Тайна двух лагерей
– А что именно вы хотели? – спросил он. – Администратор отъехал по делам, управляющего тоже нет на месте.
– Тогда, может быть, вы мне поможете. Вы работали здесь седьмого сентября?
– У меня была вечерняя смена. Подменял заболевшего официанта. Седьмого сентября я был здесь.
– Отлично. – Гуров открыл в телефоне фотографию Виктории Кочур. – Помните эту женщину?
Михаил посмотрел на экран и покачал головой.
– Вечером у нас всегда много посетителей.
– Всех и не упомнишь, я понимаю, – согласился Гуров. – Тогда, возможно, вы ее действительно не запомнили. Что ж, не буду настаивать. Не подскажете, а часто ли происходят такие ситуации, когда вашим посетителям становится плохо?
– У нас вроде бы никто не травится. Продукты свежие, можете сами проверить.
– Я не про еду, – поправился Гуров. – Ну, знаете, всякое бывает. Выпил человек лишнего, стал песни орать или потерял равновесие, не дай бог.
– Такое иногда случается, – улыбнулся Михаил. – Но пьяных мы «пасем», чтобы не кинули с оплатой. И не наливаю тем, кто уже не стоит на ногах. Клиент не всегда прав – правило на все времена.
– В ущерб себе и заведению? – не поверил Гуров.
– Так они же сначала просят им принести выпивку, а платить обещают после, – объяснил бармен.
– Разве это неправильно? Сначала заказ, а после счет?
– Все верно, но только в том случае, если вы в здравом уме. А если вы сильно пьяны, то и счет вряд ли оплатите. Находились и те, кто уверял, что они не делали заказ, а только что пришли, поэтому платить отказываются. Зато перед ними в этом момент стоят их же пустые тарелки и стаканы. Вот вам и ущерб.
– Ух ты, как все разложили, – восхитился Гуров.
– А что с этой женщиной не так? – Михаил указал на фото Виктории. – Она здесь точно не буянила, я бы запомнил.
– Но, возможно, выглядела нетрезвой? – закинул удочку Гуров. – Она была со спутником. Мужчина средних лет, в костюме и белой рубашке. На женщине была серая юбка и белая блузка. Они немного посидели на улице. У вас там совсем недавно стояли столики, верно? Сейчас их нет.
– Пришло дурацкое распоряжение сверху убрать эти столы. Да, буквально вчера утащили в кладовую. Зачем, если погода отличная? Сейчас самое время косить выручку, бабье лето во всем разгаре. Можно мне?
Михаил протянул руку к телефону, взял его и всмотрелся в фотографию.
– Бокал белого сухого «Шардоне» и одно безалкогольное пиво, – вспомнил он. – Точно. Теперь я их вспомнил.
– Вспомнили кого?
– Обоих. Вы описали то, во что они были одеты, и сказали, что пара выбрала столик на улице. Заказ был небольшим, только спиртное. По этим признакам я и вспомнил. Обычно исключительно алкоголь без закусок выбирают редко. Хоть сырную тарелку к этому, но закажут. А эти взяли только вино и пиво. И да, женщине стало нехорошо. Я это заметил, когда мужчина попросил счет. Я еще подумал, что им в какой-то мере повезло, потому что другие столики на улице стояли вдоль тротуара, но самый крайний, за которым они сидели, располагался немного в стороне. Там угол здания, он мешал нормально поставить столик, приходилось как-то выкручиваться. А везение в том, что на женщину не глазели посетители – у них был другой обзор.
– Сможете описать мужчину?
– Не очень хорошо его запомнил, – покачал головой Михаил. – Кажется, ничего особенного в глаза в его внешности не бросалось. Бывает, что люди чем-то привлекают внимание, но внешность я запоминаю, только если она вызывающая. А этот… обыкновенный. Да и женщину я только по вашему фото узнал.
– Кто оплатил счет?
– Мужчина и оплатил. Женщине было не до этого. Я еще подумал, что, наверное, она выпила на голодный желудок. Ее глаза почти закрывались. Сидела вся бледная. Я предложил вызвать такси или принести воды, но она отказалась.
– Кто оплатил счет?
– Мужчина. Картой. Вам нужно его имя?
Михаил улыбнулся одними уголками губ, показывая, что готов рассказать больше, чем от него требуется.
– Наверное, женщина к нему обращалась по имени? – спросил Гуров.
– Не в моем присутствии. Но на банковской карте было его имя.
– Михаил, вы интересуетесь банковскими картами посетителей вашего заведения? – не выдержал Гуров. – Или что?
– Он не стал прикладывать карту к терминалу, потому что был занят своей спутницей, – терпеливо объяснил Михаил. – Просто положил ее на стол и сказал: «Возьмите». И сотку на чай наличными. Карту к терминалу прикладывал я. Просто успел прочесть его имя и фамилию. Ну машинально же!
– Назовите их.
– Денис Попов. Карта Сбербанка, последние цифры 1108.
У Гурова зазвонил мобильный. Дав понять жестом, что вернется, он отошел к лестнице, но мобильная связь в подвале оставляла желать лучшего. Гуров взбежал по ступенькам, вышел на улицу, взглянул на экран. Связь появилась, а от Стаса Крячко был один пропущенный звонок.
– Что-то срочное, Стас? – Гуров прикрыл рот ладонью, чтобы шум с проезжей части не заглушал его голос. – Ты на Петровке? Что-то нашел?
– Я только что приехал. У нас тут новости. Еще одна жертва.
– Где?
– На другом конце Москвы. Его бомжи нашли. Труп мужчины плавал в котловане на замороженной стройке. Скончался, по всей видимости, от удара по голове, там крови много. Раздет до трусов. На краю котлована стояла спортивная сумка с одеждой, там же обнаружили паспорт, в который была вложена тысячная купюра. Не знаю, совпадение ли, Гуров, но вдруг это новое начало?
– Имя?
– Денис Геннадьевич Попов, 1995 года рождения.
– Опиши его, – потребовал Гуров. – Сводка у тебя на руках?
– Да, передо мной. Рост около 190 сантиметров, худощавого телосложения, волосы рыжие. Из особых примет: татуировка в виде мальтийского креста на тыльной стороне ладони правой руки, мочка правого уха проколота в двух местах, отсутствие двух передних зубов. Смерть наступила несколько дней назад, но эксперты скажут точнее.
– Скоро буду, – сообщил Гуров. – Есть еще вопросы к персоналу кафе. Постараюсь управиться побыстрее.
– Могу за тобой послать машину, – предложил Стас. – Лучше бы, конечно, ты не своим ходом добирался, потому что нас Орлов требует.
– Не дергай наших, я быстрее на такси доберусь, – решил Гуров. – У меня тоже новая информация, но лучше объясню все на месте.
Гуров убрал телефон в карман, достал сигарету и закурил. Получается, Алексей представлялся своим именем. На самом деле Гуров мало верил в то, что оно подлинное, но проверить это до сего момента не представлялось возможным – преступник или его пособник будто сделался невидимым. Даже Михаил со своей профессиональной наблюдательностью с трудом его вспомнил.
– Только вас и ждут, – многозначительно произнесла Верочка. – Там и прокурор тоже. Принесла им чай, но они такие серьезные.
– Будешь тут… – пробурчал Гуров, открывая дверь в кабинет генерал-майора Орлова. – Здравия желаю. Разрешите войти?
Увидеть за столом старшего следователя прокуратуры Игоря Федоровича Гойду буквально означало, что теперь привычный рабочий график сыщиков и всех, кто к ним прилагается, полетит к чертям собачьим. Сон и обед? Нет, не слышали. Пожалуйте переночевать на рабочем месте, а перекусить можно и на ходу. А все почему? Потому что кто-то вышел на горячий след.
– Я отправил одного нашего опера в кафе, где Елена Игнатьева была с Алексеем, и в магазин, где она работает, – сообщил Крячко. – Парень он дельный, внимательный и очень исполнительный. Проверит, допросит, доложит. А у тебя что?
– Докладывай, Лев Иванович, – приказал Орлов. – Что-то нашел?
– Нашел, и даже больше. В кафе «Калька», куда Алексей привел Викторию Кочур, их запомнил бармен. В тот день он был на замене – у них заболел официант. Викторию узнал по фотографии, а вот Алексея вспомнил с трудом. Неприметный внешне, ничем не запомнился. Однако бармен нам попался ценный… в каком-то смысле. Алексей дал ему банковскую карту, чтобы бармен приложил ее к платежному терминалу, а тот, как он утверждает, машинально прочитал имя владельца карты. Готовы, господа офицеры? Денис Попов.