Опустошенные души (ЛП)

— Я понимаю, — сказала Келли, падая обратно на кровать. — Давай просто надеяться, что она спит.
Я села на кровать рядом с ней, уверенная, что мне никогда не удастся заснуть. Жажда крови бурлила у меня под кожей, и я действительно не хотела пить у нее на глазах. Я молилась, чтобы она уснула к тому времени, когда Кингстон вернется с ней. Я все еще привыкала к своей новой форме, и эта часть моего бессмертного облика беспокоила меня больше всего. Я почти могла притвориться, что я все такая же, когда жажда не жгла мне горло, но она было резким напоминанием о том, кем я была сейчас. И я не думаю, что когда-нибудь привыкну к этому.
Уоррен и Майлз направились к кроватям в дальнем конце комнаты, но Кларисса начала расхаживать взад-вперед, а ее глаза затуманились от раздумий.
Джулиус наблюдал, как она ходит взад-вперед, и нахмурил лоб, пока она расхаживала туда-сюда.
Келли закрыла глаза, но я не думала, что ей удастся так легко заснуть. Она мрачно нахмурилась, а ее руки сжала в кулаки. Я подумала, не боится ли она проникнуть в сны Валентины. Если та вообще сейчас спит. Но если это так, Келли придется встретиться с ней лицом к лицу.
Я наклонилась через пространство между нашими кроватями, взяв ее за руку. — Ты не одна, — прошептала я, и ее глаза открылись.
Она мягко улыбнулась. — Я знаю.
Она была такой стойкой, как папа. Если кто-то и мог встретиться с Валентиной один на один, то это была она. И за ней стояла сила нашей семьи плюс ее способности истребительницы.
Ее глаза снова закрылись, и я отпустила ее, мой взгляд переместился на дверь, пока я ждала прибытия Кингстона.
Я провела языком по своим клыкам, желая, чтобы все было по-другому. Но чем скорее я насыщусь, тем скорее у меня в голове прояснится и я смогу составить приемлемый план по возвращению Эрика.
Дыхание Келли стало глубоким, и мои брови удивленно приподнялись. Я не могла поверить, что она так быстро уснула.
Джулиус поймал мой взгляд и ухмыльнулся. — Это ее дар: она может заснуть, когда сосредоточится.
Я кивнула, улыбаясь своей сестре и задаваясь вопросом, каково это — посещать сны других людей. Я не думаю, что грезы Валентины будут похожи на отпуск, скорее на извращенную игровую площадку.
Кларисса взглянула на Келли с очевидным любопытством, но когда Джулиус бросил на нее сердитый взгляд, она снова отвернулась.
Наконец появился Кингстон с пластиковой коробкой, и еще один мужчина Элит последовал за ним, неся охапку картофеля.
— Только не говори мне, что это твое представление о завтраке? — Джулиус рявкнул, когда Элита, пожав плечами, бросил ее на край его кровати.
Кингстон поставил коробку на пол, открыл ее продемонстрировав внутри бутылочки с кровью. — Вот, пожалуйста, ваши высочества. Здесь кровь и одежда. Но, боюсь, все, что у нас есть, — это униформа.
Кларисса кивнула ему, все еще, казалось, погруженная в собственные мысли.
— Спасибо, — сказал Майлз, вскакивая, чтобы взять несколько бутылок для себя и Уоррена и пару комплектов военной формы.
Джулиус взял картофелину из кучи и помахал ею перед Элитой. — Я не буду есть сырую картошку, придурок. Либо иди и приготовь ее, либо принеси нам что-нибудь еще.
Кларисса рассмеялась, глядя на картофель. — Кингстон, приготовь, пожалуйста, несколько штук?
— Конечно, приношу свои извинения. — Он низко поклонился, бросив свирепый взгляд на другого Элита, прежде чем приказал ему собрать их все и вынести из здания.
Кларисса схватила бутылку из коробки, открыла ее и отпила содержимое. Запах крови мощной волной ударил в мои чувства, и я подавила стон страстного желания. Я чувствовала на себе взгляд Джулиуса, пока сопротивлялась желанию взять одну для себя, и моя рука сжалась в кулак.
Давление проклятия усиливалось с каждой прошедшей секундой, мои глаза были прикованы к этой крови, а мысли боролись в моей голове. Я знала, что я больше не человек, но это не означало, что я хотела избавиться от своей человечности. Всего несколько дней назад мысль о том, чтобы пить кровь, вызывала у меня отвращение, но теперь я была пленницей этого проклятия больше, чем когда-либо могла себе представить. Я не просто нуждалась в крови, я стремилась к ней каждой частичкой своей души. Но я все еще сопротивлялась, из-за чувства вины, которое росло в моей груди, говоря мне, что я предатель своего вида, своей семьи. Если бы папа мог видеть меня сейчас, он бы вздрогнул и отшатнулся от меня. Увидел бы он вообще во мне свою дочь? Или просто какое-то немертвое существо, которое нужно уничтожить?
  
— Монтана, — тихо сказала Кларисса, взяв другую бутылку и протягивая ее мне. — Тебе нужно пить.
Мой взгляд метнулся к Джулиусу, поскольку я ожидала увидеть, что он посмотрит на меня с гримасой отвращения и горящими глазами, в которых были бы все причины, по которым он считал меня монстром.
Но вместо этого я обнаружила, что он смотрит на меня так, как я считала невозможным. В глазах Джулиуса читалось сочувствие, брови были сведены, а рука скользила по коленям, словно он собирался протянуть ее ко мне.
— Давай, девица, — настаивал он. — Тебе нужны силы.
Я попыталась проглотить комок в горле, но в ответ он только увеличился. Моя стойкость снова подвела меня, когда мой разум сосредоточился на лучшей причине, которую я могла придумать, чтобы выпить эту кровь. Если бы я этого сделаю, я действительно превращусь в монстра и рискну стать опасной для людей, о которых забочусь.
Келли уснула, так что, по крайней мере, она не будет свидетельницей этого.
Я взяла бутылку из рук Клариссы, повернулась спиной к Джулиусу и открутила крышку. Стон тоски вырвался у меня, прежде чем я начала осушать бутылку, растворяясь в сладкой металлической крови внутри.
Мир вокруг меня исчез, пока я удовлетворяла единственную потребность, которая держала меня в плену.
 Я должна пить, чтобы полностью сосредоточиться на Эрике. 
 Я должна пить, чтобы никогда не поддаться искушению причинить вред истребителям. 
 Я должна пить, потому что я чертовски нуждаюсь в этом. 
Я вздохнула, когда боль в горле утихла. Жажда крови все еще впивалась в меня когтями, но я закрыла глаза, ожидая, когда она пройдет. Этого мне хватит. Мне не нужно было больше. И постепенно мое тело смирилось с этим, а жажда утекла из меня, как вода.
Я поставила бутылку на пол, подошла к коробке и выбрала черную форму моего размера. На нагрудном кармане куртки был вышит красно-бело-синий флаг империи. Я натянула одежду поверх короткой ночной рубашки, в которой была с тех пор, как мы сбежали из замка, и застегнула молнию на куртке.
Кларисса достала для себя униформу и стянула через голову ночную рубашку, оставшись совершенно обнаженной передо мной.
Она, казалось, ничуть не смутилась, и начала натягивать форму, но я отвела взгляд от ее изящного тела, повернувшись вместо этого к Джулиусу.
Он уставился на нее с полуоткрытым ртом, и его глаза вылезли из орбит. Затем он быстро перевел взгляд на свои ногти, и его челюсть задрожала, когда он уставился на них.
— Как насчет того, чтобы предупредить, прежде чем обнажать свое паразитическое тело на всю комнату? — Джулиус огрызнулся на нее.
Глаза Клариссы сузились, глядя на него. — Ну, ты совершенно ясно дал понять, что я даже отдаленно не привлекательна для тебя, так что я не понимаю, почему тебя это так беспокоит.
— Меня это не беспокоит. Я просто предпочел бы не смотреть на грудь немертвого монстра.
— Забавно, что тебе потребовалось по меньшей мере тридцать секунд, чтобы перестать смотреть на нее, — беззаботно сказала Кларисса, и я неловко поежилась от последовавшего неловкого молчания.
Кингстон вернулся с тарелкой, полной вареного картофеля, и я была рада отвлечься, когда он начал рассыпаться в извинениях перед Бельведерами. Он протянул ее Джулиусу, и его взгляд задержался на истребителе, пока он отступал.
Джулиус взглянул на Келли, но она крепко спала, и мое сердце сжалось при мысли о том, что она прямо сейчас столкнется с Валентиной. Он принялся за картошку, не проявляя особого энтузиазма к простому блюду, но и не жалуясь.