Голливудская Грязь (ЛП)

— Мне нужно бежать, — с сожалением заговорил первый мужчина, кивнув в сторону двери. — Нужно вернуть грузовик и успеть на самолёт. Моя жена оторвёт мне голову, если я не вернусь домой к ужину.
Он отошёл от остальных и направился ко мне, мои руки как раз находились внутри посудомоечной машины. Я достала стакан, поставила его на стол и пожала протянутую руку.
— Большое спасибо за гостеприимство. Боюсь, я не расслышал твоего имени.
— Саммер, — с трудом совладала я с собой. — Саммер Дженкинс. Приготовить тебе в дорогу чай?
— Нет, — усмехнулся он, — но спасибо. Я ценю твоё предложение.
Жена. Он так и сказал. Его жена расстроится, если он не вернётся домой. Ничего удивительного – все хорошие парни уже заняты. И с хорошими манерами тоже. Я вышла из кухни и открыла ему входную дверь, помахав на прощание рукой, но моя улыбка исчезла, когда я закрыла за ним дверь и заметила пыль на стекле. Отлично. Катастрофа на каждом шагу. Я вдруг вспомнила о маме и взглянула на часы. Четыре часа дня. Ещё полтора часа до её возвращения с работы. Уйма времени, чтобы избавиться от Коула и Бена, убрать в доме и поставить кастрюлю на плиту. Может, приготовить в духовке одно из тех замороженных готовых блюд «Стауферс». Карла из супермаркета обещала мне, что они по вкусу как домашние, и я была уверена в её словах. В наших краях суметь подделать продукты невозможно.
Я вернулась на кухню, Бен стоял, прижав телефон к уху, Коул Мастен с сомнением смотрел на мой диван, как будто не был уверен, что на нём можно сидеть. Я разбила лёд на подносе, вытащила несколько кубиков и бросила их в его стакан. Бен мог позаботиться о себе сам, его стакан «Тервис» наполовину полный всё ещё стоял где-то среди бардака в этом доме.
— Чаю? — крикнула я.
Мужчина отвернулся от дивана и посмотрел на меня:
— Газированную воду, пожалуйста.
А вот сейчас это был второй удар. Я улыбнулась, и улыбка эта была скорее злобной, чем милой. Но на Юге наши улыбки – наше оружие, и только южанин мог отличить лицемерие от искренности.
— Боюсь, у меня нет газированной воды, — я решила, он не мужчина. Мужчины не пьют газированную воду, они глотают водопроводную воду из шланга после замены масла.
— Негазированная тоже подойдёт, — он отвернулся от меня и осторожно сел на диван. Я повернулась к раковине, незаметно закатив глаза. Негазированная тоже подойдёт. О да, будет тебе негазированная. Негазированная из крана, та же, что текла с утра. Я повернула кран и наполнила стакан. Выключила воду, принесла стакан в гостиную, подвинула подставку и поставила стакан на стол. Вопросительно подняла брови, глянув на Бена, который всё ещё говорил по телефону, он объяснил жестом «ещё секундочка», поэтому я села в глубокое кресло. Оглянувшись, увидела, что Коул Мастен изучает стакан, прежде чем сделать глоток.
— Как прошёл полёт? — спросила я.
В ответ мужчина посмотрел на меня. Сделал один глоток воды, путешествуя взглядом по моим ногам, а затем второй большой. На самом деле было стыдно обладать такой красотой. Бог мог бы разделить его густые ресницы, мужественные черты лица, ореховые глаза и восхитительный рот между тремя мужчинами, тем самым давая большему числу женщин шанс на счастье. Вместо этого Коул Мастен сорвал джекпот. И вот этот обладатель джекпота не торопясь с ответом пил из стакана, его восхитительная шея была обнажена, рот обхватывал край стакана, а кончик языка…
Боже. Я поёрзала на стуле и потянула ворот рубашки, отведя взгляд в сторону. Вдруг мне сейчас больше всего на свете захотелось, чтобы они с Беном поторопились и поскорее ушли. Верните мне мой дом, дайте мне полчаса, а лучше час тишины и покоя, прежде чем вернётся домой мама. Это желание было абсолютно нелепым. Каждая чистокровная американка выцарапала бы мне глаза, чтобы оказаться так близко к НЕМУ. Может быть, всё дело в маленьком городке внутри меня – в той же глупости, что заставляла меня говорить «нет, спасибо» на предложение взять кредит для поступления в колледж и при поиске «настоящей работы». Может быть, дело в том, что меня воспитали в убеждении, что «настоящие мужчины» непривередливы и не пользуются лосьоном после бритья, привлекающим москитов.
 
Бен закончил разговор, и в следующую минуту Коул Мастен нанёс третий удар.
ГЛАВА 28
Эти две недели, похоже, стали худшими в жизни Коула Мастена.
Разрыв с Надией. Проблемы с началом съёмок «Бутылки удачи». Несчастный случай с Джастином. Поездка с Брэдом ДеЛукой в Куинси. Ужасное решение. О чём он только думал? Всё было бы в порядке, если бы здесь был Джастин, решая вопросы с размещением, составляя его график, поддерживая оптимальный баланс между работой и отдыхом. Джастин разобрался бы с этим агентом, взял бы на себя всю грязную работу, не позволил бы ему сидеть на чужом диване и пить её воду. О чём она спрашивала? А, точно. О его полёте.
Он сделал глоток воды, чтобы не отвечать на вопрос. Такой невинный вопрос, бессмысленная светская беседа. Боже, когда он в последний раз вёл светские разговоры? Или по-дружески болтал? Или делал что-нибудь, что не включало «да, мистер Мастен», или «конечно, мистер Мастен», или «абсолютно всё, что не пожелаете, мистер Мастен». Светские беседы были свойственны другой породе людей – людей, у которых было свободное время и желание строить отношения. Он не нуждался в отношениях, особенно длительных. У него были Надия и Джастин. У него были официальный представитель, администратор и рекламный агент. Все его требования удовлетворялись, а больше ему ничего не было нужно.
Он глотнул ещё воды и задумался, какие из этих отношений, учитывая недавние события, оказались под угрозой. Надия была королевой светских бесед и заведения полезных связей. Именно она посылала бутылки вина на дни рождения или стейки на годовщины. Она была той, кто писал благодарственные письма после званых обедов, кто помнил такие вещи, как имена детей и проблемы со здоровьем. Возможно, если бы у него не было Надии, он приложил бы к этому больше усилий. Но такой необходимости не возникало; она была в их тандеме движущей силой, она была…
Господи. Он быстро встал, поставил стакан на стол и подошёл к окну. Стоящий рядом мужчина что-то сказал, но Коул не слушал. Он потёр лицо, ему необходимо взять себя в руки. Нужно перестать думать обо всём плохом в его жизни. Может, ему нужен психологический консультант? Он опустил руки и повернулся к мужчине, который начал говорить.
— Повтори, — перебил он его. — Я прослушал.
Мужчина – Веннифер или как там, чёрт возьми, его зовут? – замолчал, потом снова заговорил, переводя взгляд на девушку.
— Подожди, — Коул поднял руку и повернулся к девушке, чьи руки потянулись к его стакану и поставили его на подставку. — А ты кто такая? Без обид, но какое ты имеешь к этому отношение?
Её глаза вспыхнули, и ему против воли это понравилось. Понравился огонь в её душе. Жаль, хотелось бы, чтобы у Надии его было побольше. Надия придерживала свой огонь для горничных, которые не появлялись вовремя, для контрактов, которые не давали ей дополнительных выгод, для модного дома Yves Saint Laurent, когда платье для церемонии вручении «Оскара» не сошлось ей в груди. С ним этот огонь она делила редко. Коул всегда упускал это из виду или считал, что это отвечало его интересам. Теперь ему казалось, что он упустил ещё один предупреждающий знак.
— Она мне помогает, — заговорил охотник за талантами, блонди закрыла рот и её взгляд метнулся к Коулу, затем она расплела свои длинные ноги и встала, её лицо оказалось на уровне его подбородка, так что он мог почувствовать всю силу воздействия её взгляда.
 
Это была ещё одна вещь, которую люди редко делали. Смотрели ему прямо в лицо. Они отводили взгляды, опускали глаза, много кивали. Исключением были фанаты, их руки и взгляды постоянно тянулись к нему, зрительный контакт – счастливый билет, которого все они жаждали.
Но глаза этой женщины его не жаждали, они прожгли дыры в его защитной оболочке и нашли дорогу к его душе, проникнув в каждый тёмный и опасный уголок и чувствуя полное разочарование от увиденного. Она встала и, оказавшись с ним лицом к лицу, прорычала в ответ: