Дебютантка (СИ)

— Я хочу поехать на земли Ветра.
Диара не стала меня отговаривать и пугать. То ли была уверена в моей силе, то ли знала, что, скрывая правду, не поможет мне с выбором. Приставленный к лазарету стражник привел лошадей, и вскоре мы достигли первого портала.
 Я знала разную мглу — теплую и игривую в Рионе, холодную и настырную в катакомбах. Но такой, как в запределье, я еще не видела. Бешеной волной она наступала на земли Ветра и вздымалась вверх, чтобы разбиться о землю, хороня под собой все живое. Сворачиваясь в жгуты, она хлестала землю, разрушая все вокруг. Принимала причудливые формы чудовищ и бросалась вперед, норовя добраться до людей.
Маги держали осаду уже несколько часов. Направляя потоки света, они заставляли мглу отступать, но она тут же возвращалась обратно, злее, настырнее. Она не хотела отдавать завоеванную территорию и пыталась добраться до людей. Жители деревни прятались за спинами магов, под их ногами кучи вещей, которые они успели вынести из домов.
Заметив меня, старший маг нахмурился и показал взглядом на людей. Да, я понимаю — если я покажу свою силу сейчас, слухи уже будет не остановить. Но я смотрела на них, испуганных, с дрожащими губами и следами слез на щеках, и уже тогда знала, что не смогу себя остановить. Стоящая невдалеке молодая женщина прижала к груди двухлетнего парнишку, другой рукой потирая беременный живот.
И тогда я подняла руки и открыла поток света.
Мгла всколыхнулась и замерла, нависнув над землей гигантской волной. Удивленная силе противника, она изучала меня, следила за мной издалека. Узнает ли она меня, если мое зеркало пропало?
Повинуясь инстинктам, я шагнула вперед и протянула руку. Свет плыл за мной облаком, за спиной раздавались восхищенные вздохи и предупреждающий шепот магов. Мгла плавно опустилась на землю, как покрывало из шелка, и лежала у моих ног, будто ждала следующего шага.
Бешеный стук сердца отзывался в ушах, от волнения вспотели ладони, но я стояла перед мглой с протянутой рукой. Я больше не отталкивала ее потоками света, не показывала мой дар, а просто открылась для нее и ждала.
— Я вернулась, — сказала я тихо. — Во мне нити твоего дара и бесконечный свет. Вы слились во мне на краю сердца Треоста, и это было прекрасно.
Опустив руку, я направила поток света на землю, и он, как и мгла, растянулся покрывалом. Они лежали рядом на разрушенной земле Ветра. Не касались друг друга, боролись с притяжением и с противостоянием между ними.
А потом мгла взметнулась волной и подалась назад, оставляя за собой разруху. Это не последняя наша встреча, она вернется. Не знаю, на что способен бесконечный свет, и сможет ли он договориться со мглой.
Но я должна это выяснить.
Я почувствовала прикосновение, цепкая детская ручонка схватилась за мое колено. Я обернулась. Вся деревня стояла рядом со мной. Они пытались коснуться меня, встать ближе.
И тогда я поняла, что мое будущее — это не могущество, не власть, не почести и не должность в свите короля или в магической гильдии. А вот этот момент, именно здесь, именно с этими людьми. Треост дал мне силу, потому что знал, что я сделаю правильный выбор.
Если я вернусь в пограничье, то смогу помочь очень многим, но я нужнее в запределье. Я ничего не знаю об этой земле, но теперь, когда я вернулась, я чувствую, что вернулась домой. В место, где жила моя мать. Тех, кого убила мгла, не хоронят, и здесь нет могилы, где я могу оплакать ее, но… она всегда со мной.
 Повернувшись к мальчику, я вложила в его руки небольшой шар теплого света. Восторженно вскрикивая, он побежал к родителям. Ко мне устремились другие дети, их было очень мало для такой большой деревни. Собрав силу в кончиках пальцев, я выпустила ее в воздух звездным шлейфом, и звездочки полетели над головами людей, приземляясь в их протянутых ладонях.
Я опять-таки устроила представление.
Ветер вышел вперед, отдавая распоряжения о том, где поселить тех, чьи дома разрушены. Изможденный, худой, с синяками под глазами, он не походил на красавчика с бала дебютанток.
 
Наклонившись ко мне, он пробормотал сквозь зубы.
— После того, что ты только что сделала, ты не имеешь права уехать. Только попробуй, и я тебя…
— Ты меня что? Убьешь? Занимай очередь, желающих очень много! — Я усмехнулась.
Его глаза сверкнули. Он не простил меня за Риона, и за Гилбера тоже. Не знаю, сможем ли мы понять друг друга, но если и сможем, на это потребуется время.
Как и на то, чтобы усилить защиту земель Стигриха и подарить людям надежду на то, что однажды жизнь станет безопасной, счастливой даже.
В лазарет я возвращалась, ступая по воздуху. Вот, что с тобой делает надежда.
***
Лечение Риона заняло три недели, и мы работали, едва ли прерываясь на еду и сон. В лазарете негде было ступить из-за учебников, рукописей и схем. Мы знали, что излечение возможно, что ауру можно восстановить, а умершие клетки вернуть к жизни. Об этом написано во множестве научных трудов, это частично доказано экспериментами. А главное — описаны случаи излечения, проведенного магом с бесконечной силой. Но это было давно, и он погиб на войне, а об остальных победителях ничего не известно. Да и было их всего шестеро за сто лет.
Когда мы закончили, маги погрузили Риона в сон, чтобы он полностью восстановился.
 Когда он открыл глаза, все мы ждали в его комнате.
В глазах Риона не было мглы. Чистый, серый взгляд отражал смятение и сотни вопросов. Он посмотрел на всех нас по очереди, потом его взгляд остановился на мне. Он попытался приподняться, но не смог. Сжав зубы, пошевелил пальцами, и покрывало сдвинулось, обнажая его руку и плечи. Сухая кожа землистого цвета, похудевшее и ослабшее тело. В последние недели я волновалась только о спасении Риона и почти не замечала, как он изменился. Он смотрел вокруг, на свое тело, и в его глазах отражался шок.
Стигрих подошел к нему, сел рядом и положил ладонь на его плечо.
— Не спеши! Все вернется, но не сразу.
Рион нахмурился, в его глазах блеснула паника. Он сжал руку в кулак, попытался подвигать ногами. На его лбу выступили капли пота.
Я промокнула пот мягкой тканью. Рион следил за моими движениями, как будто хотел стряхнуть с себя мои руки. Он не выглядел счастливым, наоборот, в его глазах зачиналась буря. Самый сильный из лъэрдов ненавидит свою беспомощность. Он не рад видеть меня рядом, не хочет думать о том, каким я видела его и как. Мыла ли его? Переодевала? Все это делали слуги, но сейчас не время объясняться. Все это не имеет значения, потому что я не вижу его слабости. Он все равно самый сильный, даже слишком, и всегда будет…
— Тай, тебе лучше выйти! — Отец прервал мои размышления.
Сама того не замечая, я гладила лицо Риона, его плечи, а он лежал, закрыв глаза, на его лице маска страдания.
— Я не хочу уходить… я должна быть рядом… я могу помочь…
— Ты уже помогла, а теперь оставь нас! — приказал отец.
— Рион, прошу тебя…
Он так и не открыл глаза.
Ветер взял меня за руку и вывел из комнаты.
— Ты подарила ему жизнь, и я всегда буду благодарен тебе за это. Но я не позволю тебе отнять его гордость, — сказал он, оставляя меня в коридоре и захлопывая дверь.
Мужчины!
Моя душа горела от несправедливости. Приложив ладонь к закрытой двери, я сделала глубокий вдох и заставила себя успокоиться. Ветер прав, и Стигрих тоже. Рион слишком горд, чтобы опереться на меня сейчас, ведь мы почти не знаем друг друга. Несколько дней страсти накалили чувства, но не породили доверия и близости душ. А то, что я надумала за последние дни… в том-то и дело, что я это надумала. Представляла, как буду ухаживать за Рионом, как он будет опираться на меня, черпать из меня силы. Я позволила фантазиям поселиться во мне, но Рион слишком горд, и я должна была это предвидеть.
 
— Пойдем, детка! Негоже тебе видеть Риона таким. — Диара обняла меня, стараясь оторвать от двери. — Сейчас примешь ванну, я покормлю тебя, причешу… а то на тебе лица нет!