Реверанс со скальпелем в руке (СИ)

Да и чаще всего достойно оплачивается узконаправленная хирургия – кардио…, нейро…, пластическая… А врачи, работающие в ургентной хирургии, то есть требующей неотложного вмешательства, получают гораздо меньше. Хотя нагрузка на таких специалистов колоссальная и оперировать приходится буквально днем и ночью, в отличие от хирургии плановой. А сейчас – во время пандемии, так вообще… четыре из шести операционных переоборудованы в реанимацию. В оставшихся двух свет не выключался сутками…
Потому и принимать «подарки» в конвертах не считалось зазорным. Но и не существовало такого понятия, как «предоплата». Может где и было, у них в больнице – нет. Медики вообще суеверны и не принято получать благодарность «до»… Брали только в случае благополучного «после», когда пациент выписывался и уходил на своих двух.
Разделив благодарность между членами бригады согласно личному вкладу, Шония и эти деньги нес домой. Мог утаить, но смысла в этом не видел – тратить их одному было некуда и некогда. Но такие подарки, по большому счету выливались почти в еще одну зарплату и в итоге Георгий приносил в дом намного больше Нуцы, как и должен, собственно, мужик. И, как мужик, он просто не мог отпустить её вот так – с одним чемоданом.
Нужны деньги.
И неизвестно сколько их еще понадобится для Маши.
Потому что у неё диагноз, как в том анекдоте – а что это за буквы, доктор, в моем больничном – ХЗ? Условный у неё, можно сказать, диагноз. А прогноз, так вообще… из серии – все под Богом ходим.
Когда она не ответила на звонок старшей по поводу выхода в смену на операцию, ему сразу доложили. А он и до этого… пару дней уже чувствовал себя, что называется - не в своей тарелке. Спать не мог, сидел по полночи на кухне и цедил чай, роясь в ноуте. Тревожность, рассеянность… списывал все на то, что ждет, что соскучился.
Ломали дверь с представителем местного ЖЕО и участковым, еще пара секунд ушла на то, чтобы найти Машу. Минута, чтобы приблизительно определить диагноз - общее состояние, рефлексы указывали на гипогликемическую кому.
Глюкозу привели к норме в стационаре и, в принципе, это должно было вывести Машу, но нет… Даже степень – среднюю, ставили условно. Консилиум, как положено… Изменений, которые приводят к патологическому ухудшению кровообращения, инсульту, одностороннему параличу, а дальше и смерти пациента, не успело произойти и не происходило. Но и в сознание Маша упорно не возвращалась.
Георгий сразу позвонил отцу в Питер. Тот быстро договорился и устроил дистанционный консилиум лечащего Маши с одним из ведущих врачей нужного профиля. В итоге – почти то же ХЗ. И самое странное, что никто особо и не удивлялся этому, потому что в медицине всякое бывает… Действительно - в каждом медицинском случае могут быть исключения и каждое из них рассматривается отдельно. Но вот это веское «бывает» звучало с каким-то непостижимым пониманием и принятием, что ли? Хотя Шония не понимал ни хрена!
- А вы читали Редигера, молодой человек? – поинтересовался у него знакомый отца, - его «Излечившиеся…». Конечно, там в основном речь идет о сознательных духовных практиках, но упоминаются и другие случаи спонтанного исцеления. То, что существует плацебо, ни для кого не секрет, как и существование психосоматики. Мы знаем, что у людей, позитивно смотрящих на жизнь, любой процесс выздоровления идет быстрее. И наоборот… Как мне кажется, это наш случай.
- И что вы предлагаете, доктор? – нервничал Георгий.
- Поддерживать, что же еще? Было правильно назначено переливание препаратов крови, мы с Виталием Ивановичем согласовали лечение и состав питательных смесей. Необратимых изменений метаболических процессов не произошло. А ведь голодная кома предполагает состояние тяжелейшее, практически безнадежное! Я даже затрудняюсь ставить третью стадию - симптомы смазаны... Пациентка была клинически здорова, о гипогликемической коме речи, к счастью не идет, состояние позволяет получать энтеральное питание, а это очень даже неплохо. И будем ждать. Возможно, когда восполнятся запасы гликогена и жиров… а может и…
 
ХЗ, короче. Шонию, как врача, осуществлявшего лечение радикальными методами, такая неопределенность не просто раздражала - бесила, но специалистам он привык доверять. И злился не на них.
Первые дни – самые страшные, когда он не мог оперировать, спать, есть… На пару дней, когда шли консилиумы и консультации, он будто выпал из жизни. Тогда и произошел разговор с Нуцей – о Маше. Вернее, говорила она, а он смотрел на нее больными воспаленными глазами и кивал, соглашаясь со всеми обвинениями и выводами, которые она делала.
Был до чертиков ей благодарен, что не скандалит и даже не плачет – еще и это, казалось, точно не выдержал бы и сорвался во что-то страшное. Хотя как должна вести себя жена и что чувствовать, узнав, что её муж много лет безответно любит другую женщину, он даже представить не мог, да и не пытался. Потому и не оправдывался, а без конца благодарил её, хоть и понимал, что выглядело это не совсем адекватно.
- Георгий… дети ждут – приходи домой, - устало и монотонно говорила Нуца, - здесь, возле нее, ты не нужен – пойми. Есть кому…
- Я понимаю, да. Спасибо, Нуца, спасибо тебе… - как заезженная пластинка, твердил он.
Дома принял снотворное и выспался, даже что-то поел и пообщался с детьми. Потом все вошло в привычную колею – почти. Потому что, как раньше, просто не могло быть.
Перед операциями пил крепчайший кофе, принимал душ и шел «к станку». На второй день в операционной зазвучала музыка. Стас улыбнулся, увидев вопрос в его взгляде:
- Ты молчишь, как сыч и только приказываешь. А мы уже отвыкли от тишины. И что такого, старик? Нормальная практика – существует такое понятие, как операционный плей-лист. Причем, на все случаи – даже регги… тут главное в пляс не пойти, а так – вполне себе поддерживает сердечный ритм пациента. Я выбрал универсальный – для любых операций. Слушаем классику, господа!
Где-то через неделю после того, как нашел Машу, он увидел её бывшего – тот ждал его у служебного входа...
- Я хочу Машу проведать, увидеть.
- В больнице карантин в связи с пандемией. К сожалению, ничем не могу помочь – не уполномочен, - отбился Георгий.
- Я знаю – соседка сказала, что она в коме. С ней говорить нужно, чтобы она услышала… и вернулась, – отчаянно смотрел на него мужчина.
- Бред собачий! – отрезал Шония, - риски несопоставимы! А ты – вообще… Чужой уже человек для неё.
- Фото её скинь хотя бы, будь человеком.
- Ты серьезно? - изумился Шония, - а спать сможешь после этого? Жрать? - и ушел. Кулаки чесались…
Бред какой! Она и так на волоске… не дай Бог вирус – и все! В урологии больше двадцати заболевших в течении недели. Выписались после операций – и получи! Мимо тестов, всех карантинных мер, мимо здравого смысла – в больнице достало, бл*дь, просочилось, нашло! На х*р пошел!
Что Маня в разводе, Шония знал уже с полгода как. Она изменилась еще тогда – в самом начале. В чем – трудно сказать, так… почти неуловимо, но точно что-то было не так. И всегда находила объяснения и отговорки, пока он вдруг понял – не работает! Он ей не верит. И позвонил её мужу, и узнал...
- И что – заторможенно интересовался он, - вы совсем не общаетесь?
- Она запретила даже звонить. А что я – Машу не знаю? Я вернулся тогда… почти сразу - через месяц. Понял, что не хочу… но она не пустила в дом, отослала. По телефону сказала – еще раз... и она снимет квартиру, уйдет.
- Маня? - не представлял себе Шония.
- Только с виду... мягкая, а хрен сломаешь! Говорит – услышала тебя тогда и помню. Не изменилось ничего – дать детей все так же не смогу. Да и хрен бы с ними! Мне уже и не надо было… Просто тюкнуло тогда что-то – смысл должен быть в жизни, итог какой-то…
- Смысл… чтоб достойно её прожить, - пробормотал Шония. Ему уже не были интересны излияния Машиного бывшего, но тому то ли выговориться нужно было… Наскоро простившись, Шония отключился.
Маша свободна и переживает развод, а еще у нее комплексы – как иначе? У его мамы тоже было – женщины умеют надумать… но там на почве вины. Мама считала, что виновата в том, что случились выкидыши. Ладно бы – первый… но она допустила и второй. Отец годы искоренял в ней это – саморазрушающее. С Машей все еще хуже… Маше нужно время, а еще она должна доверять ему, как близкому человеку. Только тогда он сможет помочь, а иначе она просто пошлет… отошлет его, как отослала своего бывшего и будет права. Лезть с признаниями тогда точно не стоило, а еще были дети и Нуца…