Моров. Том 8 (СИ)

— Нет, спасибо, я в порядке, — отозвалась некромантка, садясь на свой стул.
Я помог своей супруге занять место за столом и только после этого опустился сам.
Варвара Викторовна оглядела нас и, продолжая улыбаться, заговорила:
— Итак, через четверть часа начнется бал, — объявила она. — Я не буду от вас ничего особенного требовать. Но очень прошу, когда позову Ивана Владимировича, вы сделаете так, чтобы это прошло незаметно.
Первой ответила Снежка, Легостаева еще посматривала на чай с опаской, не рискуя снова пить.
— Разумеется, мы поможем, Варвара Викторовна, — заверила моя супруга. — К тому же, полагаю, положение Варвары Константиновны вызовет небольшой ажиотаж среди гостей. Так что скрыть отсутствие Ивана будет несложно.
Будущая государыня кивнула.
— Тогда давайте за это и выпьем, — предложила она, приподнимая чашку с чаем.
* * *
Бал проходил по уже давно устоявшейся традиции. Сперва собираются гости, затем выходит ее императорское высочество, как член правящего рода и будущая государыня. Гости приветствуют ее поклонами, реверансами, официальные лица вроде глав посольств передают дары от своих правителей.
Затем идет первый танец — хозяйка бала в паре с человеком соответствующего положения начинает, далее присоединяются менее знатные персоны. За право быть кавалером будущей императрицы наверняка развернулась настоящая баталия, ведь если Варвара Викторовна сейчас разрешила ее пригласить, у тебя есть шансы взлететь повыше. И вообще, она до сих пор не обручена, почему бы и не тебе оказаться консортом?
Вот только танцевал с будущей государыней великий князь, троюродный брат. Так что, не похоже, что посторонним удалось пролезть со своими кандидатурами.
Мы же со Снежкой кружились в числе молодых пар, которые вступают лишь во втором танце. И то мы недолго продержались — моя супруга беременна, и лихо отплясывать на балу энергичные номера ей не хотелось. Проводив жену в комнату отдыха, где уже собралась небольшая компания женщин постарше, я раскланялся с великими княгинями, возглавлявшими собрание, и отбыл обратно в бальную залу.
Лорда Фицхью мне лично пока не представили, но англичанина я видел, когда он вручал дары от британского монарха будущей императрице. Так что запомнил рисунок его резерва и теперь без проблем мог отслеживать его передвижения по залу.
Несколько раз мне попадалась на глаза Легостаева. Варвара Константиновна со своим супругом прошли один танец и тут же скрылись от толпы. Он выглядел счастливым и в то же время немного глупым, как и всякий мужчина, осознавший, что скоро станет отцом.
А вот Сергей Константинович, присутствующий на балу, бросал на супруга сестры недовольные взгляды. Что произошло у моего коллеги с родственником, мне было неведомо, и лезть я в этот вопрос не собирался.
В глаза бросалось обилие офицеров в пехотном мундире. Они не танцевали, хотя могли поддержать беседу или присоединиться по приглашению к одной из множества компаний. Петр Александрович Макаров, курсирующий по залу вместе с пехотным генералом, служащим в Генеральном штабе, следил за своими подчиненными, но, к чести вояк, придраться было не к чему.
Вообще, атмосфера на официальном мероприятии была достаточно веселая и непринужденная. Будущая императрица тоже не сидела на установленном для нее троне, а бродила от одной группы гостей к другой, то и дело останавливаясь для более обстоятельного разговора.
— Иван Владимирович, не пригласите свою ученицу? — раздался знакомый голос у меня за спиной, и я обернулся с улыбкой на лице.
— Антонина Владиславовна, рад вас видеть, — поздоровался я, прежде чем склониться с предложенной рукой. — Окажите мне честь.
На Ждановой красовалась парадная форма Службы Имперской Безопасности. Сотрудников в ней в зале тоже хватало, но большинство сверкало высшими наградами Российской Империи и в чинах были немалых. Впрочем, и возрастом больше годились окружающим в деды, чем в сверстники.
Так что когда мы с моей бывшей ученицей присоединились к пляшущим в центра зала, никто из гостей на это даже внимания не обратил. Я вел в танце, Антонина Владиславовна умело двигалась, выдавая неплохую выучку.
  
— Смотрю, вы освоились в высшем обществе, — когда танец позволил нам сблизиться для обмена парой фраз, с улыбкой заметил я.
— У меня не было шанса саботировать этот приказ, ваше благородие, — ответила та. — Как здоровье вашей супруги?
— Все в пределах нормы, — усмехнулся я, прежде чем мы вновь разошлись на расстояние вытянутой руки. — Мне совершенно не на что жаловаться.
Жданова улыбнулась в ответ и заговорила, лишь когда музыка отгремела. Я повел партнершу на место, с которого забрал, а Антонина Владиславовна произнесла:
— Я искренне рада за вас, Иван Владимирович, — снизив голос до шепота, сказала она. — Такие люди, как вы, должны быть счастливы. Иначе вся наша служба становится бессмысленной.
Я кивнул, отпуская ее руку. Но прежде, чем я успел уйти, моего плеча коснулся слуга.
— Ваше благородие, прошу вас следовать за мной, — непреклонным тоном проговорил он.
— Был рад нашей встрече, Антонина Владиславовна, — поклонился я бывшей ученице, прежде чем последовать за человеком Романовых.
Идти оказалось недалеко — пара дверей, и я уже внутри небольшой комнаты, уставленной мебелью для отдыха. Шум из бальной залы сюда уже не проникал, в камине потрескивали горящие дрова. У приоткрытого окна покачивались тяжелые, темные шторы. Других источников света, кроме огня, в комнате не было, но мне и не требовалось.
Открыв стеклянный шкафчик, я вытащил пару бокалов и, прихватив квадратный графин с шотландским виски, плеснул в обе емкости. Переместив их с помощью телекинеза к паре кресел, стоящих у камина, я сел в одно из них так, чтобы меня было видно от двери.
Ждать пришлось совсем недолго. Створка сдвинулась, и лорд Фицхью вошел внутрь. Его обеспокоенный взгляд заметался по помещению, пока не уперся в меня. Первое, что сделал англичанин — попытался шагнуть назад, но проем оказался непроницаем, хотя дверь все еще была открыта.
— Проходите, граф, — с улыбкой предложил я, демонстрируя наполненный бокал. — Пожалуй, судя по вашей реакции, мне нет смысла представляться. Не стесняйтесь, вы можете говорить открыто, я не наивный мальчик и обеспечил нам полную тишину.
Нужно отдать дипломату должное, он меня боялся, но все же держал лицо. А что попытался сбежать, так это вполне естественно. Уверен, среди множества инструкций, которыми снабдили его сиятельство, большими буквами написано не привлекать моего внимания.
— Благодарю, ваше благородие, — произнес мужчина, проходя к креслу.
Бокал из моей руки перекочевал по воздуху к собеседнику. Лорд Фицхью устроился удобнее, а потому не видел, как я усилием воли закрыл дверь, так и остававшуюся приоткрытой до этого момента.
— Попробуйте виски, ваше сиятельство, — кивнул я на напиток в его руке. — Сам я не разбираюсь в алкоголе, но говорят, это один из лучших, что можно найти в погребах его императорского величества.
Он сделал осторожный глоток, как будто опасался яда. Но все же, покатав напиток во рту, кивнул. Бокал он отставлять не стал, вместо этого принялся вертеть в руках.
— Вы хотите что-то обсудить со мной, Иван Владимирович? — спросил английский граф.
— Мне стало интересно, как так вышло, что одна высокопоставленная особа проходит в ваше посольство, — заговорил я, не став ходить вокруг да около. — Нет, чисто техническая сторона меня нисколько не волнует. Я прекрасно представляю себе уровень подготовки наших спецслужб. Провести из Кремля в любую точку Москвы человека для них — плевое дело. Меня беспокоит, что такого вы могли сказать государыне, что это потребовало не просто личной встречи, но еще и на вашей территории?
Он вскинул бровь и улыбнулся.
— Значит, вам неизвестно, что не я был инициатором нашей встречи, — произнес лорд Фицхью.
— Мне многое неизвестно, ваше сиятельство, — улыбнулся я, поболтав своим бокалом в воздухе. — И чем больше я узнаю, тем больше понимаю, что сфера моего незнания гораздо шире, чем я считал ранее. Однако давайте будем говорить откровенно, иначе, боюсь, этот разговор мне надоест, и я решу задавать вопросы вашему патрону непосредственно в Лондоне.