Дракон вредный, подвид мстительный. Книга 2 (СИ)

Тринг разрешил, и Нейтон попросил пояснить правила. Первое замечание было коллективным, а что с остальными? Достаточно провиниться кому-то одному или именно всем?
Тут мужская часть первого курса дружно посмотрела в сторону леди, а мы так обиделись, что встали ровнее прежнего. При этом выдающийся бюст Дорины стал ещё заметнее, а выражением лица Миоль можно было сквашивать молоко.
— Кхм, — прокашлялся Тринг. Пусть на миг, но он зацепился за бюст, а потом заметил кислую Миоль и отвернулся. — Хорошее любопытство, кадет. Правильное.
Тринг рассказал, что провиниться достаточно одному. Что он не потерпит на своих занятиях безалаберности, лени, неподчинения, а также личных разборок вне соревнований. А страдать в случае вопиющего поведения будут все.
— Угадаете, как мы теперь наказываем штрафников на полигоне? — хмыкнул преподаватель.
Все снова покосились на купол, под которым прятались рвы с незастывающим помётом нэ-ригов. Только главная преподавательская подлость заключалась в другом…
Как позже шепнули старшекурсники, на выходе с полосы стояли душевые, воду в которых иногда отключали. Вот это и было самой злой преподавательской шуткой! Мне показалось, что знаю, кто придумал так «шутить».
Но пока мы стояли и слушали про штрафы, которые сгорали в конце занятия, а потом получили приказ:
— Ну что, к полосе, девочки?
Тут Тринг опомнился и, сплюнув пробормотал, что «среди нас же и впрямь девочки». После чего указал на самую обычную, не «помётную» полосу.
Мы побежали четвёрками, по очереди. При этом группы были смешанными — нас, девчонок разбивали на пары и присоединяли к парням.
Когда побежала Дорина, случилось чудесное — первокурсники вдруг вспомнили, что леди их подшефная и принялись всячески помогать. В итоге Дорина пришла с отличным результатом.
Остальным помощи не досталось, а Флавии и вовсе поставили подножку.
Правда лорд Тринг этот момент не заметил и никого за нарушение не прибил.
После полосы был забег вокруг полигона и силовые упражнения. У парней получалось отлично, а мы, конечно, отставали. Под конец устали ужасно, и когда Тринг отпустил наш несчастный курс, печально поплелись в сторону замка.
Но стоило отойти от полигона, снова случилось удивительное!
— Что, устала? — к Дорине шагнули сразу трое парней под предводительством Нейтона. — Давай поможем.
— Как? — не поняла наша главная.
Парни переглянулись и объяснили:
— Понесём!
И они попытались. Раньше, чем Дорина сумела переварить их «предложение», шагнули к затянутой в трико леди, и…
Сил драться у Дорины не осталось, поэтому она завизжала. Ну а мы, видя происходящий беспредел, завизжали вместе с ней.
Звук получился мощным, боевым, таким, что сокурсников отбросило на несколько метров.
— Вы что? Чокнутые? — выдохнул Нейтон изумлённо.
Мы выдержали паузу и… завизжали опять.
Спустя несколько секунд рядом вырос гораподобный Тринг в частичной трансформации. Сокурсников отбросило ещё дальше, а препод рыкнул:
— Что здесь? Что за крик?
Мы промолчали, уставившись на Дорину, а та внезапно покраснела и, потупив взгляд, произнесла:
— Они пытались меня облапать.
У Тринга дёрнулись ноздри, а парни аж подпрыгнули.
— Что-о? — воскликнул староста. — Ничего подобного! Мы же с помощью!
Тут произошло то, что прежде я наблюдала лишь по отношению к себе…
Преподаватель по физической подготовке разбираться не стал. Вернувшись в человеческую форму, заявил троице:
— Это залёт, птенцы. По внеочередному дежурству на полигоне каждому!
Хм… а у нас и дежурства на полигоне есть? Интересно, а они без тумбочек?
Парни сначала онемели, потом один выпалил:
— Лорд Тринг, но мы… Это была помощь!
— Директор распорядился, чтобы… — попробовал высказаться другой.
Тринг перебил:
— Хотите поспорить с командованием? — Он обрадовался, словно ребёнок, получивший конфету. В эту секунду Тринг сильно напомнил Эрвина — та же злорадная искренность, тот же яд на кончике языка.
— Никак нет, — после недолгого молчания уныло буркнул Нейтон.
 
— Не слышу, — произнёс Тринг холодно.
— Никак нет! — встав ровнее не бывает проорал «птенец».
Ситуация на полигоне запустила целую цепную реакцию, только реакция эта была не совсем логичной. Казалось, наказание, выписанное первокурсникам, должно отпугнуть кадетов, а вышло наоборот.
Все курсы вдруг вспомнили о поручении лорда эр Форса, и на обеде к нашему столу потянулись переговорщики. Зная об ошибке предшественников, за руки никого не хватали, говорили вежливо, ультиматумов не ставили.
Пенелопе, Валетте, Флавии, Миоль и даже Дорине было предложено встретиться после занятий с «ответственной» группой. С теми кадетами, которым остальной курс поручил заботу об успеваемости вверенной леди, и вообще.
Девчонки сначала надулись, нахохлились, но в итоге Миоль с Флавией громко согласились, а Пенелопе, Валетте и Дорине пришлось присоединиться.
Я осталась в моральном одиночестве, а Пенелопа сказала:
— Не волнуйся, Августа. Всё, что узнаем, обязательно расскажем тебе.
Прозвучало бодро, только обрадоваться я не успела.
— Вот ещё, — фыркнула Миоль. Зелье Валетты всё-таки подействовало, и синяками мы с Миоль уже не щеголяли. — Забыли, что…
Тут соседка всё же заткнулась — увидела, что я готова запустить в неё тяжёлой керамической кружкой. Причём бить я собиралась в голову.
— Хватит придираться к Августе, — поморщилась Валетта. Подумала и добавила: — Но вопрос кражи шкатулок по-прежнему открыт.
Все нахмурились, переглянулись, а Дорина спросила веско:
— Никто не хочет признаться?
Ответом негласной лидерше стала напряжённая тишина.
— А что сделаем с воровкой? — прозвучал новый вопрос, его задала Валетта.
Тишина стала тяжелее.
— Даже не знаю, — пискляво отозвалась Флавия. — Побить её? Так все тогда по шее получим.
— Потребовать исключения? — предложила Пенелопа.
— А что говорит по этому поводу устав? — вклинилась я.
Снова замолчали. Если в уставе оговаривалось воровство, то до этого пункта мы ещё не дошли. С уставом вообще было непросто! Вроде и правил всего ничего, а расписано на целый пухлый фолиант, и оглавление кривое — попробуй там хоть что-то найди.
— Ладно, — выдохнула, помедлив, Дорина. — Разберёмся. Но девочки… — она обвела всех строгим взглядом и погрозила пальцем.
На этом разговор закончился, перемена тоже. Мы отправились на практикум по боевым заклинаниям, а дальше — на лекцию к господину Форгину, последний на сегодня предмет.
В коридоре, на выходе с лекции, девчонок ждали представители четырёх курсов, а Дорину предельно уважительно пригласил один из наших.
Я не успела оглянуться, как осталась в одиночестве. Вообще одна.
Это было неприятно, даже подмигивание пробежавшего в сторону учебной части Форгина ситуацию не смягчило. Я почувствовала себя какой-то совсем уж неправильной, брошенной, но… и за мной, как оказалось, пришли.
  
Глава 5
 
— М-да, — прозвучало за спиной, и я обернулась, чтобы обнаружить Янтарного духа.
Коридор был пуст, миниатюрный дракон сидел ровно посередине и смотрел так, словно я ну очень нехороший человек.
— Женщины, — философски и обобщённо продолжил дух. — Я говорил, что вам нельзя доверять? Нет, не так. Я ведь знал, что вам нельзя доверять, но почему доверился?
Звучало трагично и с претензией, но словно чуточку фальшиво. Кое-кто переигрывал, но я в любом случае не собиралась вливаться в спектакль.
Глубокий вдох, и я сказала как есть:
— Мне жаль, но иного выхода я не видела.
Тут Хранитель аж подпрыгнул:
— Ты рассказала Эрву всё! Даже про монеты! Как ты могла?
— Не всё. Про твою сокровищницу я умолчала, как и про двери храма, — важное, между прочим, замечание.
Я действительно не чувствовала за собой вины, более того, сейчас молчание и вовсе казалось глупостью. Жить, когда над головой висит непонятная опасность и не обратиться за помощью… Нет, всякое возможно, но лучше, пожалуй, сказать.