Первый год (ЛП)

Его запах снова окружал меня, и я старалась не закрывать глаза и не вдыхать его. Почему он должен был пахнуть так, как я представляла себе дом?
— Я искал пропавшие книги Атлантиды, — сказал он, отвлекая меня от моих запутанных мыслей. — Я наполовину разнес эту школу на куски и… ничего.
— Ты пытаешься понять, как я связана с Атлантидой? — Мне стало интересно.
Он притянул меня чуть ближе.
  
— Да, — хрипло сказал он. — Эти книги — наш лучший шанс понять, как можно получить энергию изначальных, но не кровь… понять, почему наши силы так отреагировали. Буду честен, несмотря на заверения Луи, я не был уверен, что мы когда-нибудь сможем снова прикоснуться друг к другу.
Мое сердце сжалось, когда он признался, что испытывает те же опасения, что и я.
— Почему ты держался от меня подальше? — снова спросила я.
Он не торопился с ответом, не отводя взгляда.
— Так было безопаснее для тебя. Когда я прикоснулся к тебе в первый раз, тебя выследили Артерианы-убийцы. Во второй раз я чуть не убил тебя.
— Но мы снова соприкасаемся, — пробормотала я. — Думаешь, случится что-то плохое?
Я тут же пожалела, что не могу взять свои слова обратно, опасаясь, что он отдалится от меня.
Но он этого не сделал.
— Думаю, худшее уже позади. Оба этих события произошли потому, что блокировка твоей энергии была рассчитана на реакцию на энергию Атлантиды. Возможно, это была мера предосторожности. Возможно, это была система предупреждения. В любом случае, сейчас она отключена. Не думаю, что мы можем спровоцировать еще большее невезение.
Я прерывисто выдохнула.
— Что заставило тебя рискнуть всем этим сегодня вечером?
Его глаза сияли в мерцающих огнях, его руки все еще были сильными и крепкими в моих.
— Я больше не мог оставаться в стороне, — тихо сказал он. — Я старался изо всех сил. Я сосредоточился на библиотеке. Но ты выглядишь…
Он замолчал, и я набрала в легкие побольше воздуха.
— Хочешь потанцевать? — спросил Ашер, и мне стало грустно, что он не закончил фразу, но в то же время я была рада, что хоть что-то нарушило накал страстей. Это было за гранью…
— Я бы с удовольствием потанцевала, — сказала я ему.
Мы вышли на танцпол, и он обнял меня. Жар, океан и сила окружили меня, и я сжала бедра, чтобы унять боль в них. Все мое тело ощущалось так, словно к нему прикоснулись оголенным проводом, и хотя у меня определенно прошло слишком много времени с тех пор, как я занималась сексом, все это было связано с Ашером.
Он двигался грациозно для такого крупного парня, наши тела двигались идеально синхронно.
— Деймон не для тебя, — сказал Ашер, и я прищурилась, глядя на него. — Поверь мне. Ты заслуживаешь лучшего.
Я фыркнула.
— Спасибо за этот ненужный совет.
Он улыбнулся, и я посмотрела на него с подозрением.
— Что заставило тебя так улыбаться?
Его улыбка стала шире.
— Ты прекрасна, когда злишься. — Он провел большим пальцем по моей щеке, прежде чем наклониться ближе. — Ты сегодня выглядишь великолепно, Мэдди.
Я с трудом сглотнула.
— Спасибо. Ты и сам неплохо выглядишь.
Огромное. Преуменьшение.
Ашер был в темно-сером костюме и белой рубашке с открытым воротом. Костюм, несомненно, был сшит на заказ и идеально подчеркивал его мускулы. Ашер в обычной одежде был сексуален. Ашер в костюме был неотразим.
Мой взгляд упал на его губы, и я никогда никого так не хотела поцеловать, как Ашера. Чтобы отвлечься, я спросила:
— Почему ты думаешь, что эта библиотека Атлантиды находится здесь, в Академии?
Он крепче прижал меня к себе, и моя грудь оказалась на одном уровне с его грудью. Думать о несексуальном. Думать о несексуальном.
— Моя семья основала эту школу. Если хочешь углубиться в технические вопросы, я владелец Академии, поэтому нам разрешено иметь здесь частную резиденцию. Это также дает мне некоторую свободу действий, когда дело доходит до нарушения правил.
Я удивленно подняла брови, глядя на него.
— Так-так, мистер Моднявые Штанишки. И поэтому, по-твоему, здесь находится библиотека?
Он кивнул.
— Да, это была личная семейная библиотека, тайно вывезенная из Атлантиды перед крушением. Затем она передавалась из поколения в поколение в моей семье, и все они работали сообща, чтобы сохранить последнюю правдивую историю Атлантиды. Ее местонахождение было утеряно вместе с моими родителями. Они погибли, когда я был маленьким.
Мое сердце болело за него.
— Мне жаль это слышать, Ашер. Должно быть, тяжело потерять их в таком юном возрасте.
Ашер пожал плечами.
— Я едва знал их, и я был не один. У меня был Джесси, его семья и другие ребята. Мы — семья.
Я видела это между ними пятью. В них было что-то само собой разумеющееся: неестественно привлекательная внешность, флирт Кэлена, интеллект Акселя, хмурый взгляд Рона и склонность к черной одежде, ленивая ухмылка Джесси и ОКР, разрушительная сила и присутствие Ашера; и самое главное — они были командой.
Я никогда не сомневалась, что они — семья, ни на секунду.
Песня сменилась на что-то быстрое, и Ашер сделал паузу.
— Хочешь еще выпить?
Все, что я знала, это то, что я не хотела отходить от него ни на шаг. Снег, огни и музыка — все это волшебство витало в воздухе. Завтра он, возможно, снова начнет игнорировать меня, но сегодня я хотела этого волшебства.
— Конечно, — сказала я. — Я бы выпила еще чего-нибудь.
Я поравнялась с ним, когда он начал идти. Супы окликали его по имени, когда мы проталкивались сквозь толпу, и ему пришлось заговорить со многими из них. Последние, кто остановил его, выглядели немного старше и намного богаче, чем большинство студентов.
— Спасибо за ваше пожертвование, — сказал им Ашер, и я поняла, что это были те самые спонсоры, которых приглашали на официальные школьные праздники. Ашер не мог их проигнорировать, и я ждала рядом с ним, пока он вел вежливую светскую беседу.
В конце концов, мы добрались до бара, и Ашер провел рукой по волосам.
— Что ты скажешь, если мы выпьем где-нибудь в более тихом месте? Я бы не отказался поплавать…
Мое сердце участилось, и я подумала, слышит ли он, как оно колотится у меня в груди.
— В океане?
Он покачал головой.
— Я подумал о бассейне в моем доме. Он идеально подходит для плавания. Успокаивает разум.
От моего внимания не ускользнуло, что он пригласил меня к себе домой, и это заставило меня занервничать, а когда я занервничала, мой глупый рот стал непослушным.
— Никакого секса до третьего свидания, — сказала я, стараясь, чтобы это прозвучало забавно, но вышло больше похоже на приказ.
Я подавила стон от собственной неловкости.
Его ухмылка стала еще более явной.
— А это считается первым свиданием?
Я притворилась, что обдумываю.
— Вынуждена сказать «нет». Мы пришли не вместе, поссорились, а потом танцевали всего десять минут, прежде чем решили свалить.
Я сделала глубокий вдох, когда он притянул меня ближе, и я прижалась к его длинным твердым рукам.
— Мы уходим вместе, — тихо сказал он. — Это похоже на свидание.
— Половина свидания, — сказала я, затаив дыхание. — Максимум, это половина свидания.
Он улыбнулся, и все, что я получила, — это ямочки на щеках. Черт. Я была в полной заднице.
Но он не стал спорить, просто выпрямился и поставил меня на ноги. Он удерживал мой вес, и теперь я пыталась нащупать опору на этих дурацких каблуках. Раздраженно вздохнув, я наклонилась и стянула с себя неудобные вещи.
— Я люблю каблуки, — сказала я, — но через час или два от них остаются одни шипы на заднице.
Он засмеялся низко и хрипло.
— Аксель как-то примерил пару, чтобы проверить свою теорию. У него есть очень подробная работа о долгосрочном воздействии каблуков на икры и ступни, если ты когда-нибудь захочешь ее прочесть.
  
Я удивленно посмотрела на него.
— Ты серьезно?
Он засунул руки в карманы.