That's How I Know (ЛП)

Когда пьеса заканчивается, у всех есть время поесть. Большинство уходит поесть пиццу, оставляя Стайлса стоять у входа в театр. Он знает, что Томлинсон стоит позади него, ожидая. Он только собирается развернуться, когда подходит один из студентов.
— Профессор Стайлс?
— Да, Мак?
— Я просто хотел поблагодарить Вас за все это. Я знаю, Вы помогли заплатить за мой билет и еще за несколько, у кого не хватало денег. Было так прекрасно иметь возможность приехать сюда и посмотреть.
— Ох, хорошо, Мак, всегда пожалуйста. Я очень рад, что каждый из вас смог пойти.
— Вы действительно прекрасный учитель, профессор Стайлс, — продолжил Мак. — Я надеюсь, Вы знаете, как сильно мы все любили Ваши курсы и как сильно мы принимаем то, что вы организовали эту поездку.
Мак уходит, чтобы присоединиться к группе, которая спускается по улице, оставив кудрявого с улыбкой на лице. Он собирает все мужество и поворачивается к Томмо с улыбкой на лице.
— Ну, Луи, у меня есть на примете одно хорошее местечко недалеко отсюда. Не хочешь присоединиться ко мне?
— Это пиццерия? — с надеждой спрашивает он.
Дело в том, что Гарри не пошел с остальными в пиццерию не потому, что не любит пиццу. Он просто хочет пойти куда-нибудь с Луи, без лишних глаз.
— Ну, нет. Но у них отличная еда и мы можем посидеть в баре. Думаю, один из моих университетских друзей работает этим вечером. Обычно он делает это по выходным.
Гарри указывает в сторону озера, Луи приближается к парню и позволяет вести себя в сторону престижного паба, в котором работает друг парня — Лиам.
— Что случилось с твоим другом, что он работает в баре с высшим образованием?
Гарри смеется. — Ну, кто уже сейчас может предположить? Лиам вернулся в аспирантуру. Быть барменом в Чикаго — очень прибыльная временная работа. Если, конечно, выглядишь, как Лиам.
Выражение лица Луи становится странным, а Гарри задумывается, что может значить этот взгляд, но решает не комментировать, пока они проходят несколько кварталов до Мичиган-авеню. Стайлс с облегчением замечает, что бар не переполнен с самого начала вечера, и он заводит парня в бар, положив руку на его поясницу.
Они только зашли в паб, а Лиам сразу же их заметил бежит к другу, заключая Гарри в медвежьи объятия, почти сбивая его с ног.
— Гарри! Какого черта, чувак? Ты не говорил мне, что будешь в городе!
— Привет, Ли. Ну, я знал, что буду рядом, но не был уверен, что смогу зайти, так что ничего не говорил.
— В любом случае, я рад, что ты тут! — Лиам посмотрел на Луи, приподнимая одну бровь. — Так ты не один, Стайлс? Кто это у нас тут?
Кудрявый чувствует, как стремительно краснеет и он уверен, что может сказать больше, чем собирается.
— Это мой… — Гарри и правда не знает, как закончить предложение. Сосед? Коллега? Удивительный человек, которого он хочет узнать по-лучше? Горячий мужчина, которого он хочет видеть голым в своей кровати? -…Луи.
— Твой Луи? — переспрашивает Пейн, восхищенно улыбаясь.
— Что? Нет! Э-э, не мой Луи, просто Луи. Я его знаю. С работы. Он еще живет в моем районе, — быстро тараторит он.
Луи протягивает руку, чтобы обменяться рукопожатиями с Лиамом. — Привет, я сосед Гарри, присоединился к его поездке с учениками, чтобы посмотреть «Гамильтон».
Лиам все еще восхищен. — М-м-м. Гарри никогда не берет кого-либо с собой сюда. И он не был на свидании, насколько я помню… Боже, как давно это было, Гарри? Наверное, почти…
Стайлс затыкает парню рот рукой. — Мы просто хотим поесть и, возможно, выпить, а потом мы садимся в автобус с кучей учеников и преподавателей, чтобы поехать обратно домой.
Лиам начинает смеяться, возвращаясь за стойку. — Ладно, вы можете говорить, что ничего не происходит, но когда вы зашли, так не казалось.
Они смотрят друг на друга с широко распахнутыми глазами и Гарри не знает, что сказать. — Эм, почему бы нам не сесть за столик и изучить меню?
Он начал подводить Луи к стулу, но затем отдергивает руку, чтобы не касаться поясницы снова. Можно ли быть еще более очевидным? Блять.
 
Гарри ловит себя на том, что все время, пока они ждут, чтобы Лиам принял у них заказ, смотрит поверх меню. То, как длинные ресницы Луи касаются щек, то, как он облизывает губы после того, как делает глоток пива, тени от острых углов лица, к которым очень хочется прикоснуться.
Зеленоглазый в плену. Он начинает задумываться, было ли раздражение на поведение Томмо лишь защитным механизмом, помогая ему держаться по-дальше от кого-то столь интригующего. Лиам прав. Прошло довольно много времени с тех пор, как он заводил отношения, но теперь появилось чувство, что он готов.
— Ну, Гарри… — Луи прерывает его ход мыслей. — Как ты, черт возьми, смог раздобыть билеты на «Гамильтон» на весь автобус? Если не возражаешь, хотелось бы узнать.
— О, ну, один мой старый университетский друг — нидерландер. Это тот, кто владеет театром. — Гарри пожимает плечами и улыбается. — Я звонил ему всего несколько раз.
— Это чертовски впечатляет, профессор Стайлс.
— У меня есть хода, о которых Вы никогда не слышали, тренер Томлинсон.
Глаза Луи открываются шире от этих слов.
Внезапно, между ними появляется лицо Лиама. — Надеюсь, я не помешал, — говорит он с ухмылкой.- Но я могу принять заказ, если вы уже определились.
Их разговор разносится по бару, пока они едят свои заказы. Они говорят о спектакле, о работе, немного больше о семьях и друзьях. Когда Пейн приносит счет, Гарри настаивает на том, чтобы оплатить его.
Луи странно смотрит на него. — Гарри, тебе не нужно платить за мой обед, это же не сви… это необязательно, правда.
Они сердечно прощаются с Ли и возвращаются к автобусу. Как только парни находятся на обратном пути к университетскому городку, темнота создает ощущение близости, которой не было раньше и Гарри понимает, что говорит о тех вещах, о которых не сказал бы при солнечном свете. Между ними находятся сходства. Оказывается, оба наслаждаются влажным летом Среднего Запада. Оба любят ездить по большой речной дороге на севере, вдоль Миссисипи, чтобы полюбоваться на окрашенные в яркие цвета деревья осенью. Оба едят мороженое зимой. Оба ходят на открытие зоопарка каждый год весной, и об катаются на трамвайчике там. Это, пожалуй, самая лучшая часть.
Когда парни возвращаются в университетский городок, Гарри следит за тем, чтобы все вышли из автобуса и отправились по домам. Краем глаза он отмечает, что Луи стоит рядом и ждет его. Как только все благополучно разошлись, он поворачивается к парню и его глаза блестят в свете уличных фонарей.
Они ничего не говорят, просто идут к сторону своих домов. У Стайлса покалывает кончики пальцев, когда они идут достаточно близко, чтобы касаться друг друга. Между ними настолько маленькая дистанция, что, если Гарри протянет руку, то может коснуться Луи, переплести их руки, пока они идут по слабо освещенным тротуарам.
Он поменял свое мнение насчет Луи и сегодня понял, что очень хотел бы ходить с ним на настоящие свидания, пригласить выпить, а еще разрушить его в своей постели. Хорошо, что темнота скрывает его смущение из-за этих мыслей, пока он идет рядом с человеком, играющим главную роль в них. Сначала они подходят к дому Гарри и стоят перед входом, глядя друг на друга. Ему так хочется, чтобы Томмо сказал что-нибудь, чтобы продлить момент. Он не хочет, чтобы связь, установленная ими сегодня, оборвалась и он напуган, что так и будет завтра. Слова, чтобы Луи остался, застряли в горле.
Луи, по его мнению, обнадеживающе улыбается. — Спокойной ночи, Гарри, — его голос с хрипотцой, что посылает по позвоночнику кудрявого мурашки.
Он удивлен, как глубоко звучит его собственный голос. — Спокойной ночи, Лу.
Гарри не хотел давать ему прозвище. Они даже не обсуждали это. Он даже не знает, происходит ли его имя от «Лу», но когда они встречаются взглядами, ничто не кажется неправильным. Луи колеблется, будто собирается сделать что-то. Он протягивает руку и мягко проводит по руке Стайлса, сжимая ее. — Мне правда понравилось разговаривать с тобой сегодня. Нам стоит сделать это снова.