Врата: Северный ветер. Том 4 (СИ)

Что ж, время покажет, что из этого выйдет.
  
Глава 3
 
Возведённые на скорую руку полевые укрепления на границе Гефары и Альдерамана возникли ещё до того, как Ханвальда официально признали риксом. Ну, а после коронации их только прибавилось. Встали там гарнизоном в основном имперцы и дружинники Ханвальда, да некоторое количество гефарцев, из числа тех, что считались уже более-менее благонадёжными.
Однако проблема была в том, что Альдераман мог выставить впятеро больше войск против этих пограничных застав. Да ещё и авиация федералов не могла нормально работать на таком расстоянии, так что рассчитывать приходилось в основном на свои силы… Хотя, и некоторую помощь российская армия всё-таки оказала, направив некоторое количество советников и сапёров, которые усилили оборону застав взрывчаткой. Учитывая, что при перевозке грузов по воздуху до Гефары каждый килограмм был на вес золота, привозили в основном взрывчатку, детонаторы и детонаторы, из которых на месте уже сооружали СВУ. Получалось хуже, чем если применять готовые мины, но зато их можно было установить куда больше.
Застава под номером девять была возведена в числе последних — когда уже альдераманцы формально считались союзниками, но уже многим было ясно, что это очень и очень временно. Её гарнизон ещё не был укомплектован до конца — с местными гефарскими клана до сих пор велись переговоры кто и сколько должен будет выставить бойцов. А пока что на заставе были чисто номинальные силы — меньше сотни копий, из которых самими боеспособными был десяток дружинников рикса и пятеро федералов-сапёров.
Поэтому, когда всадники-разведчики примчались с вестями, что границу перешла самая натуральная армия, был спешно созван военный совет.
Отсидеться на заставе было маловероятно, уйти — ещё менее вероятно, потому как лошадей было мало. Да и не боевые это были кони, а рабочие — на таких от приличной кавалерии всё равно не уйти. А у Альдерамана такая была.
По радио ушёл спешный доклад о контакте с потенциальным противником, но было понятно, что любая помощь не успеет вовремя — зона ответственности «девятки» считалась одной из самых маловероятных для атаки. Холмы, леса, болота, много болот — не даром же Альдераман зовут Болотной унией.
Беда была в том, что атаку посчитали маловероятной целых три силы, которые мало в этом понимали.
Солдаты земной армии, для которых болото было синонимом почти полной непроходимости для большинства боевой техники, а кто же воюет в двадцать первом веке без «коробочек»?
Гефарцы, которые хорошо чувствовали себя в лесах, а вот болот не знали и не понимали.
И римляне, которые были аккурат между федералов и северян — с болотами они старались дел не иметь и считали их не той местностью, куда вообще стоит соваться легионами.
А вот альдераманцы в болотах себя чувствовали отлично, поэтому провели армию через тайные тропы и гати, фактически свалившись как снег на голову союзным войскам.
Учитывая, что застава ещё не была до конца достроена, а взрывчатки и пяти автоматов явно не хватит, чтобы отразить атаку, как минимум, десяти тысяч копий. Элементарно задавят массой. Оставалось только тянуть…
Поэтому, когда подошедшие к заставе альдераманцы запросили переговоры, за эту возможность немедленно ухватились. Ещё час-другой и можно дождаться хотя бы пары боевых беспилотников, а до этого…
Встретились в двух сотнях шагов от недостроенного частокола заставы.
Со стороны союзников вышли четверо. Десятник дружинников Ханвальда — Грег, который почти не говорил по-имперски… да и на уоре особо не болтал. Поэтому в качестве переводчика был взят один из его бойцов, который свободно владел унилингвой. Ещё были глава местных гефарцев и командир сапёров — сержант Кайрис.
Вообще-то федералов было приказано беречь как зеницу ока, но тут всё сложилось не очень удачно — северяне вполне были готовы закрыть собой любого из российских солдат, а вот в их дипломатических навыках сержант Кайрис глубоко сомневался. Точнее даже не в способностях вообще, а в возможности затянуть переговоры…
  
Со стороны альдераманцев пришли трое. В центре — самый главный, в добротном шлеме, хорошей кольчуге с металлическими пластинами на груди и коротким мечом на поясе. По бокам — двое в просторных плащах, украшенных мехом, в кольчугах и с парой длинных кинжалов у пояса. По виду — почётный эскорт. Оружие наголо не держат, агрессии не проявляют…
Да и зачем, если в полусотне метров позади уже маячит авангард подходящей армии?
— Моё имя — Антоний Халефдан, и я требую, чтобы вы и все ваши люди немедленно сложили оружие, — сходу заявил альдераманец.
— Насколько мне известно, мы не находимся в состоянии войны, — произнёс федерал.
— Тогда считайте это её объявлением, — ухмыльнулся северянин.
— Ну и на что вы рассчитываете? Вы же идёте против Империи, вам — конец.
— Нам не впервой сражаться против римлян. Север часто проигрывал сражения, но войны — никогда. Новорим может даже нас оккупировать… Но рано или поздно он уйдёт. Так к чему нам сражаться? Мы же северяне!
Вождь гефарцев — совсем ещё молодой парень — презрительно сплюнул. Потеряв кучу родичей во время вторжения хорасанцев, он был совершенно иного мнения о пресловутом братстве всех северян.
— Мы — наёмники, — лаконично сказал Грег. — Мы делаем то, за что нам платят.
— Вам платят, чтобы вы умирали? — усмехнулся Халефдан.
— А ты что — смерти боишься? — тоже сплюнул варвар. — А за что нам платят — не твоё собачье дело.
— А если мы заплатим больше? Золотом!
— Никто и никогда не скажет, что Грег из клана Зенган продался, как шлюха. Я своё слово держу.
— Глупец, — поморщился альдераманец и посмотрел на федерала. — Ну, а ты? Ты ведь чужак, наёмник.
— Смотря что предложите, — усмехнулся сержант.
— Решили тянуть время, — покивал Халефдан. — Понимаю. Поэтому спрошу только раз, и никакой торговли не будет.
— Так что предлагаете-то?
— Золото. Женщин. Землю и владение в Альдерамане.
— Тут в чём дело, — произнёс Кайрис. — Представь, что какие-нибудь дикари предлагают тебе стеклянные бусы, немытую страшную бабу и самый сухой угол в пещере. Ты бы согласился?
— А, — поморщился Антоний. — Понимаю. Значит, не договоримся?
— Значит, не договоримся.
Сержант не стал брать с собой автомат, но бронежилет и пистолет не забыл. Поэтому, когда двое альдераманцев метнули ножи, он уже падал на землю, стреляя из выхваченного «ярыгина».
Один из клинков зацепил шею Кайриса, второй вонзился ему в правой бедро, а третий воткнулся под левую ключицу, угодив в место, неприкрытое бронежилетом. Но одного из варваров он успел свалить.
Антоний с рычанием рванул вперёд, доставая короткий меч и замахиваясь им. Второй его боец достал ещё пару метательных ножей из широких рукавов плаща.
Троица союзных варваров шагнула вперёд. С одной стороны — схватываясь с противниками, но с другой — закрывая их от огня.
Переводчик рухнул на колени с ножом, торчащим из глазницы. И почти сразу же на землю осел Халефдан с разрубленной секирой грудью.
Кайрис, шипя от боли, снова открыл огонь с земли, свалив последнего оставшегося альдераманца.
В воздухе засвистели стрелы авангарда варваров, которые с воплями рванули вперёд, увидев гибель своего переговорщика.
Пущенные навесом стрелы начали падать совсем рядом. Сразу три попали в Грега, который с рычанием упал на одно колено.
— Унеси его! — рявкнул он гефарцу.
Тот схватил сержанта, но почти сразу же рухнул на землю с торчащим из спины арбалетным болтом.
Кайрис почувствовал, как в глазах всё плывет, а тело начинает неметь, хотя раны были не особо страшными, и крови натекло всего нечего. Вероятно, лезвия клинков были отравлены — об этом их предупреждали.
Сержант наугад разрядил остатки магазина в набегающую толпу, выпустил пистолет из руки и вытянул из разгрузки Ф-1. Гранату при себе носили все бойцы российского корпуса — в плену у варваров или Тёмных ловить было нечего, кроме мучительной смерти. Кто-то разведчиков вообще, говорят, носил вместо гранаты МОН-ку…