Трое шведских горных мужчин (ЛП)

— Тогда надень свою одежду обратно, — говорит Рив, его голос немного хриплый. — Уезжаем через пять минут. — Он направляется по коридору. Я замечаю, как он незаметно поправляет брюки, когда уходит.
Дэйзи вздыхает. Я наклоняюсь, чтобы запечатлеть быстрый поцелуй на ее красивом розовом соске.
— Я буду скучать по тебе, — шепчу я, заправляя ее грудь обратно под рубашку. — Скоро увидимся.
— Ты такой тупой, — бормочет она, прислоняясь ко мне.
— Ты заметила!
Коул исчезает, как только мы паркуемся в Кируне, чтобы сделать свои дела. Я беру Дэйзи за руку и веду ее по улицам, показывая все места, где мы с Ривеном и Коулом бывали, когда росли. Я указываю на кафе, в которое мы ходили после школы. Парк, в котором мы играли в футбол. Библиотеку, в которой мы проводили бесконечные жаркие, сонные дни, свернувшись калачиком под батареями, пытаясь сделать домашнее задание. Она слушает все мои истории со звездами в глазах.
— Это так мило, что вы знали друг друга тогда. Жаль, что я не знала вас детьми.
Я пожимаю плечами.
— Мы были почти такими же. Рив был немного менее серьезен. Хотя он обычно кричал на меня за то, что я бегаю с ножницами, не завязываю шнурки или еще какое-то подобное дерьмо. Коул был таким же сварливым и тихим, как и сегодня. Он был самым застенчивым ребенком, которого я когда-либо встречал.
Она наклоняет голову набок, ее длинная коса раскачивается.
— Я никогда не считала его застенчивым, — задумчиво говорит она.
— Это потому, что теперь он большой мускулистый мужчина. Но тогда он был просто тощим ребенком в грязной одежде и с проблемами во взаимоотношениях. Он жил не в городе, а в одном из саамских поселений. Присоединился к нашей школе в третьем классе.
— Он что, местный?
— Ага. Вот откуда он знает, как делать вещи из дерева и кожи. И почему из него получился хороший рейнджер. Он вырос среди оленьих стад.
— Хм. Я так много о вас не знаю, ребята.
Мы проходим мимо магазина нижнего белья, который я никогда раньше не замечал. Обычно я бы прошел мимо, но сегодня что-то в витрине привлекает мое внимание. Между всеми нечеловечески тощими манекенами, бюстгальтерами и трусиками, есть один, прямо посередине, одетый в шелковую комбинацию персикового цвета, расшитую крошечными белыми маргаритками.
Я не могу не представить ее на ней. Бледная ткань просто растаяла бы на ее нежной коже. Оно облегало бы изгибы ее груди и бедер, а подол, вероятно, просто задевал бы низ ее задорных маленьких ягодиц.
Я понимаю, что слишком долго смотрю на него, когда она толкает меня локтем в ребра.
— Не хочешь примерить его? — Она растягивает слова.
— Так красиво, как я бы выглядел в нем… — Я оглядываюсь на окно. — Тебе нравится? Тот, что посередине?
— Он великолепен.
Я хватаю ее за руку и втаскиваю внутрь. Колокольчик звенит, когда мы входим в маленький магазинчик. Я веду ее прямо к стойке.
— Выбери свой размер.
Она смеется.
— Илай, я пытаюсь сэкономить немного денег, чтобы починить свою машину, и я не собираюсь тратить деньги на нижнее белье.
— Детка, это подарок.
Она хмурится.
— Мне ничего от тебя не нужно. Ради бога, ты уже предоставляешь мне бесплатное жилье. Я никогда не смогу отплатить тебе за это.
— Поверь мне. — Я провожу рукой по спине ее пальто. Ее кожа горит огнем под всеми изолирующими слоями. — Я определенно получу пользу от этого подарка. Во всяком случае, это подарок для меня.
— А как насчет Ривена?
— Может быть и для него. Только если мне захочется разделить тебя сегодня вечером.
Она вскакивает и целует мою шею.
— Тогда спасибо тебе.
Я плачу́, настаивая, чтобы они завернули ее в свою самую модную подарочную упаковку, затем мы выходим на улицу, в снег. Когда дверь закрывается, я замечаю приближающихся к нам Коула и Ривена. Коул многозначительно смотрит на витрину магазина.
— Илай экспериментирует со своим внешним видом, — объясняет Дэйзи. — Я просто помогала ему подобрать бюстгальтер.
Я целую ее в ухо. На ней крошечные блестящие сережки в форме звездочек. Может быть, мне стоит купить ей серьги? Интересно, смогу ли я отойти так, чтобы она не заметила?
 
— Ты ходишь по магазинам? — спрашивает Ривен, разглядывая пакет. — Тебе нужно больше одежды?
— Мы собираемся повеселиться сегодня вечером, — мило говорит Дэйзи. — Илай хочет закончить то, что он начал.
Его глаза темнеют. Он прочищает горло.
— Ну, тогда… ты голодна?
— Умираю с голоду.
— Мы можем перекусить, прежде чем отправимся домой. Как ты себя чувствуешь?
— Я голосую за пиццу, — вступаю я в разговор.
— Ты всегда голосуешь за пиццу, — бормочет Рив.
Дэйзи бросает взгляд на Коула.
— А как насчет тебя, Коул? Чего ты хочешь?
Коул ничего не говорит. В этом нет ничего необычного, он не самый разговорчивый человек.
— Коул, — подсказываю я. — Дэйзи спросила, где ты хочешь поесть.
Он по-прежнему не отвечает. Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него. Он мрачно смотрит на что-то на другой стороне улицы. Я следую за его взглядом, и мой желудок опускается.
Нет. Ни за что. Это невозможно.
Наша бывшая девушка, Джоанна, стоит всего в нескольких метрах от нас, изучая витрину спортивного магазина. Наверное, в прошлой жизни я убил кучу котят или что-то в этом роде, потому что как только я смотрю на нее, она поднимает на меня взгляд, ее бледно-голубые глаза встречаются с моими. Узнавание искрится на ее лице. Мне приходится бороться с желанием просто схватить Дэйзи и убежать.
— Джоанна, — спокойно говорит Ривен, когда она подходит к нам. Ее светлые волосы немного длиннее, и на лице появилось еще несколько морщин, но по большей части она выглядит точно так же, как и в последний раз, когда я видел ее в зале суда.
— Ривен. Коул. — Она даже не потрудилась поздороваться со мной.
Я встречался с этой женщиной два года. Я был внутри нее сотни раз. Но она смотрит сквозь меня, будто меня здесь вообще нет.
И это прекрасно. Я к этому привык.
У меня такое чувство, будто мое сердце вот-вот выскочит из груди.
Ее взгляд падает на Дэйзи, зажатую между нами.
— Ух ты. Значит, вы все еще занимаетесь этим?
— Мы не хотим с тобой разговаривать, — бормочет Коул.
— Не нужно быть грубым, — холодно говорит она, поворачиваясь к Дэйзи. — У тебя все получается? Они тебя уже перевезли сюда?
Дэйзи только моргает в ответ, ничего не понимая.
— Эм. Förlåt[17]. Я не говорю по-шведски.
Розовые губы Джоанны приоткрываются от удивления.
— Иностранка? Вы сейчас берете девушек из-за границы?
Ривен делает шаг вперед, становясь перед Дэйзи.
— Не разговаривай с ней, — рявкает он. — Что ты вообще здесь делаешь?
Джоанна моргает.
— Мы просто приехали домой с небольшим визитом.
— Мы?
Она кивает, оглядываясь через плечо.
— Рикард! — Она зовет. — Подойди сюда и поздоровайся!
Маленький ребенок с белокурыми волосами отделяется от витрины магазина и бежит к нам, немного спотыкаясь на снегу.
— Привет, — весело говорит он, останавливаясь рядом со своей мамой. — Кто вы такие?
Вся краска отхлынула от лица Коула. Он шатаясь делает шаг назад. Мое сердце сжимается от жалости к нему.
Джоанна начинает возиться с волосами ребенка.
— Это несколько старых друзей. Они знали тебя, когда ты был ребенком. Это Ривен, и Коул, и… что ж, Илай, я думаю, ты никогда раньше не встречался с Рикардом, не так ли? Ты все еще был в тюрьме.
Я чувствую себя так, словно мне дали пощечину. Ривен делает глубокий вдох. Рука Коула сжимается в кулак. Дэйзи переводит взгляд с нас на всех, явно сбитая с толку.
Джоанна вежливо улыбается.
— Рада видеть, что тебя выпустили.
Клянусь Богом, мое зрение темнеет. Мои уши наполняются помехами. Внезапно я понимаю, что больше не могу мириться с этим дерьмом. Я не могу. Отпуская руку Дэйзи, я разворачиваюсь на пятках и ухожу, доставая телефон, чтобы вызвать такси.