Пламя Феникса

Его пугало то, что это все-таки могло быть важно. Пусть и не нужно ему.
Но как он мог вести себя так глупо и жестоко? Что было в прошлый раз, когда он игнорировал ее зов? Она чуть не погибла! А сейчас? Что было с ней сейчас?
Кейто уловил легкую волну паники и заставил себя успокоиться. Он демон. И найдет ее, куда бы она ни делась.
* * *
Тонкий шлейф корицы тянулся вглубь пещеры. Он звал его, манил. Кейто отдался инстинктам. Демон искал свою жертву. Он чувствовал ее страх, боль.
Желание разрушать.
Голод.
Она и сама была невинным демоном, который мучил его.
Когда он нашел девчонку, у нее уже не было крыльев, а по телу скользили оранжево-фиолетовые язычки пламени, слизавшие с кожи всю одежду.
Лалибэй была демонически прекрасна. Даже с этим перепачканным пеплом лицом.
Она пылала, дышала тяжело, исторгая из легких дым. Цеплялась окровавленными пальцами за камень, кроша его, уничтожая. В ее глазах не осталось ничего человеческого.
Будто маленький зверь. Маленький испуганный зверь.
С чего этот двинутый принц решил, что знает хоть что-то о Фениксе, что может ее укротить?
– Тише, – выдохнул демон, подходя к девчонке.
Языки пламени взметнулись вверх. Казалось, еще немного – и она взорвется, забрав с собой этот проклятый мир. Он бесшумно подошел еще ближе, подпуская к ней свои тени, которые колыхались вокруг подобно пламени, успокаивали ее.
Кейто опустился на колени, обхватывая ее лицо ладонями. От Лали шел немыслимый жар, но тени пока могли обезопасить его. Она смотрела на Кейто, но не видела, отдавшись внутренней борьбе.
– Давай же, моя госпожа, возвращайся, – тихо прошептал он, пытаясь вывести ее из этого шока. – Лали…
Она чуть встрепенулась, в глазах на мгновение появилось узнавание. Лали что-то шепнула, но он не расслышал и придвинулся ближе.
– Что?
– Я… ненавижу… тебя… – прошептала она еле разборчиво, но он понял и прижался лбом к ее лбу. Значит, она еще не так далеко ушла.
– Я тоже… я тоже тебя ненавижу. Это хорошо. Ты это чувствуешь, и это хорошо. Ты вернешься, слышишь меня? Ты сейчас же вернешься. Тебя никто никуда не отпускал. Я не разрешал тебе уходить, поняла меня?
Если гнев – это единственное, что могло сейчас помочь ей… он готов наполнить ее сердце гневом и ненавистью к нему. Всем нужно за что-то цепляться, чтобы почувствовать себя живым.
Она сжалась, обхватила себя, что-то забормотала. Кейто приобнял ее за плечи, притягивая к себе, хотя терпеть жар было невыносимо. Возможно, такое под силу было только ему…
– Что еще, моя девочка?
– Я… Я не красивая… Ненавижу…
– Кто сказал тебе эту глупость? – лишь усмехнулся он.
Он подхватил ее на руки, ощущая идущий от нее жар, но не отпуская. Она была совершенно обнаженная и такая беззащитная. Кейто выпрыгнул с ней в тень, ища укромное место, где можно было бы привести ее в чувство. Неподалеку от его гостевого дома находился павильон для омовений, а внутри – бассейн с ледяной водой. Как и во всех местных домах, там было довольно аскетично, но в то же время красиво. Повсюду цветы: в вазах, на поверхности воды, на каменных плоских подносах, где лежало все для водных процедур. В воздухе витал удивительный аромат, на мгновение затмивший запах дыма.
Когда он погрузил Лали в воду, спускаясь по ступеням с ней на руках, поверхность забурлила. Девчонка на миг прикрыла глаза, веки ее затрепетали, а на губах появилась улыбка. И исчезла.
Этого было недостаточно. Сила Феникса пожирала ее.
Кейто опустил девчонку на ступени, наполовину затопленные водой, и склонился над ней. Сжал ладонь в кулак и впечатал в камень, выплескивая злость и беспомощность.
Он и сам знал, каково бороться с собой, с этой тьмой в своей душе. И каково вернуться к жизни. Мучительно. Но приятно.
Зная, что еще пожалеет об этом, Кейто обхватил ее голову за затылок, вплетая пальцы в каштановые волосы, ничуть не пострадавшие от огня, и поцеловал. Поцеловал жадно и исступленно, заставляя себя замедлиться. Почувствовал, как она откликается, как приоткрывает губы и тянется ему навстречу.
 
Как ее руки обхватывают его за талию и тянут за край рубашки. В животе все перевернулось, разливаясь жаром.
Кейто отстранился всего на мгновение, чтобы увидеть, как распахнутся ее глаза, в которых уже бушевало другое пламя. Чтобы насладиться моментом. Какая же она красивая.
Поняв колебание Кейто иначе, она впилась в его кожу ноготками.
– Не уходи…
Четвертая стоянка. Алая река
– Ты обманул меня, тебя бы стоило назвать Богом Лжи, а не Смерти, – бросил Виктор в лицо подземному царю.
– Главное, что ты вернулся и Цикада открылась тебе. Ты уже увидел то, что забыл?
– Зачем ты сказал, что ты ее отец? – произнес Виктор, уходя от ответа. – Ты не можешь быть отцом Лали. Вы с Сейти никогда не были близки.
– Разве я такое говорил?
– Но и не отрицал.
– Виктор, успокойся, к чему весь этот гнев? Чем больше ты злишься, тем быстрее стареешь.
Виктор взглянул на свои руки и заметил, как они изменились, будто здешнее время – если оно существовало – выжало из него все соки.
– Если ты знаешь, кто она и какую роль играет во всеобщем замысле, то знаешь и то, что должен сделать, – сказал Бог Смерти. – До того, как она укрепит свою силу.
– Лали и есть Сейти, скажи это уже.
– Зачем, Виктор, если ты и сам знаешь? Неважно, как ее зовут. Феникс приходит, чтобы нести в мир смерть. Ты видел, что было! Видел, как канул в небытие материк, растворившись в тенях.
– Она не могла поступить так просто потому, что жаждала разрушения. Нет. Я знаю Лали…
– Ты ничего о ней не знаешь. Ты был еще молод, когда тебя назначили новым Хранителем, так ведь? Сама магия избрала тебя, Виктор. Ты не можешь подводить ее. Тебе придется решить, позволить Императрице и Фениксу столкнуться – или сделать все самому.
– Но ты же когда-то любил Сейти, – тихо проговорил Виктор.
– Любил. Ее невозможно не полюбить, верно? Ты ведь тоже любишь ее. Как брат. Нам хочется защищать ее, потому что она слишком красиво умеет петь свои колыбельные. Покончи с этим, Виктор. Убей Лали. Зеркало станет твоим оружием. Зло разрушится, стоит ему увидеть себя. Она не сможет жить, если ее не будет уравновешивать другая сила. Я никогда не смог бы стать ей супругом, Дракон и Феникс – только они, предназначенные друг другу, могли бы удержать баланс. Но Дракон… он вовсе не тот, кем был раньше. И никого не может более уравновесить.
Виктор не стал разъяснять, как воспользуется Зеркалом. И он не собирался убивать Лали! Но сначала нужно добраться до реликвии и исцелить Юви. Его супруга подскажет, что делать дальше.
– Открой мне путь до Алой реки, – сказал Виктор.
– Ты должен пройти всю дорогу сам, разве не так ты достигнешь величия?
– Ты и так потратил мое время, а к величию я не стремлюсь. Открывай.
Бог Смерти пожал плечами и очертил в воздухе прямоугольник, распахивая перед Виктором дверь.
– Спасибо и на том, что вернул мне Цикаду и мои утраченные воспоминания. Иногда именно они позволяют вернуть иллюзию жизни.
На пороге Виктор обернулся и спросил:
– Почему ты сам не убил Лали тогда? Почему отдал ее мне?
Но Бог Смерти ничего на это не ответил.
На берегу реки, что устремляла свои багряные воды на юг, его поджидала Циара. Вид у нее был крайне взъерошенный.
– Что с тобой случилось? – спросил Виктор.
– Все хорошо, – прикрыв грусть улыбкой, ответила она. – Продолжим наш путь?
– Что нас ждет в этих водах?
Он посмотрел на два берега, разделенных кровавыми водами. Два берега, две стороны, две силы. Юви и Лали. Разве он мог позволить им столкнуться?
– Если мы двинемся вдоль берега, то доберемся до Врат Дракона. Оттуда до Зеркала уже не так долго.
– Откуда ты все это знаешь? – вдруг спросил Виктора, разворачивая к себе Циару. – Кто послал тебя?