Открытые сны Раскаяние (СИ)

Он включил чайник и вытащил из холодильника батон, масло и варенье. Довольный Рекс облизал свой черный нос, подошел и положил лапу на ему колено.
— Ну ладно, забирайся, — Дмитрий Сергеевич помог псу расположиться на коленях и откусил бутерброд с толстым слоем масла и клубничного варенья.
Рекс был породы русский той. Три года назад, после смерти матери, Дмитрий Сергеевич забрал его к себе. С тех пор они жили вдвоем и роднее никого не было.
— М-м-м, как вкусно, — он отхлебнул горячий чай. — Не понимаю, почему тебе так нравится сухой пресный корм. Помнишь, я его тоже пробовал? Так вот, как врач могу сказать, что это обычные отруби. Да-да. Мясом там даже не пахнет.
Рекс повернул к нему голову и смешно подергал волосатыми ушами.
— Знаю, ты бы тоже не оценил варенье. Поэтому пусть каждый останется при своем.
Он допил чай, аккуратно спустил пса на пол и пошел в ванную. Горячие струи воды под сильным напором били по спине, вызывая мурашки. Из головы не выходила Ярослава. То, что произошло сегодня в больнице, было невероятно и необъяснимо.
«Гуляет по снам, погружается в кому… До сих пор не могу поверить. Как это работает? Ее душа покинула тело и переместилось в сознание Бирро? То есть душа существует? Ничего не понимаю».
Он вышел из душа и вернулся на кухню, чтобы выпить кефира. Рекс лежал возле холодильника и дремал.
Дмитрий Сергеевич потянулся за кружкой, нечаянно задел половник, и тот с громким стуком упал и задребезжал на кафельном полу. Рекс испуганно вскочил и завертел головой.
— Прости, задумался, — он погладил пса по загривку. — Сегодня с такой невероятной девушкой познакомился. И я не про внешность. Хотя она очень красивая. Это было волшебство. Честное слово, волшебство. До сих пор не могу поверить, что она его разбудила.
Он взял Рекса на руки, отнес на кровать и лег рядом.
— А может, это был розыгрыш? — он сначала насупился, а затем расхохотался. — Представляешь, если это действительно был розыгрыш. Я голову ломаю, восхищаюсь, пытаюсь разобраться, а это Валерий Борисович решил подшутить надо мной.
Рекс положил голову на лапы и уставился в темное окно.
— Ты прав, — устало проговорил врач и зевнул. — Никакой это не розыгрыш. Просто я не в состоянии понять, что произошло. Я же сам наблюдал за ней. Повышенное давление и эпилепсию невозможно сыграть. К тому же, она была так вымотана, что еле передвигала ноги. Завтра обязательно проведаю. Вдруг помощь нужна.
Он повернулся на бок, накрылся толстым одеялом и уснул. Рекс слез с кровати, подошел к окну и вскочил на подоконник. С неба падали мелкие снежинки и поблескивали при свете уличных фонарей. Мороз отступал.
  
Глава 11
 
Черный микроавтобус подъехал к дому на улице Весенней, и из него вышли двое мужчин.
— Подъезд на хитром замке. Пришлось ключи у ребенка украсть, — сказал мужчина спортивного телосложения и вытащил из кармана связку ключей с брелоком в виде черепашки-ниндзя.
— Молодец. Хоть не придется ломать, — похвалил его Иван и, по привычке, погладил свою бороду. — Чужое имущество надо беречь.
Они надели перчатки и, озираясь, подошли к подъезду. Дверь еле слышно пикнула и открылась.
— Олег, ты определил, куда у нее окна выходят? — шепотом спросил Иван, поднимаясь за ним по лестнице.
— Оба окна в сторону подъезда. Три часа назад свет погас.
— Хорошо. Значит, уже крепко спит.
Олег показал на бордовую железную дверь, а сам подошел к соседней квартире, вытащил жвачку изо рта и залепил глазок.
Иван расстегнул карман куртки, достал кожаный футляр и протянул Олегу. Тот внимательно рассмотрел набор отмычек, выбрал одну и наклонился к замку. Не прошло и минуты, как замок послушно открылся.
Иван одобрительно сжал Олегу плечо, вытащил из-за пояса пистолет с транквилизатором и медленно открыл дверь. Первым делом надо было усыпить домашнее животное, собаку или кошку. Они могли разбудить хозяев в неподходящий момент. Свет с подъезда озарил небольшую светлую прихожую. Пусто, их никто не встречал.
 
Они зашли, медленно ступая, чтобы не скрипели подошвы ботинок, и закрыли за собой дверь. Иван заглянул на кухню, удостоверился, что там никого нет, и двинулся в комнату.
Гирлянды, висящие на стене, освещали двухместную кровать с мягким белым изголовьем. Он шагнул на цветастый ковер, вплотную подошел к кровати и увидел девушку, утопающую в пуховом одеяле. Ее ресницы чуть подрагивали, а брови хмурились.
Он осторожно убрал одеяло, прицелился и выстрелил. Игла со снотворным проткнула теплую пижаму и вонзилась в бедро, выпуская жидкость. Ярослава вздрогнула и проснулась. Олег вскочил на кровать и зажал ей рот рукой.
— Ш-ш-ш, — Иван приставил палец к губам и зашептал. — Не надо шуметь. Мы тебя не обидим.
Она смотрела ошарашенными глазами и пыталась оттолкнуть Олега, но тот лишь сильнее вдавил ее в подушку. Иван убрал пистолет за пояс и схватил за руки.
— Тебе же сказали, не шуми и не сопротивляйся. Мы не сделаем ничего плохого, — прошептал ей на ухо Олег.
Ярослава предприняла еще одну попытку освободиться и со всей силы пнула Ивана в низ живота. Тот охнул и присел, но хватку не ослабил. Теряя сознание, она попыталась укусить руку, больно сжимающую рот, но Олег был начеку и вовремя отдернул.
— Не надо, — прохрипела она и обмякла. Иван отпустил ее руки и присел на краешек кровати.
— Я, похоже, ей синяки на руках оставил. Надеюсь, Кулик с ней договорится, и она не пойдет в полицию.
— Зачем ты на это согласился? — Олег подошел и открыл шкаф. — Ладно я. У меня гражданство Израиля. Улечу и спрячусь так, что никто не найдет.
Он вытащил свитер, утепленные штаны и шерстяные носки.
— Давай одевать, чтобы не замерзла.
Иван убрал шприц в карман, и они принялись натягивать на Ярославу штаны поверх теплой бежевой пижамы.
— В ней веса-то нет. Ты не переборщил со снотворным? — спросил Олег и вытер пол со лба.
Иван пожал плечами.
— Откуда я знаю. Не разбираюсь я в этих вещах.
— А вдруг там дозировка для слона? — усмехнулся Олег и принес ботинки и пальто с прихожей.
— Пусть профессор разбирается, — махнул рукой Иван. — Не хочу в эти дела лезть. И вообще, я уже думаю, как мне с ним распрощаться. Он меня утомил…И платить меньше стал. К тому же, похоже, он меня шантажирует.
Олег вопросительно уставился на него, надевая вязанную шапку на голову Ярославы.
— Чем же это? Пареньком тем, что ли?
— Да. Хорошо, что у меня ума хватило не рассказывать профессору, куда я его дел. Нет тела — нет дела.
Олег кивнул и поднял Ярославу на руки.
— Иди, дверь открой.
Иван выглянул в глазок, затем медленно приоткрыл дверь. Тишина, только еле слышно гудели старые люминесцентные лампы. Он распахнул дверь настежь и отошел в сторону. Олег быстро вышел из квартиры и спустился до подъездной двери. Иван почти бесшумно закрыл дверь и побежал за Олегом.
— Так нести ее нельзя, — сказал Иван. — Если кто увидит, сразу почувствует неладное и позвонит в полицию. Давай возьмем ее под руки и потащим. Пусть лучше думают, что она пьяная.
Олег кивнул. Они обхватили ее за талию с двух сторон, положили ее руки к себе на плечи и бодро зашагали к микроавтобусу. Там уложили на задние сиденья, и Олег сел рядом, чтобы она не упала. Иван взобрался за руль и выехал со двора.
— Фух, — громко выдохнул Олег, когда они помчались по безлюдному ночному городу. — Давно так не нервничал. Сколько действует снотворное?
— Не знаю. Первый раз использовал…Надеюсь, с ней все будет в порядке. Не хотелось бы мне еще один грех на душу.
— Грех, — усмехнулся Олег и поправил руку Ярославы, свалившуюся на пол. — Ты что, в Бога веришь?
— Конечно, верю. А ты?
Олег снова хмыкнул и поудобнее устроился на кресле, рядом с неподвижной Ярославой.
— Это же сказки. Религия заменяла «руку закона». Теперь в ней надобность пропала. В современном мире все-таки живем.