Жена на продажу, таверна на сдачу (СИ)

— Вон пошла, старуха, — неуважительно ляпнул окосевший старик. — Ты вообще кто такая. Ты мне не указ.
— Ах ты, сволочь!.. — вскипела бабка.
Но старик, кажется, вмиг набрался до чертиков.
Или это заклятье на него так подействовало.
Но, так или иначе, а он удобнее перехватил свою тросточку, и вдруг тюкнул свою бабку, да так, что она с воплем упала.
Я в ужасе всплеснула руками.
Карл ахнул и выронил корзину.
Торонтон молча наблюдал за развертывающейся трагедией.
— Убили-и-и! — завопила старуха, охая и возясь на полу.
Помнится мне, и папаша Якобс пережил удар трости с трудом. Старик дрался своей палкой очень ловко. А тут — бабка…
В таверну, на ее вопль, тотчас влетели несколько солдат из гвардии Катарины.
— Помогите… — хрипела старуха, протягивая к ним руки.
Но старик вдруг еще раз тюкнул ее по голове своей палкой и дико расхохотался.
— Да вы в своем уме?! — завопил Карл, не подозревающий, что произошло, и отчего это старик начал драться. — Напились и буяните?! Убивать людей в моей таверне строго воспрещается!
Но старик только грязно выругался, посылая нас так далеко и таким сложным маршрутом, что добраться до пункта назначения у нас просто не было шансов.
Схватив еще одну бутыль, он решил уходить огородами. И весьма успешно и ловко выпрыгнул в окно, прямо в розовые кусты. Чуть весь сад нам не переломал!
— Да что же это творится! — закричал Карл. — Он что, с ума сошел?! Ловите же его, чего стоите столбом?!
Гвардейцы ринулись за ним.
Охая и стеная, проклиная взбесившегося супруга, вслед за ними потянулась и старуха.
— Мерзавец! — кричала она сорванным голосом, волоча ногу. — Да я ж тебя!..
Но ее угрозам, кажется, не суждено было сбыться.
Где-то она нагрешила больше, чем ее не в меру активный супруг.
Старик, решивший срочно куда-то поехать на чужом экипаже (а может, свято полагающий, что это его личный экипаж), взобрался на облучок и завладел вожжами.
Хлестнув лошадей так, что они испугались и тотчас понесли, он сделал круг по двору, распугивая посетителей.
Экипаж заносило на крутых поворотах. Он грозил перевернуться.
Окованные железом колеса высекали искру о мостовую.
Лошади испуганно ржали, вскидывали головы и храпели, кося налитыми кровью глазами и раздувая ноздри.
Гвардейцы уворачивались от пируэтов старика, а вот старуха…
Ну, она всегда была глуповата.
В своей злобе эгоистична и самонадеянна.
Наверное, подумала, что супруг увидит ее и остановится.
Но он не остановился.
Я и крикнуть не успела, как он сшиб ее, как кеглю, и колеса переехали ее пару раз.
— Ах! — только и смогла произнести я.
Тут гвардейцы настигли буяна, схватили под уздцы взбесившихся лошадей и остановили экипаж.
Старика стащили на землю, скрутили… и, кажется, за устроенный ужас он должен был заплатить дорого.
— Как достойно, — проворчал Торонтон.
— Адель! — тут же зашипел мне на ухо Карл. — Охрана! Она с нашей таверны теперь снята!
И это было правдой.
Следить за нами пристально было поручено именно старикам. Прочие гвардейцы, что околачивались рядом, теперь ушли, утащили старика в кутузку.
— Адель, это твой шанс! — зашептал Карл.
  
Глава 18. Танец с темным принцем
 
Самые ревностные надсмотрщики были устранены.
Теперь можно было б подумать и о бале.
Главным образом, как туда попасть.
Но тут снова помог случай. Судьба словно благоволила ко мне!
Запах медовой выпечки к празднику разлился вокруг таверны.
Гости города, спешащие во дворец, принюхивались и невольно заворачивали к нам, перевести дух и перекусить сладостями.
Красивые дамы, важные эльфийские господа оказались не такими уж напыщенными и высокомерными, как о них говорила Катарина. Они все были не прочь посидеть в нашем саду, любуясь расцветающими розами, и поесть пирожных.
А после небольшой рюмочки коньяка так и вовсе становились словоохотливы и веселы.
И платили щедро.
И со мной разговаривали вежливо и дружелюбно.
Только вот никто не брался доставить меня во дворец, на бал.
 
— Ах, мне б только одним глазком посмотреть! — убеждала я очередных гостей.
Но высокий синеглазый эльф с темными, как ночь, длинными волосами лишь покачал головой, посасывая трубочку.
— Я бы и рад взять вас с собой, — мягко ответил он. — Но вас не пустят дальше ворот все равно. Ведь на каждого из нас выписано приглашение. Его каждый приглашенный должен предъявить. Иначе…
— Какие строгости, — удивилась я.
— Раньше такого не было, — заметил гость задумчиво. — Раньше королевский дворец был открыт каждому. Да и за вход плату не взимали…
— А я могу вас с собой взять! — тут же отозвался еще один молодой человек.
Надо отметить, что он был ужасно забавным.
Не эльф, верно, а полукровка. Или вовсе человек. У него были такие же роскошные волосы, как у Карла, вьющиеся кольцами, и притом лукавый эльфийский взгляд, и чуть заостренные уши. Совсем незаметно.
Прибыл он в серебреной карете, здорово смахивающей на красивый серебряный чайник, натертый до блеска. Одежда этого необычного гостя принца Феланора тоже была посеребрена с ног до головы, но в ужасном беспорядке, потому что гость был здорово навеселе.
Да так, что выходя из кареты, грохнулся и растянулся во весь рост на земле.
Но это досадное происшествие не испортило ему настроения.
Он поднялся, расхохотался во все горло и отряхнулся как мог.
А затем прогорланил:
— Вина мне! — и снова завалился в кусты.
Оттуда его спешно достали, привели в порядок, очистили от листьев и травы, усадили за столик и выполнили его заказ.
И там он просидел добрых два дня, время от времени дремля.
Эльф насмешливо глянул на пьяного весельчака.
— Боюсь, даже вам, с вашим оптимизмом, жизнерадостностью и обаянием не под силу будет уговорить дворцовую стражу пропустить прелестную незнакомку, которую во дворце совсем не ждут, — заметил он.
Но весельчак затряс кудрявой головой.
— Да причем тут обаяние, — на удивление трезво ответил он. — Просто я не один приглашен же. Кузина моя, Мэри-Энн, — он полез за пазуху, и из внутреннего кармана раздобыл немного помятый конверт. — Сказала, что нипочем не поедет в гости к рыжей невесте принца. Так что пригласительный билет для вас у нас есть!
Но эльф — все ж это племя зануд! — все равно скептически покачал головой.
— Ваш оптимизм из служанки, пусть и молоденькой, и хорошенькой, — он вежливо склонил голову передо мной, — не сделает эльфийку.
— О, а это уже мои заботы! — обрадованно воскликнула я. — И если вы не шутите и не передумаете…
— Да ничуть не шучу! — горячо ответил молодой человек. Он вынул из конверта пригласительный билет своей кузины и церемонно протянул его мне. — И не передумаю. Да и чем мы рискуем? Совершенно ничем.
— А если подлог обнаружат? — не унимался черноволосый эльф. — Вас обоих выдворят из замка.
Весельчак насмешливо фыркнул.
— Тоже мне, проблема! Ну, и вернемся сюда и проведем время не хуже, ей-богу! Но если вы не выдадите нас, то, думаю, никто ничего и не заподозрит.
Эльф только мотнул головой.
— Я не выдам, — твердо ответил он. — Мне и самому интересно, удастся ли эта авантюра, поэтому я только поддержу. Очень хочется чувствовать, что хотя бы немного, но удалось нарушить уверенность этой рыжей, что она может все контролировать…
И эльф как-то многозначительно улыбнулся, глядя мне в глаза. Словно знал что-то.
Но о своих догадках он промолчал, ничего не сказал.
— Так что пригласительный и наша поддержка ваша! — весельчак мне галантно поклонился и вручил пригласительный.
Я с благодарностью взяла у него конверт с письмом.
Билет был выписан на имя Мэри-Энн, одной из дев семьи Лунного Света. А, так вот что за странная тяга ко всему серебряному! Что ж, запомню свое новое имя…