Это другое (СИ)

— Да чего там узнавать-то? Кокос — личность известная, и места его досуга не секрет, а то, что у первого же посещенного обнаружился его весьма примечательный мотоцикл — просто повезло, — задумчиво произнес Силин, при этом проведя рукой по причине своей задумчивости, а именно украшенным серебряной чеканкой ножнам одного из старинных кинжалов, чем заставил поморщиться Пеле, прекрасно помнящего, что конкретно этот стоил ему, как весь прочий хлам на стене вместе взятый.
— И что же заставляет тебя, друг мой, быть уверенным, что люди пойдут за тобой? — поспешив опередить вскипающего и вот-вот готового уже вспылить Кокоса, задал очередной вопрос бородач.
— Жизненный опыт, а конкретно, знание человеческой природы. Когда есть выбор: примкнуть к силе или же кануть, как у вас тут говорят, в Лете вместе с отжившими уже свое «бывшими» — то мало кто, и уж точно не мелкий криминал, предпочтёт почетно сдохнуть во славу недальновидных и неповоротливых глупцов, не способных почуять новые веяния! — всё также стоя вполоборота, заявил «умудренный опытом» школьник, перенеся свой интерес на другое оружие. Менее ценное с исторической точки зрения, но более предпочтительное в утилитарных целях. Да и острота клинка тут больше соответствовала понятию оружие, а не музейный экспонат.
— И что же там такого... повеяло? — и вправду заинтересовался Пеле, выпустив из вида стремительно наливающегося краской Кокоса.
— Да что ты слушаешь этого сына шакала! Презренного и... — это всё, что успел выпалить вскочивший черноволосый, прежде чем резко выхвативший одну из шашек светловолосый вдруг оказался рядом с приставленным к его горлу, тем самым, остро отточенным лезвием её клинка.
— Видишь, Пеле, какие они все слабые, а ты с ними. Неразумно, — едва ли не пропел вмиг преобразившийся Силин, определенно упивающийся моментом и будто бы остро сожалеющий, что лишь одинокая капля крови из пореза скатилась по даже взмокшей шее и груди резко остывшего горячего парня, а не всё вокруг стало вдруг красным от фонтана его крови. — А ты, Кокос, передай уже своим, что я хочу поскорей продемонстрировать: кто достоин держать в своих руках теневую власть над городом, а кто лишь временное досадное недоразумение. Или я и дальше буду появляться рядом в самые неподходящие моменты и унижать тебя, слабый ты, но шумный щенок, возомнивший себя настоящим мужчиной.
— Только они на кинжалах(с акцентом) биться не станут, — несколько иронично произнес рыжий, бесспорно впечатлившийся резвостью визитера, но всё же не питающий иллюзий на счет шансов всех подобных навестившему его «героев-одиночек» в их противостоянии с организацией, коей как раз и являлась семейка Кокоса, возглавлявшая весь более или менее значимый криминал в городе. — У них, знаешь ли, есть кому и чем... эм, посовременнее удивить любого, кто аниме(хмыкнув) пересмотрел.
— Вот и замечательно! А я покажу, что даже с острой железкой(кивок на клинок) могу карать слабаков, что возомнили себя кем-то стоящим. Позаимствую? — а дождавшись утвердительного кивка от Пеле, Силин ловко взмахнул одолженным оружием, прекратив холодить им горло Кокоса, которому тут же подмигнул и, прежде чем покинуть помещение, сообщил напоследок. — Не прощаюсь.
  
Глава 3
 
Нельзя сказать, что Силин прям изначально всё так и планировал. Тут, скорее, экспромт. Но произошедшее, стоит заметить, никак не противоречило его целям, вполне укладываясь в то, благодаря чему в будущем возможно воплотить определенную их часть.
Так, например, то, если разобраться, безобразное поведение, которое он позволил себе с Котовой утром, по большей части было обусловлено бушующими гормонами Славика, как несложно догадаться, ранее числившего упомянутую красавицу класса в числе фавориток своих ночных грёз, причем, зачастую в паре с рыжей, также принимавшей в них более чем активное участие, если вы понимаете, о чем речь. Ну и отношение Кима к простолюдинкам, всегда бывшее таким и только таким, сыграло не последнюю в том роль.
 
Тут, пожалуй, стоит пояснить. В мире Кима Фройза, продолжительное время числившегося принятым членом графского рода Сильнобейских, что из клана Сильничей, этими вот баронессами, графинями, маркизами и им подобными, то есть правящей магической аристократией, могли являться, правда только до Великой Революции Справедливости, лишь женщины, ибо мужчины магически были одарены гораздо скромнее, и редко когда запас их сил с пропускной способностью энергетики превышали рыцарский ранг, что, разумеется, давало им право на титул кавалера, но владений не приносило. Своего рода служилое дворянство, получается. Ну так вот, и именно поэтому немагички, то бишь простолюдинки, а попросту говоря все здешние женщины — в сознании Силина, многое взявшего от Фройза, не заслуживали пиетета и изящного обхождения. Они ж даже спалить на месте за неучтивость не смогут! Так из-за чего тогда, скажите на милость, благоговеть пред ними?
Вот и выходит, что утренние события — это вовсе никакой не хитрый многоходовый план издалека, так сказать. Просто Силин, под влиянием составляющих его личностей, позволил себе чуточку пошалить, а в итоге всё привело, внезапно, к встрече с Кокосом. Которого, к слову, знали многие, а потому и несложно было впоследствии найти его, дабы устроить провокацию. Да даже в воспоминаниях Славика, помимо жутигонных историй о суровых горцах, о нём присутствовали вполне себе конкретные сведения, которыми, как видно, решивший воспользоваться ситуацией Силин не побрезговал.
Ну а теперь вот, когда осиное гнездо почти что разворошено, и наблюдатели, можно сказать, извещены о появлении претендента на роль нового игрока, стоит чуть выждать, пока число их, вполне себе потенциальных людских активов, увеличится, дабы, как следует заявив о себе, привлечь в свои ряды, после непременно красноречивой демонстрации того, кто есть кто, и чего стоит. Ведь, когда в мир прийдет магический апокалипсис, как такое и сходное с этим именуется в некогда прочитанных Славиком книжках, именно бандиты, власть над которыми вознамерился взять в свои руки наш герой, будут наиболее гибкой, оперативной и без лишних рамок силой, пусть и не самой перспективной в дальнейшем, но на первых порах наиболее зубастой, то есть самое то. 
Хотя всё же стоит заметить, Силин, пусть и повинуясь уверенности Кима в полезности следовать плану «забросивших» его, до конца ещё не определился с необходимостью спешить с воплощением оного. Ну что там те лет пятьдесят, пока он как следует обживется и всё получше приготовит? Не к спеху, короче, а может и вовсе позабудется со временем. А бандиты, что бандиты — не помешают уже и сейчас.
Нынешний Силин, как видно, оставлял за собой право окончательного решения о целесообразности своей миссии. Всё же продолжать оставаться единственным в своем роде — гораздо интереснее, нежели стать однажды одним из множества подобных себе. Хотя, справедливости ради, все вместе они стали бы силой, способной смять любую здешнюю. Но и об архитекторах замысла не стоит забывать. Позволят ли они, после широкомасштабного прихода магии в мир, оставаться на ведущих ролях, или отблагодарят безвестной могилкой где-нибудь в глуши под кустом?
И да, также стоит понимать, что ни Славик Силин, ни Ким Фройз из Сильнобейских — никогда не были ни какими-нибудь там мощными гигантами мысли, ни ловкими комбинаторами, ни даже более или менее искушенными правителями, или, хотя бы, руководителями звена выше среднего, а потому не стоит ожидать от образованной в результате их слияния личности чего-то сверхъестественного в плане стратегии или хотя бы элементарного менеджмента. Не более чем «коктейль» из тертого жизнью наглеца с определенной долей везения. Ну, раз до сих пор ещё жив, хотя как посмотреть. И из начитанного зануды, благодаря некоторой трусливости, как правило не спешащего действовать, а потому редко ошибающегося. Так что последовательность, как видно, это тоже не про них, точнее не про нынешнего Силина.
Возможно из-за этого, и прочего вышеизложенного, посреди ночи разбуженный у себя дома сероглазый, светловолосый юноша и был несколько раздосадован тем, что всё случилось так скоро. Не сказать, конечно, что внезапный визит незваных гостей стал для него прям такой уж неожиданностью, ибо Силин всё же был готов к подобному, и загодя разбудившая его штатно сработавшая сигналка на входе — тому подтверждение, однако он всё же не думал, что за ним придут уже сегодня ночью. Не стратег он, что поделать.