Голливудская Грязь (ЛП)

Я проглотила возражение, поскольку женщина уже двинулась вперёд, и наша группа последовала за ней. Коул замедлил шаг и приобнял меня рукой за плечи.
— Ты выглядишь раздражённой, деревенская девчонка.
— Что будет происходить в трейлере? — кивнула я в его сторону, наблюдая, как группа людей в оранжевых одеждах разворачивала на траве большую палатку. Скорость, с которой всё это происходило, впечатляла.
— Мы сделаем несколько пробных снимков. Посмотрим, как девушка будет смотреться на камеру.
— Голая? — уставилась я на него, и Коул рассмеялся.
— Ну да. Нам же это нужно.
— Тяжеловато тебе придётся сегодня, — я почувствовала, как мои губы сжались, и мне очень не понравилась собственная реакция. Ведь меня беспокоило лишь его потребительское отношение к женщинам. Больше ничего.
— Я бы предпочёл смотреть кое на кого другого.
Тряхнув плечом, я скинула руку Коула и подавила в себе радость, вызванную его игривым замечанием.
— Просто сосредоточься на нашем споре. Тебе не очень понравится проиграть девушке.
— Нужно быстрее готовить выпуск, пока не пронюхали эти придурки из THR1.
— «Инвижн» поимеет наши задницы. Ты ведь понимаешь, да? Опубликовать это, не поставив их в известность…
— Просто дай знать юристу, чтобы он был готов. То, что нужно. Отдавай материал в прессу. У тебя есть три дня, прежде чем номер пойдёт в печать. Действуй.
ГЛАВА 87
Публичные мероприятия всегда были занозой в заднице. Коул улыбнулся, почувствовав боль в боку из-за рассчитанно резкого удара локтя Саммер, и остановился, взяв ручку у ближайшей девушки и нацарапав своё имя. Затем ещё. И ещё. Он взглянул на ближайших охранников, и они обступили его, отгораживая. Коул сделал вид, что возражает, прежде чем подписать последний блокнот и уйти. Саммер фыркнула, он посмотрел на неё и заметил в её руках рожок с мороженым. Их глаза встретились, и девушка отвернулась. Где, чёрт возьми, она взяла мороженое? Он шлёпнул мошку, севшую ему на шею, и нырнул в тень палатки. В дальнем конце дороги послышался гул фургона со спутниковой радиостанцией. Вот дерьмо. Но это необходимо, всё хорошо. В течение часа в социальных сетях университета появятся фотографии. Хэштег #FortuneBottleCasting станет трендом в твиттере, если уже не стал. Все лекции будут пропущены, и каждая горячая студентка окажется здесь, печатая пальчиками с розовыми ноготками посты в Twitter или Instagram. Что обеспечит самую лучшую рекламу для съёмок. А если и Саммер Дженкинс окажется практически голой и сверху на нём? Эй, это даже ещё круче.
Коул поднялся по ступенькам в трейлер с кондиционером, кивнул Дону и Джастину, занял свободный стул и слегка подвинул его вперёд. Перед ними в дальней части трейлера у белого фотофона работали два фотографа с камерами и светильниками. За ними размещалась раздевалка и специальный стул на подиуме для девушек.
— Эйлин принесла бланки разрешения для публикации? — спросил Коул, откручивая крышку бутылки с водой и делая глоток.
— Да. Любой, вошедший в эту дверь, пройдёт проверку и подпишет соглашение о неразглашении. Хотя, с этим цирком снаружи, вряд ли удастся сохранить всё в тайне, — вздохнул Дон, демонстрируя седьмой или восьмой невербальный сигнал того, как он относится к этому мероприятию.
Конечно, это было нецелесообразно. Особенно для бюджета. Разумнее было бы отснять другую сцену, и подождать, когда кого-нибудь пришлют из кастинговой компании. Но Саммер бросила ему вызов, он его принял, и теперь они находились здесь. Играли в игру. И это, чёрт возьми, было весело. Он посмотрел в окно трейлера и увидел Саммер, с широкой улыбкой на лице сидящую за столом рядом с Эйлин и над чем-то смеющуюся. Похоже, она тоже наслаждалась. И у неё осталось всего несколько месяцев безвестности. Потом выпустят трейлеры, потом фильм выйдет в прокат, и в одночасье её имя станет широко известным. Бац! Всё в одно мгновение изменится. Она больше не будет его секретом, она станет принадлежать миру.
 
Дверь трейлера открылась, и вошла девушка, блондинка, подходящего роста и телосложения. Тим протянул ей халат, повёл в ванную, все застыли, в комнате стоял тихий гул ожидания. Несколько минут спустя Коул услышал, как открылась дверь, и девушка в туго затянутом халатике прошла мимо на площадку. Её улыбка исчезла, лицо выдавало нервное волнение. Коул посмотрел на неё и увидел в ней Саммер, она села на стул ссутулившись, крепко впившись пальцами в колени, её голос дрожал.
— Следующая, — сказал Коул, и Дон повернулся к нему, вздёрнув брови.
— Что? — быстро отреагировала девушка, её руки внезапно задвигались и дёрнулись. — Я готова.
— Нет, — Коул посмотрел на лежащую перед ним страницу и помолился, чтобы она ещё не распахнула халат. — Спасибо, что потратили своё время. У выхода подписанные киноафиши. Джастин? — Джастин поднялся со своего места, направился к ней и, ухватив за локоть, провёл мимо них к выходу.
— Какого лешего сейчас было? — проговорил Дон уголком рта, ожидая, пока закроется дверь, и повернулся к Коулу.
— Она нервная. Непредсказуемая. Мне не нужна ещё одна Саммер, которой требуется ободряющие беседы. Мне нужна девушка, которой нравится, когда на неё смотрят, — Коул откинулся на спинку стула и вытянул ноги к столу. — Половина девушек в этом кампусе на вечеринках по выходным танцуют топлес. Давай найдём их и сделаем это, — снаружи трейлера раздался громкий вопль, и Джастин с улыбкой шагнул внутрь.
— Девушки делают снимки своих тел у фургона с радиостанцией.
— Видишь? — развёл руками Коул и откинулся на спинку стула. — Легко. — Возможно, Саммер была права. Возможно, он всё-таки проиграет пари. Может, это и к лучшему. Может, если в его объятиях окажется другая девушка, она, наконец, сможет выбраться из своей скорлупы.
Дверь открылась, вошла новая блондинка, Коул повернулся и встретился с ней взглядом. Девушка ухмыльнулась, и в него вселилась уверенность, что с этой проблем точно не возникнет.
ГЛАВА 88
Это была глупая-глупая-глупая идея. Особенно потому, что, возвращаясь в Куинси, я застряла на заднем сидении фургона, слушая болтовню двадцатидвухлетней девушки, которая несла полную ахинею об Эмме Стоун. Очевидно, Эмма Стоун была любимой актрисой Карли. И – да, она видела тот фильм, в котором Эмма и Коул снялись вместе – ну, знаете, в том, с убийцей на парковке? И он ей так понравился. И она правда-правда-правда считала, что Эмма Стоун и Коул должны сняться ещё в одном фильме. Про любовь. И ей очень хотелось знать, была ли Эмма Стоун такой же милой в жизни – УБЕЙТЕ МЕНЯ ПРЯМО СЕЙЧАС. Кроме шуток. Я мечтала лишь об одном, чтобы остановили машину, позволили выскочить на улицу, а потом просто меня переехали. Коул, наверное, получил бы от этого удовольствие. А я смогла бы, наконец, прекратить пытку, слушая эту женщину.
Сзади на шее у неё была татуировка. Я бы, конечно, указала кому-нибудь на это, но тогда проиграла бы пари. Тридцать минут назад я так упивалась победой, что упустила из виду небольшие несоответствия, отличавшие её от меня. Как, например, грудь, которая определённо была больше. И кольцо в пупке, сверкавшее из-под нижнего края её рубашки. У Иды Пинкертон не было ни татуировки, ни кольца в пупке. Татуировка изображала голубя. Зачем кому-то понадобилось, чтобы голубь навсегда запечатлелся у него на шее? Или, если уж на то пошло, где-нибудь ещё.
Когда мне было четырнадцать, я тоже хотела сделать татуировку. У меня были большие планы на восемнадцатый день рождения: набить китайский символ милосердия вдоль рёбер. Просто, что может быть эстетичнее деревенщины с татуировкой на рёбрах? Слава Богу, что я переросла эту стадию. Иначе зачем бы мне сидеть тут и мысленно вести пустые разговоры. Я вздохнула и устроилась поглубже в тесном третьем ряду. Если отбросить в сторону татуировку и кольцо в животе, девушка была идеальной. До смешного идеальной. Я посмотрела фотографии, где её сняли. Фотографии, где она обнажённая сияла солнечной улыбкой в камеру, и на её лице не было ни капли неуверенности. Ничего похожего на меня – сопливую малявку, свернувшуюся клубочком на диване в трейлере. Господи, как глупо я, должно быть, выглядела. Удивительно, что Коул сделал всё это, допустил всё это. Удивительно, что он просто не посмеялся надо мной и не заставил взять себя в руки. Наверное, именно так я поступила бы с девушкой, которая впустую тратит время и деньги.