного банкетного зала, устроившись на заднем сидении такси. А она всматривается в его благородный профиль и только сейчас осознает во всей мере, насколько сильно Рома устал. В противном случае её муж ни за что не согласился бы сбежать, будто школота с ненавистных уроков.
Иногда ей хочется спросить, когда он отдыхал последний раз? Умеет ли, вообще, отдыхать по-человечески? Есть ли у него настоящие друзья, а не куча деловых приятелей? Но почему-то Элиза не спешит лезть на этот тонкий лед. Вряд ли, человек, который не распространяется о своей семье, станет откровенничать о дружбе и прочем. Разумовский очень скрытный, настоящий кремень, а делиться своими проблемами и личными трагедиями — не его стиль.
Ну и пусть…
Девушка резко перекочевала ему на колени, задрав платье-каскад, которое спереди удачно было короче, не сковывая движения. Галстук Ромы она давно ослабила — теперь аксессуар небрежно болтался на шее, а в расстегнутой на несколько верхних пуговиц рубашке слегка терялся сам узел. Элизе казалось, это её священный долг — избавлять мужа от удавки, которая душила даже визуально.
Она ухватила его за щеки и принялась осыпать неспешными нежными поцелуями мужественное лицо, особое внимание уделяя опустившимся векам. Так хотелось хоть чем-то помочь ему. Как и он неделями ранее, когда молча поддержал, позволил выговориться и заснуть.
И продолжила целовать, когда они вошли в квартиру, но уже под иным градусом, нападая на губы. И почему-то толкнула в гостиную, а не к спальне. Видимо, бунтарский характер подсознательно пытался проявить себя — может, хотя бы сегодня Рома забудется в её объятиях настолько, что не вспомнит об удобной кровати?..