Врата: Северный ветер. Том 4 (СИ)

Впрочем, не все торопились изъявлять свою покорность — некоторые ещё стояли прямо, а один из альдераманцев даже руки на груди скрестил. Высокий, с короткой бородкой и с длинными седыми волосами, которые удерживал золотистый обруч на лбу. Худое лицо, колючий взгляд, богатая одежда и массивные перстни на пальцах — явно не самый последний в клане.
— Сначала я хочу услышать условия, — заявил Халефдан. — И только потом, по закону унии мы…
— А детей Хакурэй ты убивал тоже по закону, Атрий? — послышался вкрадчивый голос позади северянина.
Варвар обернулся, увидел острозубую улыбку и холодные лиловые глаза, а затем получил нож в живот.
Эрин вспорола брюхо Халефдана, и тот рухнул на пол, тщетно пытаясь зажать рану. Апостол ударила очень аккуратно, так что северянин был ещё жив, а умереть должен был не быстро и далеко не безболезненно.
Остальные Халефданы замерли в ужасе.
— Говорят, что Север помнит… — задумчиво произнесла Афина. — Но это всё чушь: Север — забыл. А вот Империя — нет.
Она схватила протянутый меч и воткнула его в грудь стоящего перед ней северянина.
— Империя не забывает, — принцесса оскалилась. — И не прощает.
Алебардисты шагнули вперёд, беря остальных варваров в кольцо копейных наверший, чтобы они даже и не думали дёрнуться.
Эрин небрежно бросила нож на каменный пол, скинула плащ с капюшоном и подошла к стоящему неподалёку столу, накрытому грубым покрывалом. Улыбнулась, откинула материю.
Сверкнули девять превосходных мечей. Имперская работа — длинный клинок, полуторная рукоять, узорчатый клинок. За такой на Севере могли дать золота по весу.
— Вожди Хорасана, — голос Афины зазвенел. — Пришло вам время вернуть долг.
Варвары переглянулись между собой. Вождей из Снежной унии сейчас собралось восемь — пять человек и три орка.
— Убейте предателей, а затем приведите сюда свои кланы и живите в этих землях. Служа мне, уважая Империю, чтя богиню Эмрис и её двенадцатого апостола Эрин Меркурий. Такую службу я требую от вас, присягнувших мне, как королеве Севера.
— Да разве ж это служба, — ухмыльнулся один из орков, подходя к столу и беря меч. — Это ж награда!
— Мечей девять, а вас восемь, — сказала чёрная жрица.
— Твой меч девятый, Игнациус Халефдан, — Афина повернулась к стоящему рядом с ней варвару. — Зверь умирает, но стая живёт — так ты сказал. Поэтому — даю выбор.
— Ты правда хочешь дать меч тому, кто хотел твоей смерти? — Игнациус усмехнулся. — Как же ты глупа, принцесса.
— Другом ты мне не станешь, — усмехнулась девушка. — Но ненавидеть тебя соклановцы будут куда сильнее меня. Будут ненавидеть, будут пытаться убить… Добро пожаловать в мой мир, варвар.
— Я своё уже пожил и в отличие от этих, — Игнациус брезгливо кивнул в сторону остальных Халефданов, — я смерти не боюсь. Так почему ты думаешь, что я соглашусь?
— Ну, ты, может, и оромеился, но северянином остался. А что для северянина клан? Всё. Так что я не думаю, я знаю — ты сейчас примешь моё предложение и будешь во главе армии, что подавит всех непокорных. Единовластным риксом тебе больше не быть, но в совет вождей войдёшь. А главное — Халефданы будут жить. В отличие от моего клана. Но я-то — не вы, я всех резать не хочу.
— Раз не хочешь резать, то я могу и отказаться, так ведь? — усмехнулся Игнациус.
— Специально — нет, — улыбка Афины стала неприятной. — Но я могу попросить, и ваши клановые крепости просто спалят драконьим огнём. Или верные моему слову хорасанцы будут сковыривать один форт за другим, а выжившие станут рабами.
— Остальной Север не позволит…
— Остальной Север это проглотит, — вставила молчавшая доселе Эрин. — Вам ещё не надоело верить в это пугало под названием северное братство? Вы же предавали друг друга и воевали друг с другом больше, чем с Империей. И почему это, например, племя орков из Гефары должно испытывать какие-то родственные чувства к племени людей с Северного клыка? Одни живут в лесах, другие ходят по морям. Одни берут себе имена на римский манер и хвастаются собранными библиотеками, другие ценят железо выше золота. Всё, хватит. Надоело. Даже я уже сыта этим по горло. Не можете быть нормальными соседями — сдохните и не мешайте нормальным людям. Животные не гадят, там где живут, а у вас это прям какая-то центральная идея, что в случае чего вы всё вокруг запалите. Слишком с вами цацкались имперцы, а надо было вешать, вешать и вешать… Ну, так это никогда не поздно.
  
— В общем, я сказала — ты услышал, — добавила Афина. — Никто тут не пришёл вас покорять, завоёвывать или принуждать к вассалитету. Мы пришли дать вам по шее — не больше и не меньше. Если вы не усвоите урок, то придём снова и с теми же намерениями. Поэтому выход у вас только один — выжечь всю грязь, а потом мирно жить. Будем торговать с теми, кто воевать не хочет, а у кого руки будут чесаться — пускай воюет за нас. Планы у Империи нынче большие, сил полно, но от добрых рубак — не откажемся. Главное — не бить в спину и не предавать. Резать всех направо и налево я не хочу, но если понадобится — сделаю.
Принцесса развернулась, зашагала назад и уселась на троне, подперев рукой голову и холодно глядя на всех перед ней.
— Я сказала достаточно. Выбор — предложила. Теперь — действуйте.
Алебардисты двинулись вперёд на альдераманцев. Те сбились в кучу, спина к спине. Ощетинились мечами. Впрочем, не все — кто-то рухнул на колени, бросил оружие и начал молить о пощаде. Да и у остальных оружие почти всё было не боевым, а парадным — отвыкли набольшие Халефданов биться наравне со своими соклановцами.
Десяток хорасанцев врезался в их ряды со свистом и гиканьем — в отличие от более цивилизованных уний, в унии Снежной вождём мог быть лишь умелый воин. Если при этом он хоть немного смыслил в управлении и тактике, то становился по местным меркам практически гением… Но выбранные Афиной и Эрин такими не были — просто крепкие середнячки, не хватающие звёзд с неба. Храбрые, не слишком хитрые, но зато исполнительные и готовые воевать за нового вождя.
Особо внимательно принцесса проследила, чтобы Игнациус Халефдан лично добил сородичей. Сначала одного, но под пристальным взглядом Афины, прикончил ещё и второго. Не в честном бою, разумеется, сказывался возраст и не самые выдающиеся боевые навыки, но всё-таки.
Главное — всё происходило в присутствии десятков свидетелей из числа местных. А значит — новости разнесутся быстро.
Как останавливают лесной пожар? Пускают встречный пал.
И теперь война коалиции против Халефданов должна была превратиться во внутреннюю свару внутри альдераманского клана.
— Дозволяю приблизиться, — сказала Афина, когда всё было кончено.
Девять новоиспечённых вождей-палачей подошли к трону.
— Что значат клятвы на мече, если на нём нет крови врагов? — иронично развела руками Эрин, которая теперь стояла за правым плечом принцессы.
— А теперь о дальнейшем устройстве всех трёх уний, — будничным тоном произнесла Афина. — Объявляю сейчас, чтобы у всех было время подумать и обсудить. Можете вносить предложения об изменениях — я открыта к диалогу.
Значит, Альдераман я взяла по праву крови… И не надо там тявкать из задних рядов! Я всё слышу. Сказала — взяла, значит — взяла. А что кто-то ещё сопротивляется, так ему же хуже — мог бы жить и жить славно, а не умирать за клан предателей и узурпаторов.
Хорасан взяла по праву меча. Не весь. Кто в поход на Империю ходил — по их души и пришли. Кто в войне не участвовал и Тёмным не кланялся — пусть живёт как живёт.
Гефара — за дружинником моей доброй подруги, её святейшества Эрин Меркурий. Сама она править не может, а рикс Ханвальд уже признал моё верховенство. Так что считайте — взяла по праву дипломатии.
Письмо в Александрополь я уже отправила — буду просить Его Величество официально закрепить эти земли за мной. Лично за мной и моими потомками или наследниками. Я — восьмая в очереди к престолу Нового Рима, так что императрицей мне не быть… Но магистром доминиона быть могу. Королевой по-вашему, верховной ригдамной. Плохо, что ли доминионом быть? Хорошо же. На Северный Предел гляньте — сами жирные, как барсуки, ни войн, ни усобиц, а всё про свободу талдычат. Только мнится мне, тамошние унии просто хотят оставить все привилегии, а вот обязанности — убрать. Только не бывает так — у каждого правителя должны быть гиаши.