Бывший. Ты будешь моей (СИ)

Ничего не отвечаю. Выскакиваю из машины и убегаю в подъезд. Руки дрожат, а слезы катятся по щекам.
Зачем он так? Просто бьет словами наотмашь.
Но самое грустное, что в некоторых моментах он прав. Я сама боюсь обжечься. Очень-очень боюсь.
  
44
 
Алиса 
В квартиру не тороплюсь возвращаться. Глотаю горькие слезы. Тихо плачу, пока не становится легче. Потом еще какое-то время прихожу в себя. И только когда беру себя в руки, иду к маме и своей замечательной доченьке.
Жалею ли я, что когда-то поверила Наварскому? Нет, не жалею. Иначе у меня не было бы Даши, веселой, родной, лучезарной малышки, самой замечательной доченьки на свете.
Жалею ли я, что Наварский опять появился в моей жизни? Если честно и взвешенно отвечать на этот вопрос, то нет, не жалею.
Я получила ответы на многие вопросы, которые меня терзали все пять лет. И эти ответы были, как бальзам для израненной души.
Сейчас у моей доченьки появился папа. И хочется верить, что он будет для нее самым лучшим отцом.
Выводы я тоже сделала. Слова Васи больно ударили в самые мои страхи и боль, которая тянется еще с тех времен, когда я, двадцатилетняя девчонка, доверилась мужчине, которого любила всем сердцем, а потом сильно страдала.
Сейчас я буду осторожнее. Это точно. И не из-за слов Васи. А потому, что не смогу по другому. Уроки извлечены и хорошо усвоены. Вот только есть одна маленькая проблема – рядом с Наварским путаются все планы и правильные мысли…
- Мамочка, позвони папе! – подбегает ко мне Дашуля сразу же, как я вхожу в квартиру.
- Папа может быть занят. Давай немного позже?
- Ладно, - кивает Даша и идет в комнату.
Было бы гораздо легче, если бы Наварский сам позвонил. А лучше – приехал бы и провел время с дочерью.
Прохожу на кухню. Мама кидает на меня любопытные взгляды, но деликатно молчит. Она очень обрадовалась новости, что Глеб – отец Даши. А потом призналась, что начала догадываться об этом, когда он к ней приехал три недели назад.
Она тогда решила похвастаться внучкой, открыла фотографии, начала показывать и… замерла от догадок. Так похожи, особенно глазами. Лишь поэтому она навысылала Глебу кучу моих и Дашиных фотографий. Хотела привлечь его внимание к нам, зацепить…
Зацепила так зацепила, если учесть, какое предложение я получила от Наварского после этих фотографий…
- О чем с Васей общались? – спрашивает мама.
- Не о чем, особо, - пожимаю я плечами.
Кому-кому, а маме лучше не знать…
- Я ведь его просила не ехать к вам. Радовалась, что Глеб с вами. Была уверена, что всё у вас там хорошо. С таким-то надежным мужчиной! – улыбается мама. – Но Вася ни в какую! Каждый день выезжал. Но погода совсем нелетная была. А потом всё же добрался до вас. Еще и в новогоднюю ночь! Зачем, спрашивает… Но «зачем» это и так понятно. Видимо, надеялся, что вы с ним найдете общий язык в этой поездке…
- С кем? – рассеянно переспрашиваю я.
- С Васей. С кем еще?
- Мы и так прекрасно дружили…
- Ой, дружили… Это ты дружила, а он… - подмигивает мама.
Боже, неужели все вокруг всё видели, кроме меня?
- А что он?
- Да влюблен он в тебя уже давно, Алиса! Ты, как маленькая! Хотя, да, понимаю… Лучше Наварского было дождаться…
- Мама, мы с Наварским… никто друг другу! Просто родители Даши. Поэтому и общаемся…
Ловлю улыбку мамы. В ней много чего. Не вовремя вспоминаю, как она застала нас, когда мы целовались. Тут же краснею и выхожу с кухни.
Мобильный оживает в моих руках, заставляя меня вздрогнуть.
Кидаю быстрый взгляд на экран. Наварский…
Сердце сильнее бьется, пульс подпрыгивает… Вот как назвать эту реакцию?
- Привет, Глеб, - принимаю звонок.
- Привет, Алис, - слышу знакомый, пробирающий до мурашек низкий голос.
- Даша спрашивала, когда тебя сможет увидеть? - максимально спокойно говорю я, борясь со своими реакциями на этого мужчину.
Странная радость от его звонка мне не нравится. Не хочу авансом выдавать ему доверие. Хотя, после того, что мы выяснили, да и после всех его слов и обещаний, что ничего не повторится, не будет, как раньше, он сделает нас счастливыми, не даст в обиду… После всего этого сложно не радоваться его звонкам и его голосу…
  
В трубке молчание пару секунд.
- В ближайшие дни не получится приехать. Постараюсь на Рождество, - слышу серьезный голос.
Замираю. Ого. Медленно выдыхаю. Всё хорошо. Вот только он дочери пообещал, что Рождество проведет с ней…
- Хорошо, Глеб. Я объясню Даше…
Прогоняю тревожные сигналы, которые просыпаются внутри. У него куча дел.
- И еще, Алис. Подари Даше подарки сама.
Замираю от этого и тихо говорю:
- Ты уверен? Было бы лучше, если бы…
- Уверен, - отрезает он.
- Ладно, подарю. С Дашей поговоришь? Дать трубку?
- Давай.
Иду к дочери и с натянутой улыбкой говорю ей, что звонит папа. Передаю трубку и рассеянно слушаю, как моя малышка болтает с Наварским. Не знаю, что он ей говорит, но она довольно улыбается и смеется.
Ничего не повторится, Алис. Ничего не повторится… Мысленно твержу я себе эти слова.
  
45
 
Алиса 
Жду, пока Дашуня договорит с Наварским. В голове куча мыслей. Не самых хороших и не самых позитивных. Хотя я себя пытаюсь успокоить, но сложно.
Слова Васи, мои собственные страхи, которые Вася поднял с удвоенной силой, да и сам Наварский, который уехал по делам и…
Подари подарки сама…
Постараюсь приехать на Рождество…
Может, всё зря? Не надо было так рано говорить Даше, что он ее папа?
Хотя, локомотив по фамилии Наварский, всё равно не дал бы мне выбора…
Встряхиваю головой и заставляю себя откинуть невеселые мысли. Он не поступит, как раньше. Не исчезнет. Иначе, что было в лесу? Сказка, сон? Его искреннее, трепетное отношение к нашей дочери, улыбки, разговоры, желание проводить с ней время…
Всё это было. Он не мог притворяться. Зачем ему это делать?
Даша протягивает мне телефон и довольно сообщает:
- Папа сказал, что со всех сил постарается приехать на Рождество, и мы поедем веселиться!
В душе неспокойно, но я держусь.
- Хорошо, Дашуль… - киваю ей.
А потом иду доставать подарки. Если честно, они такие объемные, что я подумывала оставить их в квартиру у мамы. А Наварский бы их забрал и привез сам.
Но так как Вася вызвался нас отвезти, то упаковали всё. Иду и достаю объемные коробки. Даже невольно улыбаюсь. Наварский постарался на славу. И это похвально…
Не будет всё, как прежде. Не будет!
Заставляю себя зафиксироваться на этой мысли и откинуть тревоги.
***
Глеб
Еду к матери. Столько дел навалилось, что сам охренел. Про Свету вообще молчу.
Останавливаюсь на светофоре и мысленно возвращаюсь к разговору с дочерью. Слегка улыбаюсь. Разобьюсь в лепешку, но Рождество проведу с ней.
С ними…
Стискиваю челюсти. Злит, что с разводом возникли проблемы. Но я их решу. Однозначно.
Не так быстро, как рассчитывал. Но решу.
Светофор загорается зеленым, срываюсь с места и гоню, пока не попадаю на следующий. Нетерпеливо барабаню пальцами по рулю.
На мобильный приходит сообщение. Кидаю взгляд и едва заметно улыбаюсь.
Алиса? Впервые за все время, что мы с ней общаемся, она что-то прислала.
Подъезжаю к загородному особняку матери и первым делом беру мобильный. Откидываюсь на спинку сиденья и включаю видео.
Ого!
Слышу за кадром нежный голос Алисы:
- Дашунька, тебе папа от Деда Мороза передал подарки! Будешь открывать?
- Правда? – радостно округляет глаза моя дочь. – Буду! Конечно, буду!
Она подбегает, начинает осматривать всё, радостно улыбаться. На сердце теплеет с каждой ее улыбкой и с каждым словом, сказанным Алисой.
Возникает нестерпимое желание забить на всё и рвануть к ним. Вот только это будет нечестно. Надо разобраться с разводом и тогда…