Моров. Том 8 (СИ)

Его сиятельство утратил все намеки на насмешку. Вот теперь он почувствовал, насколько тонок лед под его ногами. Одно дело играть со мной в беседу, и совсем иное — стать причиной, по которой правящая династия Великобритании неминуемо сменится.
— Я тоже не питаю иллюзий насчет работы ваших спецслужб, ваше благородие, — взяв себя в руки, заговорил англичанин. — И та легкость, с которой Российская Империя развалила коалицию, это доказывает. Так что верю, что вам под силу войти в спальню к моему королю, взять его кровь и лишить мою родину монаршей семьи.
Я кивнул, не сводя с него взгляда.
— Я даже не думал пытаться поговорить с ее императорским величеством наедине, ваше благородие, — продолжил лорд Фицхью. — Но она пробралась ко мне в посольство сама, по своей воле. И задавала вопросы о деятельности кровавого ковена.
Интересный момент.
— И что же так заинтересовало нашу государыню в этом богомерзком обществе? — уточнил я, поднося бокал ко рту.
Пить я не собирался, лишь обозначил прикосновение стекла к губам, но тут же убрал напиток в сторону. Граф, внимательно отслеживающий мою реакцию, правильно уловил посыл жеста.
— Она просила обеспечить связь для нее лично с ковеном магов крови в Великобритании, ваше благородие, — пояснил лорд Фицхью. — Но у меня нет ни права на такие действия, ни даже возможностей: я не отношусь к ковену, хотя мне и известны некоторые его члены. Однако они состоят в другой партии, и я бы не посмел передать в руки политического противника такой козырь, как связь с государыней Российской Империи.
Ну да, это у нас здесь все англичане однозначно враги. Там у себя они тот еще клубок змей, который постоянно жрет друг друга. Исторически так сложилось, и география одна из причин подобного развития событий. Остров отделен от остальной цивилизации, и аристократам пришлось делить не столько весь мир, сколько доступ к кормушке, который открывался владельцу короны Великобритании и его сторонникам.
— И что же вы сделали, ваше сиятельство? — с понимающей улыбкой спросил я.
— Я передал информацию его величеству, — словно в омут с головой бросился, выдохнул граф.
Он взял паузу, чтобы глотнуть виски. Осушив его до дна, лорд Фицхью застыл на мгновение, его взгляд затуманился. Алкоголь, видимо, не слишком действовал, так как в глубине глаз аристократа все больше проступало раздражение.
Он ничего не мог сейчас сделать. Не мог молчать, ведь это бы открыло мне дорогу в Лондон. Не мог соврать, рискуя уже собственной головой. Я слишком силен для простого графа, который едва открыл четвертый узел и, судя по резерву, не слишком-то утруждал себя тренировками в магии.
Да, у него есть дипломатическая неприкосновенность, но кто сказал, что она защищает от несчастного случая? Запнется лорд Фицхью дома на лестнице — и отправится на туманный Альбион в комфортной коробке, обитой бархатом. Для этого, собственно, даже чародеем быть не нужно — достаточно пары подготовленных специалистов, чтобы все организовать.
А за то, что посол чужой страны крутил мутные дела с государыней в обход его императорского величества, его ни в одной стране по голове бы не погладили. Мало того, это еще и отличный повод для того, чтобы развязать войну.
Но открытое боестолкновение с Российской Империей — это мое гарантированное участие. А значит, островитяне рискуют потерять не только собственный суверенитет и государственность, но и вымереть подчистую.
Достаточно наложить паралич на один английский корабль, взять у каждого из жертв по капле крови, и в Великобритании умрут тысячи людей. А если мне под руку подвернется батальон в тысячу человек, списывать придется сотни тысяч человек.
— Меня не ставили в известность, чем это кончилось, ваше благородие, — признался граф Фицхью. — Я не могу утверждать, но, в теории, если бы его величество направил своих людей в вашу страну, то сделал бы это в строжайшей тайне, не давая информации о новых агентах действующим дипломатам. Так легче обеспечить секретность операции.
Я кивнул.
  
— Больше вы ничего не хотите добавить? — уточнил я, ставя бокал на столик.
Англичанин побледнел, его глаза забегали в ужасе, но он все же сумел мне ответить:
— Мне больше нечего сказать, ваше благородие.
Я поднялся из кресла и с улыбкой поправил свой пиджак.
— Приятного вечера, ваше сиятельство, благодарю за нашу содержательную беседу, — проговорил я, не глядя на посла. — Надеюсь, мне не нужно напоминать, что о нашей встрече распространяться необязательно?
Он судорожно закивал, даже не делая попытки подняться. Впрочем, бокал он сжимал так крепко, что стекло могло бы лопнуть.
— Позвольте, пока не поранились, — произнес я, отобрав у него емкость.
Плеснув виски в огонь, я повертел бокал в руке.
— Невежды считают, будто для того, чтобы воздействовать на человека, необходима именно кровь, — под непонимающим взглядом английского аристократа пояснил я. — Но на самом деле хватит любого образца ДНК. Так что этот бокал, лорд Фицхью, будет гарантировать сохранение нашей маленькой тайны.
И, не дожидаясь реакции, я покинул комнату, преспокойно открыв дверь. Ко мне тут же подошел слуга с вопросом в глазах.
— Обернуть в пакет для улик, подписать, спрятать в сейфе его императорского величества, — распорядился я, вручая свою ношу человеку Романовых. — И дайте его сиятельству прийти в себя, он немного поволновался.
— Будет сделано, ваше благородие.
Я кивнул ему и направился обратно на танцы. Но уже перед дверьми в бальную залу телефон в моем кармане завибрировал, и я достал аппарат.
ВАЖНЫЕ НОВОСТИ!
Борт, на котором следовала ее императорское величество и комиссия Русской Православной Церкви, пропал с радаров в районе Алаида.
  
Глава 6
 
Ни один слуга передо мной дверь не открыл. Так что пришлось самому толкать створку, чтобы вернуться в бальную залу. Картина, открывшаяся мне при этом, мало походила на увеселительное мероприятие.
Люди смотрели на ее императорское высочество, рядом с которой стояли гвардейцы Кремля. Бойцы окружили наследницу престола плотной коробочкой и уводили к выходу в личные покои правящего рода.
На лице Варвары Викторовны не было совершенно никаких эмоций. Лишь сделав пяток шагов, она остановилась и подала знак своим людям, чтобы те расступились. В полной тишине цокот ее каблуков раздался так громко, как будто будущая императрица не шла, а стреляла из крупного калибра.
— Дорогие гости, к сожалению, я вынуждена досрочно завершенить сегодняшний вечер, — оглядывая зал, ровным и спокойным голосом объявила она. — Всем спасибо, что пришли на мой бал. Однако в ближайшее время мне нужно решать вопросы государственной важности. До скорой встречи.
Общество склонилось перед наследницей престола, и Варвара Викторовна вновь оказалась окружена охраной. В сопровождении бойцов она покинула помещение, и только после этого гости пришли в движение.
Пехотинцы, ответственные за порядок на мероприятии, ожили, окружая гостей и помогая направиться к выходу. Вели они себя подчеркнуто учтиво, на лицах не было ни капли неуверенности, словно не государыня только что пропала, а просто объявили конец бала.
Однако, пока я пробирался к своей супруге, заметил, что приглашенные как раз очень волнуются, хотя и стараются не подавать вида. Но большинство прибывших на бал довольно молоды, и пока еще не настолько профессиональны в сокрытии мыслей и чувств, так что угадывалось их потрясение достаточно легко.
Конечно, исчезновение самолета с государыней на борту — дело важное для Российской Империи. Но Варвара Викторовна уже давно сама вошла в возраст деторождения, так что Виктор Константинович может спокойно уступить ей трон в свой срок. Да и новой императрицей обзавестись, чтобы других детей вырастить, ему ни один закон нашей страны не помешает. Учитывая же мои артефакты, дающие молодость и здоровье, он вполне способен дожить до появления внуков в здравом уме и полным сил.