Снегурочка для серого волка (СИ)

— Прости, — выдохнул Ярослав со странной ноткой тоски в голосе. — Я не смог сдержаться. Мой волк поставил тебе метку. Это не просто так. Я пока и сам не до конца понимаю, но…
Он провёл пальцами по моей щеке, спустился к шее и погладил плечо. От этого прикосновения в животе сладко заныло, а по коже пробежались мурашки, приподнимая едва заметные светлые волоски на руках.
— Так, подождите, — выставила я руки перед собой и отстранилась, трогая место затянувшегося укуса. — Что значит ваш волк оставил на мне метку?
— Леся, — прикрыл глаза Ярослав и нервно провёл пятернёй по своим волосам. — Давай поговорим, и я тебе постараюсь всё объяснить?
— Хорошо, — тихо произнесла я и облегчённо выдохнула, когда он отстранился.
Ярослав усмехнулся и наклонившись, поднял с пола штаны. Натянул их на себя и кивнул на небольшую дверь в углу помещения.
— Там ванная, можешь привести себя в порядок, — произнёс Ярослав, проведя рукой по своим волосам. — Полотенца в шкафчике. Я пока снова вскипячу чайник, разговор предстоит долгий.
Коротко кивнула, соглашаясь на предложение Ярослава.
Он вышел, и я поднялась с кровати, кутаясь в одеяло.
— А, чуть не забыл, — снова шагнул в комнату Ярослав.
Стараясь не смотреть на меня, прошёл к шкафу и вытащил оттуда первую попавшуюся футболку.
— У меня нет здесь женских вещей, но ты можешь одеться в это, — сорвавшимся на хрип голосом произнёс он и шагнул ближе. — Думаю, тебе будет, как платье.
Я подняла на него взгляд и застыла, заворожённая блеском его серо-голубых глаз.
— Прости, но это выше моих сил, — шепнул Ярослав, рывком притягивая меня к себе и впиваясь поцелуем в губы.
  
Глава одиннадцатая
 
Ярослав
Олеся забилась в моих руках, запутанная в коконе из одеяла. А я не мог заставить себя отстраниться. Целовал её страстно. Жарко. Исступлённо. Как будто она — мой последний глоток воздуха. В паху ломило от мучительного напряжения. Одного взгляда на Олесю, одного вдоха её пьянящего аромата мне хватило, чтобы головка члена снова налилась кровью в предвкушающем ожидании. Я хотел её. Хотел её губы, хотел целовать и ласкать каждый миллиметр стройного тела, хотел её всю.
— Что ты… вы… делаешь, а-ах? — с придыханием спросила она и тихо охнула, когда моя рука проникла под её покров и сжала торчащую от возбуждения бусинку соска.
Что-то неуловимо изменилось между нами. Её губы стали более податливые и нежные, а язык настойчиво сплетался с моим. Она отвечала на мои поцелуи. Робко и не очень умело, но отвечала, и внутренний зверь рычал от удовольствия. Она хочет меня не меньше, чем я её, а это может значить только одно.
Но я не успел додумать эту мысль. Проведя ладошками по моей груди, Олеся обвила руки вокруг шеи и прижалась ко мне. Одеяло, не удержавшись на её плечах, с тихим шорохом скользнуло вниз, и я упёрся напряжённым членом ей в живот через тонкую ткань спортивных штанов.
Запустив пальцы в мои волосы, она сжала их, и я неосознанно издал рык, больше похожий на стон. Прижал её к стене, впечатывая её в своё тело, и Олеся застонала мне в губы. Подался бёдрами вперёд, упираясь болезненно пульсирующим членом ей в бедро, показывая всю степень своего желания.
Представив, как мой напряжённый член медленно вторгается в её влажные складочки, едва не завыл от желания. С огромным усилием отстранился и прижался лбом к её лбу, закрывая глаза. Я обещал ей разговор. Я должен остановить эту сладкую пытку.
Мы оба надсадно и тяжело дышали. Её сердечко трепетало под моими ладонями. И моё не отставало по степени скоростного отбивания ритма.
— Рядом с тобой я превращаюсь в сексуально-озабоченного подростка, — нервно хмыкнул я и втянул носом пьянящий аромат.
От неё веяло цветочной свежестью, как свежая трава на лугу у реки весной. И в то же время к манящему аромату Олеси примешивался страх.
— Прости, я напугал тебя? — прошептал я, опираясь одной рукой в стену, а второй провёл по её щеке.
От этого мимолётного прикосновения по телу пробежалась дрожь предвкушения. Сердце забилось с утроенной силой, постоянно сбиваясь с ритма. Неужели со мной это действительно произошло и я встретил свою единственную?
  
— Есть немного, — всё ещё тяжело дыша, выдохнула она и строго посмотрела на меня. — Это так… неправильно… И… Я всё время пытаюсь убедить себя в том, что увиденное мной в лесу…
— Т-ш-ш, — прижал палец к её губам, понимая, что ещё немного и я окончательно сорвусь. — Я обещал тебе разговор. Иди в душ. Я больше не трону тебя, обещаю. По крайней мере, пока ты сама не захочешь.
В её глазах появилось непонимание.
— Так вы отпустите меня? — с надеждой в голосе спросила она дрогнувшим голосом.
— Иди, — с силой оттолкнулся я от стены и быстро вышел из комнаты.
Мне и самому не мешало бы освежить голову и понять, почему я так остро реагирую на Олесю.
Подкинул в камин ещё дров и поставил чайник на плиту. За стеной послышался шум воды, и воображение тут же подкинуло картинку, как капли стекают по столь желанному телу девушки. В паху резко потяжелело, и я вцепился пальцами в столешницу. Едва сдержал порыв ворваться в душевую к Олесе и…
Стоп, Яр, — мысленно дёрнул себя за загривок. Ты не пубертатный подросток, а вполне состоявшийся и взрослый мужчина. Неужели ты не сможешь сдержать свои желания и эмоции? Пожалуй, не помешает проветриться. Накинул висевший на крючке у двери старый, ещё дедовский тулуп и вышел на улицу.
С удовольствием втянул в себя морозный воздух. Холодные льдинки кружили в воздухе, подгоняемые сильными порывами ветра. Сейчас бы наколоть ещё дров для камина, — подумал я. Физическая нагрузка хорошо проветривает голову и приводит в порядок мысли. Но сперва стоит всё же выгулять своего волка, иначе он раздерёт мне грудную клетку.
Сбросив штаны и тулуп на перила террасы, быстро обернулся волком и сделал несколько кругов вокруг поляны. Но шум воды стало слышно отчётливее, и я, невольно выругавшись, принял свой человеческий облик. Так хоть завывания вьюги немного мешало слышать дразнящий шум воды и прекращали кружить пошлые картинки в голове с участием моей сладкой добычи.
Набросив обратно на себя вещи, направился к дровнику. Ну и ладно, что метель, мне надо остыть. Потому что буквально уже умирал от желания вновь прикоснуться к нежной коже Олеси. Поцеловать её манящие губы. Провести дорожку поцелуев…
Снова мысленно дёрнул себя за загривок, схватил колун и принялся яростно колоть дрова. А мне ещё предстоит с ней поговорить. Как выдержать эту пытку, если я не могу спокойно находиться ней рядом?
Попробовал набрать дяде, спросить совет, но связи не было. Скрипнув зубами, я собрал дрова и пошёл в дом. Присев у камина и подкладывая топливо в угли, услышал, что вода, наконец, стихла. И через несколько мгновений почувствовал на затылке внимательный взгляд.
— Проходи, не бойся, — произнёс я. — Я же обещал больше не трогать тебя.
Мне показалось или я услышал разочарованный вздох Олеси? Наверное, показалось. Или мне хотелось так думать. Она не оборотень, и всё произошедшее для неё что-то неправильное.
— Ты и правда превращался в волка? — тихо спросила Олеся, останавливаясь сзади меня.
— Я же сказал, я оборотень. Ты сама всё видела, — нервно сглотнув, произнёс я, не оборачиваясь.
— Я думала, мне просто показалось, — усмехнулась она. — Ну знаешь, типа переохлаждение вызвало галлюцинации.
— Но это была не галлюцинация, — пожал плечами я, шевеля угли в камине.
— Спасибо, что спас меня, — ещё тише сказала она и положила мне руку на плечо. — От тех волков в лесу. Это тоже оборотни? Или обычные волки?
Прикосновение обожгло, вызывая дрожь в теле. Член моментально среагировал и пришлось поправить его, чтобы скрыть реакцию тела от Олеси.
По коже пробежался мороз, когда вспомнил, как искал её, и услышал, знакомый вой. Соседи давно покушаются на наши земли, а в том месте леса нейтральная территория. У меня было весьма мало шансов выстоять против них одному.