Седая целительница (СИ)

— Золота ему предложи! Там подарков! Пару наложниц покрасивее! Нам нужны эти тропы!
— Да зачем ему золото в лесу! Подарки… Уже не знаю, что дарить. Его купцы щедро одарили, чтобы он позволил им через его лес товар нести.
— Тогда женщин! Выбери постраснее, да красивее.
— Не знаю, Пинар. Говорят, жена у него, он за нее любого порвет.
— Так за нее и порвет. А сам-то под юбку чужую пару раз и пойдет. Мужик он или кто!
— Так и быть, выберу парочку девок. Может быть, и поможет.
* * *
Восточный торговец все щурился от яркого зимнего солнца. Да пританцовывал на месте. Несмотря на то, что купил он у местных добротные кафтаны да меха. Все равно не грело, не привыкла его горячая кровь к суровым морозам здешних мест!
А вот местным было нипочем. Волкодавы в распахнутых шубах занимались своим делом в широком дворе. Детишки тащили санки да обмазывали друг дружка снегом. А красивые черноокие бабы с толстыми косами манили округлыми бедрами да ладными фигурами. М-да, на таких заглядеться и можно.
— Проходи, торговец.
Зыркнул на него бородач в добротной шубе, что только вышел из терема альфы. Али прищурился на исполина. Крепок псина будет, и злющий такой. Вот как глазами зыркает.
Этот волк с рыжеватой гривой волос и отвечает за границу селений.
«Злющий такой, наверное, и бабы у него нет. Такого огромного и свирепого воина даже искусные блудницы должны бояться.»
Заметив кого-то за спиной чужеземца, воин помрачнел и громко фыркнул.
— Млада! Едрена вошь! Ну куда ты это всё сама тащишь? Сказал же, вечерком сам всё приму.
Широким шагом он двинулся куда-то за спину Али, и тот не удержался от любопытства, развернулся. Невысокая черноокая красавица в добротной шубке из под лисьих шкур в руках держала в руках целую охапку дров.
Кто она ему?
— Брось, Ярополк. — Не стушевалась под строгим взглядом гиганта черноокая. — Не так уж тяжело. Да и потом, это ветки вишни и груши. Последние разобрали. Знаешь, какое ароматное мясо получится, если на них коптить? Как ты любишь.
— Вот ведь беда ты моя неугомонная.
Тяжко вздохнул бравый вояка, сдаваясь под нежным взглядом красавицы. Потом как заорал на весь двор, на всю мощность легких.
— Власта! Вера! Веста!
Не прошло и пары мгновений, как три маленькие девочки в полушубках и красивых, расшитых птицами шалями на головках подбежали к волкодаву.
— Звал, батька?
Шустро проговорила та, что сбоку. А торговец застыл с раскрытым ртом и, не удержавшись, потер глаза. Одно лицо на троих. Как это возможно? Сестры, должно быть. Но три! Глянул снова на женщину. Кажись, их мать. И как уцелели-то! Невозможно это! Не бывает такого чуда.
Разделив ношу жены на маленьких волчиц, рыжий поправил каждой шубку и шаль на голове, а потом послал домой взмахом руки. Возвращаясь взглядом к жене.
А ведь только сейчас Али заметил округлый животик волчицы. Она мало того, что ему дочерей родила! Так снова на сносях!
Диво дивное в стае Горана Лютого происходит.
— А ты иди в избу и не скачи, аки егоза. Срок уже приличный, Стешка сказала беречь тебя.
И как поцеловал ее, не стесняясь белого дня и люда во дворе. Как искусную полюбовницу, а не беременную жену.
Та лишь облизнула уста, как кошка, объевшись сметаны, и, накрыв живот рукой, отправилась вслед за девочками.
А лютый воин вернулся к торговцу, да, кажись, уже не таким хмурым казался. Легкая улыбка блуждала на его губах, а глаза светились от счастья.
Еще бы тут не светиться.
— Топай ножками, иноземец.
И Али покорно пошел следом за волкодавом, ощущая, как любопытство поджигает сосуды внутри.
Сначала он был неуверен оставить подношения в виде наложниц в телеге, думал взять с собой. Сразу поразить господина волков подарками. А сейчас, кажется, был рад своему решению.
Здесь, в доме альфы, не было позолоченных дверей и серебряных украшений. Добрые деревянные стены. Убранство. Шкуры всех мастей и искусные статуэтки из дерева и железа. А еще оружие, от мечей до топоров, украшали стены.
И наконец-то тепло.
Али облегченно вздохнул, ощутив, как холод покидает его тело. Стало немного легче.
 
Рыжеволосый волкодав повел его извилистыми путями в огромный зал. Где обнаружил с боку огромный прямой стол из камня. Пару каминов вдоль стены. И массивный трон у противоположной стены, на котором и восседал грозный волкодав.
Одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять: шутки с этим мужчиной плохи. Али мысленно облегченно вздохнул, слава богам, что ему не надо обмануть этого правителя. Это бы авантюра закончилась бы печально для него самого.
— О повелитель черных волкодавов. Благодарю за честь узреть ваше величие воочию. И как ваш скромный слуга прошу, соизвольте принять мои скромные дары…
— Туше, иноземец.
Властно, с легким холодом в голосе проговорил альфа. За его спиной восседали два крупных воина, а возле двери, в которую Али вошел, оказались еще два.
— Говори, ради чего пришел ко мне.
Али растерялся. Обычно его никогда не подводила чуйка, а она всегда говорила: сначала подарки, потом просьбы.
— Я… я…
Торговец раскрыл уста, но что сказать не нашел. Так прямо могли наладить говор лишь волкодавы. Ну и беры. Будь они неладны!
Внезапно невидная дверь со стороны правой стены распахнулась, и маленький светловолосый вихрь ворвался в тронный зал.
— Батюшка, батюшка!
Трындела крошка без установки, пока взглядом не натолкнулась на незнакомца с длинной бородой в иноземных одеждах.
— Ой…
Растерянно молвила она и застыла на месте.
Али рассматривал маленькую пятилетнюю девочку с неприкрытым изумлением. Серебристые, как первая луна, волосы ниспадали по плечам в двух толстых косах. Шапочка с белым мехом на макушке придавала девочке миловидности. Аккуратная шубка серебристого цвета была под стать серых глаз. А нежные губки походили на бутоны диких роз востока.
Боги всех миров, этот ребенок вырастет прекрасной красавицей, за которую самые влиятельные императоры и ханы отдадут полцарства, дабы владеть такой красотой. Что-что, а глаз у Али на хороший товар был наметан.
Видно, отец почуял опасность к своей дочери, раз встал со своего места и подошел быстрым шагом к ней. Благо, торговец вовремя успел отвести глаза от девочки. Взяв свое отродье на руки, Горан Лютый вернулся на трон. Присев, устроил девочку поудобнее на своих коленях, аккуратно поправив шапочку на макушке.
— Что случилось, Вьюжка?
Девочка поморщилась от пристального внимания незнакомца и потянулась к отцовскому уху. Что-то эмоционально высказывая.
По мере того, что малышка рассказывала, альфа мрачнел. Закончив свой рассказ, девочка прилежно поставила ручки на колени, ожидая вердикта отца.
Тот не заставил себя долго ждать.
— Деян⁈
— Да, господин.
От стены оторвался молчавший ранее воин.
— Где твой сын, ратник?
— Полагаю, там, где и ваши. — спокойно проговорил волк с голубыми глазами.
— Тогда найди мне всех и приташи сюда.
Воин вопросительно поднял бровь, но молча кивнул и покинул залу.
Али не решился возобновить разговор, а вот крошка на коленях отца потянула того за рукав темного кафтана, привлекая к себе внимание.
— Батюшка, ты главное не говори, что это я тебе весточку донесла. Обидятся они на меня. Я как лучше хочу.
— Конечно, милая.
Отец запечатлел поцелуй на челе своего чада и спустил ту с своих колен на пол, поправив одежку.
— Иди к Аглае, милая. Она сегодня вишневых пирогов обешала испечь. Хорошо?
— Да, батюшка.
Довольно улыбнувшись на послушность дочки, альфа кивнул одному из своих стражей.
— Ратмир тебя проводит.
Глаза девочки счастливо заблестели, она тут же подбежала к высокому молодому волкадаку у дверей и доверчиво запрыгнула в его руки. Тот поднял ее в свои объятья и, склонив голову перед альфой, исчез за массивной кованой дверью.
Али снова попробовал прочесть настроение альфы по лицу, но вышло плохо. Тот устало вздохнул и потер пальцами переносицу. Очевидно, переживая. Но от чего? Что ему сказала маленькая красавица?