Без чувств (СИ)

Громко постанываю, когда на ягодицы и спину брызгают густые тёплые капли.
В ушах звон. Мир водит рукой по всей внушительной длине члена с напрочь сбитым дыханием.
Кожу покалывает сотней мелких иголок. Это круто. И безумно залипательно.
Поймав мой взгляд в отражении, Ратмир довольно усмехается. Его щёки раскраснелись, грудная клетка высоко вздымается, а глаза дьявольски сверкают и излучают море энергии.
Я послушно размыкаю губы, когда Мир надавливает на них указательным пальцем. Во рту ощущается горечь и терпкость. Кончик языка немеет. Я закрываю глаза и сглатываю, впервые пробуя вкус его спермы.
***
После утреннего пробуждения мне требуется ещё немного времени, чтобы перевести дух и собраться с силами.
Тело слабое и непослушное. Разнеженное ласками.
Мама активно писала и звонила. К-хм, в процессе… Ей нужен чёртов артикул. Она не понимает, в чем дело, потому что я дома и больше не работаю. К тому же, сегодня воскресенье.
Выбравшись из-под одеяла, поправляю белье и направляюсь в ванную комнату.
Внутри уже не настолько стерильно и пусто, как раньше. В стаканчике находится плюс одна зубная щётка. На полочках стоит уходовая косметика и ватные диски. Над ванной — ровным рядом выстроены шампуни, кондиционеры, маски для волос и пенки для тела.
И одежды моей здесь много. За два-то дня. Мир предлагал взять больше, чтобы много раз подряд не мотаться по городу, но я отчего-то постеснялась.
Всё происходит настолько стремительно, что сложно по-настоящему поверить. Я даю себе время.
Сполоснувшись под душем, тщательно вытираюсь полотенцем и надеваю чистый домашний костюм, состоящий из майки и шорт.
Когда выхожу в комнату, то застаю Мира за разговором по телефону у барной стойки.
— Пробей, пожалуйста, есть ли для меня работа? Да, вполне. Я помню условия. Ок, набери, когда узнаешь.
Подойдя к холодильнику, достаю оттуда яйца, сыр и бекон. Желудок, будто по команде урчит.
— В овощном отсеке есть томаты, если нужны, — обращается ко мне Ратмир, завершив вызов.
Я благодарно улыбаюсь.
— Мне нет, но тебе могу сделать с ними омлет.
— Не любишь?
— У меня жуткая аллергия. Тело чешется и покрывается пятнами, когда в организм попадает малая доза. Если у тебя в квартире нет антигистаминных — лучше не рисковать.
Вбив в глубокую тарелку яйца, мешаю их венчиком. Несмотря на то, что я до сих пор не отошла от впечатляющего пробуждения — получается довольно-таки ладно.
— А ты всё употребляешь в пищу? Ни на что нет аллергии?
Ратмир отрывается от экрана и ненадолго задумывается.
— Нет. Я всеядный.
— Всегда таким был?
Мне правда интересно знать больше, потому что я уже давно и сильно… По уши...
— Ага. Особенно в детстве, когда был толстым.
Удивлённо вскинув брови, блуждаю взглядом по безупречной фигуре с твёрдыми проработанными мышцами.
— Врёшь.
— С чего бы?
Быстро листая что-то на телефоне, Мир подзывает меня к себе кивком головы.
Внутри разрывает от интереса. Я тут же бросаю венчик и забиваю на готовку.
— Вот. Самый настоящий жирдяй.
Смотрю на увеличенную фотографию милого пухлощёкого мальчика лет восьми в синих шортах и полосатой футболке, и не могу сдержать улыбку.
— Ты просто прелесть. Вкусный сдобный пирожок. Не то, что сейчас — и взяться-то не за что.
Шутливо щипаю Ратмира за бок, но он тут же перехватывает меня за кисть руки и притягивает ближе.
Каждый раз, когда я ловлю долгожданные крупицы нежности — окончательно пропадаю.
— Завтра возвращается твой отец, — произношу совсем тихо. — Нужно быть максимально осторожными.
Царапаю ногтями смуглую кожу живота. Голова кипит. Я не знаю, что делать дальше, но добровольно от всего этого не откажусь.
— К слову: я поклялась ему, что между нами ничего нет и не будет.
— Ну и что? Взяла и передумала.
Я вскидываю взгляд. Мир спокоен и невозмутим, а во мне нарастает настоящая тревожность. До панической атаки и нехватки кислорода.
— Олег Вячеславович пригрозил не очень хорошими последствиями.
— И что ты предлагаешь, Даш? Бояться? Прятаться всю жизнь?
 
Неуверенно жму плечами. Наверное, я бы многое отдала за то, чтобы наши отношения действительно продлились всю жизнь. Но пока иного выхода, кроме как втайне встречаться — не вижу.
  
Глава 40
 
***
«Дашуль, давай сегодня в кино?» 
Я перечитываю сообщение от Яны и задумчиво жую нижнюю губу. Отказывать приходится часто. Слишком. И мне правда жаль, но строчкой ниже светится диалоговое окно с Ратмиром, где давно обговорена предстоящая встреча со всеми деталями — скромными и не очень.
Вернее, это не просто встреча, а целая совместная поездка в соседний город на соревнования.
Знакомый предложил Миру поучаствовать в боях. Похожий закрытый клуб, одинаковые условия. Неудобство в том, что ехать довольно далеко, но плюс — в быстрых и доступных деньгах.
«Ян, давай в другой день. Не обижайся, пожалуйста» 
Набрав ответ, пробегаюсь по тексту. Размышляю, где можно сгладить и отправляю.
Я пока не нашла вариант, как успевать разрываться на дружбу и любовь, но в будущем планирую исправиться.
Просто мне мало всего. Близости, времени, возможностей. Хочется, как следует насытиться. И недели для этого явно не хватит.
Бегая по комнате в одних трусиках, нахожу одежду. Кончики пальцев покалывают. Что может быть лучше спонтанного путешествия? А с парнем, от которого без ума?
В целом, нам легко удается скрывать отношения. Возможно, пока что. Потому что нам с Ратмиром не особо хочется куда-то выходить, и комфортная среда обитания ограничивается стенами квартиры-студии.
«Чтобы я меньше грустила, пообещай, что останешься у меня с ночёвкой в следующие выходные?» 
Слегка улыбаюсь. Чувствую, как тяжелый груз тут же падает с плеч. Ну вот — компромисс найден.
«Договорились. Не злись» 
Пальцы отстукивают по виртуальной клавиатуре. Настроение поднимается. Для выражения более искренних чувств — вставляю смайл.
«Сама пожалеешь, потому что фильм классный. Кем бы ни был тот, кто рядом с тобой, но ему очень далеко до Джоша О’Коннора» 
Ох, я бы поспорила. Но, конечно же, не стану.
Надев джинсовые шорты и свободную белую футболку, бросаю в рюкзак необходимые вещи.
Время поджимает.
Я ускоряюсь. Затем вспоминаю об ужине, который приготовила для мамы с единственной целью — задобрить.
Несусь на кухню, прижимая к уху телефон. Отвечаю на звонок. Обещаю Ратмиру, что скоро буду.
Ожидаю увидеть в духовке обгоревшие угольки, но остаюсь приятно удивлена вовсе другой картиной. Всё не настолько катастрофично, как я успела придумать. Мясная корочка тёмная, картофель румяный. Уверена, общий вкус блюда тоже не подкачает.
Пока я мечусь между сборами и готовкой, входная дверь громко хлопает, заставляя меня вздрогнуть.
— Я дома!
Чёрт. Вообще-то я надеялась уйти раньше, чем вернётся мама, но в спину упирается пытливый взгляд, и я осознаю, что в этот раз не повезло.
— Далеко собралась?
За все восемнадцать с половиной лет жизни меня никогда особо не контролировали. Даже в подростковом возрасте я имела полный карт-бланш на вечеринки и тусовки до утра. Мне доверяли. Знали, что не подведу.
— Еду в соседний город с друзьями. Так что не жди.
Проговариваю вроде бы ровно и беспечно, но невольно прорывается страх быть разоблачённой. Или мне только кажется, что палюсь?
— С кем?
Ого. Неожиданно. Это допрос?
— Что? Я не могу поинтересоваться, с кем проводит время моя дочь?
Мама прижимается плечом к дверному косяку. Взгляд не отводит. Подмечает, как я взволнованно перетаптываюсь с ноги на ногу.
— С теми, с кем и раньше.
Ставлю противень на деревянную доску и незаметно кривлюсь. Врать я не люблю. И не умею. Но надо.
— Учти, пожалуйста, Даш, что я далеко не дура. Ты едешь не с теми же. Не с Яной, не с близняшками. Не с одногруппниками. Знаешь, когда Олег задавал мне наводящие вопросы, я отказывалась верить и резко отрицала очевидное, но теперь вдруг понимаю, насколько же сильно ошиблась.