Это другое (СИ)

— Я просто не понимаю, о чем вы говорите, Павел Петрович. Изъясняйтесь, пожалуйста, яснее. Что за аномальная... как там её, а, активность? Что за дар такой? У меня складывается впечатление, что меня разыгрывают, и даже предъявленная вами корочка меня уже не то чтобы и убеждает в вашей честности, — отпив чая из, под гжель теперь уже размалеванной, чашки, поморщился и отставил её привередливый посетитель, прежде чем дать ответ безмятежно «откушевающему ко́фею» оппоненту.
— И, конечно же, вы непричастны к уничтожению боевиков Иванова Ивана Абрамовича, более известного как Фюрер, а также к захвату и вывозу за город Магомедова Аслана Альбертовича, Кокос который. Я правильно понимаю?
— Вам виднее, — после новостей о присутствии в мире и других магов-вселенцев, причем уже более года как, не особо впечатлился информированностью лукавого собеседника хоть и озадаченный, но самоуверенный Силин.
— Ну и группировку Фюрера — тоже не вы? В тот же день наведавшись в «Корчму у дороги», где те осели, занимаясь... незаконной деятельностью(дернув щекой), торговля несовершеннолетними девочками из которой — самое, пожалуй, безобидное, — продолжил свою игру подполковник, увидев же, что слушатель не впечатлился, он решился не столько вывести того на эмоции, сколько вообще посмотреть на выдержку этого, с виду лишь школьника. — Заодно торгуя органами. Не редко детскими.
— Да уж, совсем у вас тут плохо с потрошителями. Не пробовали на кострах их жечь? Публично, — уж ляпнул так ляпнул некстати вылезший Фройз, пока Силин был озадачен разработкой новой стратегии, но видя такое дело, решил сосредоточиться пока на насущном. — Шутка.
— У нас, говорите? — тут же прикусив язык, произнёс не менее озадаченный Климов, не увидев и близко ожидаемого в реакции собеседника, однозначно не оставшегося равнодушным к сказанному, но, храни нас диалектический материализм, насколько же чуждо, или даже чужеродно при этом выглядящего и слегка теперь пугающего своей странностью. Что бы он там потом не пытался скорчить. Однако не став акцентировать внимание на собственном замешательстве, подполковник поспешил продолжить. — Ну тогда, наверное, вас также не станет заботить и то, что(глянув на часы) в данный момент происходит штурм резиденции Магомедовых, плотно сотрудничавших с группировкой Фюрера по теме трансплантологии, и не только, а также уже ведутся беседы с одним генералом(как выплюнув) МВД и ещё одним... хотя это уже не важно.
— Мне-то какое дело? Поздравляю, — несколько резче, чем следовало бы, пожал плечами Силин, сгорая от злости, что влезли в его дела, и теперь он никакой не потенциальный лидер регионального криминала, а самый натуральный в их глазах провокатор здешней тайной канцелярии, нанесшей сокрушительный удар по самым значимым местным шайкам, а заодно и прихлопнувшей до безобразия проворовавшихся стражников.
— Забыли? Бывает. Тогда, может быть, данное видео поможет вам... припомнить, — не став обвинять Силина во лжи, очевидно, намереваясь поддерживать с ним ровные отношения, хотя наверняка всё же сотрудничать, оставил пути к отсутплению тому Климов, протягивая смартфон с поставленным на паузу в самый интересный момент фрагментом видеозаписи с камер наблюдения, в том числе и за спортзалом, где один супер-школьник как раз отражал град пуль Щитом, а затем и исцелял Рябова, прежде чем за считанные секунды положить «черномасочников» одним лишь ножом.
— Крутой фильм, это уже в кинатеатрах крутят, или сериал какой?
— Перестаньте. Ваше лицо, Вячеслав, отчетливо видно, да и рабынь ваших трудно спутать с кем-либо ещё.
— Рабынь? — поняв, что ничего не понимает, не сумел удержать язык за зубами Силин.
— Чем вы их делает послушными? Кольцо, перстень, смарт-часы, браслет какой-нибудь?* — пошел подполковник в атаку, точнее внимательно следил за реакцией того, кто определенно был сбит с толку его словами, а значит нужно надавить сильнее.
— Эм... кольцо, — чуть замешкавшись, соврал Силин, вознамерившийся выведать больше информации на заинтриговавшую его тему, не расспросами, расплачиваясь с хитрым собеседником ответной откровенностью, а вычленяя обмолвки из беседы на, вроде как, хорошо уже известную им обоим тему, свою же настоящую неосведомленность пряча в словесных кружевах.
 
— Врёшь, мальчи... Зачем же вы обманываете, Вячеслав, — но не тут-то было, прекрасно поняв, что собеседник вообще не в теме, более того, он, похоже, даже и не по теме «Синева», не сумел удержаться торжествующий Петрович, которому теперь было очевидно, что он случайно наткнулся на кого-то совсем иного рода, при этом, хоть и вовремя взяв себя в руки, но всё же корил за несдержанность.
— Послушай, дедуля, ты втираешь мне какую-то дичь! — почему-то лексикой Славика, вскипел Ким, которому какой-то простолюдин, которого ещё и нежелательно взять и вспороть от горла до брюха, позволяет себе неучтивость. Но Силин быстро взял свои эмоции под контроль и уже спокойнее продолжил, при этом досадуя, что собеседник тоже непрост, и уловка не сработала, а значит придется выторговывать информацию. Что ж, он готов поторговаться, в конце концов жизнь тоже товар, и за её сохранение почти любой готов к откровенности. — Я не понимаю, о чем мы вообще тут с вами гово...
— Да сдал он нас, Дон! Видишь же, что не пришел, крыса! Разбегаться надо, а не сидеть тут, пока нас не... — прерывая беседу, раздался вдруг громкий голос из соседнего угла, где плотный квадратнолицый блондин с хвостиком и в, даже с виду дорогом, двубортном серо-полосатом, так сказать, костюме вскочил вдруг на ноги и, нависая над аналогично выряженным флегматичным черноволосым и давно немолодым мужчиной при аккуратной бородке с проседью, попытался доходчивее, как ему казалось, донести свою мысль.
— Заткни его, Куб, — негромко, но в воцарившейся тишине заведения отчетливо слышно, властно сказал этот самый Дон, обращаясь к здоровенному крепкому мужчине аналогично в недешевом костюме неброского цвета, на что тот, не вставая, протянул свою длинную ручищу и, положив лапищу на плечо блондину, надавил. Причем как вниз так и просто сжав пальцы, от чего едва не послышался хруст, а присмиревший возмутитель спокойствия с хвостиком был усажен назад на стул и, потирая теперь плечо, стал сдержаннее.
— Я всё, всё... Но сути это всё равно не меняет, — недовольно он проворчал под взглядами прочих из странной четверки мужчин за столом, все в неплохих костюмах, но почему-то со спортивными, и вроде как даже позвякивающими металлом внутри, сумками под столом у ног каждого, кроме черноволосого.
— Продолжаем кушать, — не повышая голоса, но с интонацией больше похожей на угрозу, обратился к пялящимся в их угол посетителям Дон.
— Тебе что-то не понятно?!! — агрессивно вскинулся молчавший до этого несколько сухого телосложения весьма колоритный бритоголовый мужчина с прямо-таки соломенными усами с подусниками, когда один из посетителей позволил себе задержать недовольный взгляд на шумной компании, чем тут же принудил того потупиться, а его спутницу засобираться. — А ты чё пыришься? Не ясно сказали? Чмо, мля! — продолжил морально давить на то и дело оборачивающихся людей, для которых вдруг стало неуютно в заведении, где им были обещаны упоительные вечера и французская выпечка с соответствующим обхождением, а тут быдло какое-то затесалось. Наконец дело дошло и до столика в соседнем углу зала. — Слышь, старый, если твой щенок не перестанет так дерзко пялиться на меня, то я сломаю тебе палец или даже два, а ему(заржав) жопу порву. Цём, сладенький.
— Ненужно, Вячеслав, пойдем в другое место, где спокойно поговорим, — попытался было досадующий на неудачный выбор заведения Климов придержать встающего Силина, которому мало того, что о-очень хотелось скинуть раздражение из-за провала его криминальной карьеры, во всяком случае в данной провинции, но ещё и не очень любил, когда одного с ним пола особи подмигивали и слали ему воздушные поцелуи, ведя при этом речь о жопе, а тем более нештатном её употреблении.