Без чувств (СИ)

— А ты чем занималась в детстве?
Устремив взгляд на полупустую трассу, проваливаюсь в воспоминания. Денег всегда не хватало. Единственное, что мне светило — бесплатные кружки при школе. Лепка из глины, волейбол…
— Вспомнила. Короткое время я ходила на пробные уроки по художественной гимнастике. Мне предрекали большое будущее, но одни только костюмы стоили столько, что мы бы просто-напросто разорились...
Губы Мира плывут в улыбке. Я не знаю, о чем он думает, но примерно догадываюсь, поэтому густо краснею.
— По тебе видно. Гибкая.
До пункта назначения мы доезжаем за три с половиной часа.
Городок небольшой, но чистый и ухоженный. Прельщает то, что мы здесь никого не знаем. И нас не знают.
Оставляем вещи в придорожном отеле. Наспех переодеваемся. Направляемся по адресу клуба.
С каждым приближаемым метром волнение зашкаливает и достигает пика, а пульс качается и сбоит.
Ратмир крепко сжимает мою руку, когда попадаем через чёрный ход в заведение с кричащей вывеской «Клетка». Похоже, в этом городе дела с полицией на мази и никто не боится облавы. Надо же...
Невольно сравниваю обстановку, осматриваясь по сторонам. Отличия есть, но не разительные.
Нас встречает лысый коренастый парень лет двадцати по имени Гоша. Улыбчивый, добродушный. Приятный.
Провожает в тускло освещенную раздевалку, забитую чужими вещами. Показывает график и время выхода. Называет имена судей и соперника.
Сев на деревянную тумбу, я быстро гуглю, кто такой. Глаза лезут на лоб от количества побед и поражений, да и грозный внешний вид навевает ужас.
Блин. А можно кого-то полегче?
— Мир, только это… В оплату внеслись небольшие корректировки.
Гоша откашливается и прижимается к стене, пока Ратмир наматывает специальные эластичные бинты на запястья, чтобы под перчатками с открытыми пальцами не натёрло кожу.
— В худшую сторону?
— Да. Вместо восьмидесяти процентов от выручки наш дир сбил ставку до шестидесяти пяти. Это для неместных… Увы.
— Бля, Гош. А сразу предупредить было нельзя?
— Клянусь, всё решилось в последний момент! — вскидывает руки в воздух. — Я сам охуел.
Бросаю взгляд на Мира и сдерживаю себя от порыва подбежать и обнять перед боем. Это как-то по-детски, что ли...
Раны на лице не так давно затянулись. Швы побелели. И мне безумно не хочется появления новых, но переубеждать абсолютно бессмысленно. Ратмир слишком упрямый. В нем кипит море нерастраченной энергии, адреналина и тестостерона. Как тут остановишь?
Парни громко перепираются, а я спускаюсь глазами с лица — ниже, и застываю на уровне косых мышц живота и тёмной дорожки волос от пупка.
Сглатываю. Борюсь с нахлынувшим возбуждением. По пути мне попалась статья, где было сказано, что перед боем нежелательно растрачивать гормоны на секс, иначе потом будет сложнее победить соперника.
Ну что ж.
Сердце ноет. Я колочу пятками по дереву. Сейчас бы валяться дома, трогать и любить друг друга, а не вот это вот всё.
Мир заканчивает с бинтами и подходит ближе, нависая надо мной и встав между широко разведенных ног.
— Лучше бы я осталась в гостинице, — тихо бормочу.
Горячие ладони обхватывают бёдра. Губы — задевают мои. И вроде бы каждый жест должен дарить расслабленность и облегчение, но, к сожалению, эффект кратковременный.
— Мне спокойнее, когда ты рядом.
Шумно выдыхаю, оглаживая плечи и стискивая ногами бока Ратмира.
— Я невезучая. В прошлый раз, когда смотрела — ты проиграл.
— Главное не общайся ни с кем и не позволяй себя трогать. — Произносит прямо в губы. Невинно и трепетно целует. Затем отрывается и обращается уже не ко мне: — Гош, присмотришь?
Следует быстрый согласный кивок. Я не маленькая, но ладно.
— Конечно.
— Спасибо, дружище. Отвечаешь за неё головой.
  
Глава 42
 
***
Я сажусь за свободный столик, ставя сумку на край.
В общем зале шумно и людно, а воздух пропитан дымом кальяна. Думаю, проблем с вентиляцией здесь нет, просто настроение такое — взвинченное и нестабильное. Хочется придираться к каждой мелочи.
 
Как бы я не настраивала себя на позитивный исход, маска равнодушия все равно слетает с лица. Не по мне. Не по размеру. Не могу...
— Заказать тебе что-то? — интересуется Гоша, перекрикивая музыку.
Я улыбаюсь сквозь силу и прошу воду с лимоном и льдом. Алкоголь повлиял бы на меня куда благоприятнее, но нужно воспринимать происходящее трезво.
— А Мир когда выйдет?
Втягиваю жидкость через трубочку. Посматриваю на часы. В клетке уже черти сколько дерутся парни в полутяжелом весе. Мощно, рьяно. До мяса и крови. Удивительно, но психика адаптируется и воспринимает это зрелище отрешенно.
— Пока предыдущие не закончат — не выйдет. Думаю, минимум пятнадцать минут.
Я раздраженно смахиваю челку со лба и складываю руки на груди. Хотя и умею смещать фокус внимания — сейчас ни одна техника не помогает. Подташнивает. Знобит. Дурно так, что хочется лезть на стены.
— Я отойду ненадолго в уборную, — предупреждаю парня.
Тот резко спохватывается и встает с места, едва не опрокинув стол.
— Я проведу.
Кладу руку на плечо и по-дружески сжимаю, сдерживая прорывающийся смех.
— Не настолько присматривать, Гош. Не беспокойся — не заблужусь.
Пробираясь мимо столов, чувствую на себе липкие и настойчивые взгляды мужчин, преобладающих в клубе.
Делаю про этом максимально незаинтересованное лицо. Поджимаю губы. Взгляд недовольный и стеклянный. Таким образом легко и без проблем преодолеваю маршрут.
Уборная выглядит довольно чистой и опрятной. Кабинки поделены на мужские и женские.
Я закрываюсь в самой последней и тихо перевожу дыхание.
Знала, с кем связываюсь?
Видела, чем занимается?
Ну, теперь нечего и жаловаться.
Поправляю платье и бретели бюстгальтера. Проверяю телефон. На нём пару входящих сообщений от мамы с призывом опомниться и взглянуть на ситуацию под другим углом.
Можно, конечно, но зачем?
Смахиваю, не открывая. Ставлю полюбившийся режим, чтобы не отвлекаться. Я уже взвесила все плюсы и минусы. Приняла решение. Ратмир, думаю, тоже. Иначе не взял бы меня с собой. В противном случае — просто поимел бы и бросил.
Если Олег действительно дорожит мамой, то не станет загонять в рамки и диктовать условия.
— Видела, кто к нам пожаловал? — доносится высокий звонкий голос из-за стены.
Шум воды заглушает лишние звуки, но не совсем. Я не планировала прятаться и подслушивать, просто отчего-то стою, прилипнув ногами к полу, и не могу даже пошевелиться.
— Да, мы поприветствовали друг друга.
— Возмужал. Сколько его здесь не было? Год? Или больше?
Это глупо, но я буквально прижимаюсь ухом к тонкой картонной перегородке. Интуиция дает знак. И не подводит.
— Ох, я запомнила этот день назубок. В последний раз Ратмир был здесь одиннадцатого апреля. Чуть больше года назад. Именно тогда и случился лучший секс в моей жизни.
В лицо будто плеснули кипятка. Щеки горят и пылают, а общее состояние похоже на острую лихорадку.
Та, что первой завела диалог — заливисто смеется, получая откровенный ответ.
— Жаль, он так не думает, Нин.
— Это еще почему? Думает. Мир обрывал мой телефон в прошлом году, но я никак не могла вырваться в столицу. Работа, долги по учебе, ещё и бабушка заболела… Все навалилось. Не думай, если я захочу, то только пальцем поманю — и последует повторение.
Собеседница неизвестной мне Нины откашливается и закрывает чертов кран с водой.
— Он вроде бы не один приехал. С девушкой.
— И что? — равнодушно фыркает. — В прошлый раз тоже был не один, но ночевал со мной в постели...
Когда девушки уходят, хлопнув дверью, я даю себе еще пару секунд, чтобы собраться с мыслями.
Нет, я прекрасно осведомлена, что Ратмир не был девственником до меня, но услышать подобные детали его яркой интимной жизни было излишним.