Бесславные дни (ЛП)

   Доев, он всё ещё чувствовал голод, но совсем уж голодным он не был. Даже частичное облегчение казалось ему благословением свыше. 
   - Господи! - воскликнул он. - Как же хорошо-то. 
   - Ну не сказал бы, что совсем хорошо, - ответил на это МакКинли. Его миска была такой же чистой и гладко вылизанной, как у Петерсона. - Дай мне три таких порции, да ребрышек к ним... - До плена он лишь о женщинах вызывался с подобным восторгом. Люди воспринимали пищу, как должное, дурачки. 
   Вместе они отнесли миски в нечто похожее на поилку для лошадей. Судя по всему, это действительно когда-то было поилкой для лошадей. Петерсон положил в воду миску и ложку. Посуда должна быть чистой, в противном случае дизентерии не избежать. Когда в одном месте надолго собирается толпа народу, она всё равно неизбежна, но хотелось бы этот момент немного оттянуть. 
   После ужина было вечернее построение и перекличка. Пока япошки не приказывали, никто на неё особо не торопился. Некоторые охранники с трудом могли досчитать до двадцати одного, чтобы не сбиться, и этот факт тоже усложнял положение. Пока американцы стояли в строю, начался дождь. Укрыться от него никто и не пытался, иначе охранники сбивались со счёта и перекличка затягивалась. По крайней мере, это не промозглый дождь, какой иногда идет на материке. Испортить погоду не могли даже япошки. Петерсон стоял в строю, а по его носу, ушам, подбородку и пальцам стекали капли воды. Ему стало жаль тех, кто носил очки. Они, наверное, совсем ослепли. 
   Наконец, япошки убедились, что никто не сбежал. Командовавший перекличкой сержант махнул рукой. Стоявшие в первых двух рядах увидели этот жест и начали расходиться, за ними потянулись и остальные. 
   Петерсону и МакКинли хватило ума поставить свою палатку на возвышенности. Так грязь не попадет внутрь. К тому же, дождь скоро должен прекратиться. Он то начинался, то прекращался, то опять начинался... но у них была палатка. 
   - Дом, милый дом, - произнес Петерсон, не скрывая иронии. 
   - Точно, - ответил През МакКинли. Они выжали, насколько могли, одежду и завернулись в одеяла. Петерсон почти сразу же провалился в сон. 
   Обучение навыкам обращения с парусом "Осима-мару" отвлекало Кензо Такахаси. И он и его брат Хироси с удивлением отметили, что отец оказался отличным учителем. Обычно ему не хватало терпения, чтобы как следует чему-то их научить. Но не сейчас. Отец учил их постепенно и не требовал от сыновей того, чего они не знали и не умели. 
   - Чувствует себя виноватым, - сказал по-английски Кензо, когда они возвращались после длительной рыбалки. 
   - Отчасти, - так же по-английски ответил Хироси. - Но в основном, всё из-за того, что он учится вместе с нами. Но он никогда этого не покажет. Не хочет, чтобы мы видели, что он здесь наравне с нами. 
   Кензо быстро понял, к чему клонил брат. 
   - Наверное, ты прав. 
   - Вы что там опять разбрехались? - встрял в разговор отец. - Опять меня обсуждаете? 
   Он всё понимал. Хиро не был настолько глуп, каким считал его Кензо. Может, он и не такой образованный, но дело совсем не в образовании. 
   - Нет, не тебя. Мы обсуждали сампан и паруса, - ответил Кензо. Частично он говорил правду. 
   Хиро Такахаси что-то раздраженно проворчал. Это ворчание говорило о том, что он не поверил ни единому его слову. 
   - Эти вещи можно обсуждать и по-японски. 
   - Нам больше нравится английский, - ответил на это Хироси и эти слова были уже стопроцентной правдой. 
   Его слова вызвали очередное бессвязное ворчание от Такахаси-старшего. 
   - Глупости, - сказал он. - И тогда и сейчас особенно. Всем нужно знать японский. 
   На какое-то время ему удалось сделать так, чтобы сыновья не говорили по-английски. Кензо вообще расхотел разговаривать, без разницы на каком языке. Японцы сделают английский вторым языком Гавайев? Возможно, если они победят в войне и сохранят острова. Судя по новостям, всё шло именно к этому. Острова Уэйк и Мидуэй захвачены. Филиппины захвачены. Падение Сингапура завершило разгром британцев в Малайе. Японцы продолжали откусывать от Голландской Ост-Индии один кусок за другим. Ни голландцы, ни австралийцы, ни американцы остановить их не могли. 
 
   - Может, это наша судьба такая? - сказал по-английски Хироси, стараясь разорвать повисшую тишину. - Мы всю жизнь положили, чтобы стать американцами, но как только что-то начало получаться, нас отбросило обратно. 
   - Смешно, - сказал Кензо. - Хорошая шутка. 
   - Думаешь, я шучу? 
   - Нет, - ответил Кензо и замолчал. Неужели всю оставшуюся жизнь он проведет, пытаясь стать обратно японцем? Бейсбольная команда "Нью-Йорк Янкиз" была для него важнее Императора. На материке скоро начнется новый сезон. Ближайшей к ним командой были "Чикаго Кабс", проводившие отпуск на острове Каталина, неподалеку от Лос-Анджелеса. 
   Вместе с братом он завел "Осима-мару" в воды залива Кевало. Отец молча наблюдал за их действиями. Значит, они всё делали правильно. Если бы они что-то делали бы не так, он бы обязательно сказал. 
   Как и всегда, японские солдаты забрали улов. Его взвесили и выплатили Хиро причитающееся. И снова никто не обратил внимание на то, что несколько рыбин он оставил для себя и для Эйдзо Дои. 
   - Для себя? - спросил сержант у Кензо. 
   - Hai, для себя, - ответил тот. Солдаты остались довольны этой формулировкой. Кензо заметил, что японская речь в данной ситуации оказалась крайне полезна. Но он скорее разбил бы сампан о причал, чем признался в этом отцу. 
   День клонился к закату, но было ещё не слишком поздно. Они привезли столько рыбы, сколько "Осима-мару" мог вместить. Повсюду суетились люди, пытаясь как-то обустроить свой новый быт. Некоторые бросали на семью Такахаси завистливые взгляды. Если бы они не были такими высокими, могли бы возникнуть неприятности. 
   Стоявшая на тротуаре девушка взмахнула рукой и крикнула: 
   - Кен! 
   - Привет, Элси! - ответил он, радуясь, что её не сопровождали подружки. - Как дела? 
   Девушка-хоули пожала плечами. 
   - Нормально, вроде. Работу ищу. Её нынче не очень-то много. - Она снова пожала плечами. - Всё перевернулось после... после капитуляции. 
   Что она хотела сказать? Что-то типа: "после того, как япошки захватили остров"? Кензо решил, что должно было быть нечто в этом роде. Впрочем, она сказала иначе. 
   - Тебе еды хватает? - спросил он. 
   - Еды никому не хватает. Только тем, кто, как и вы добывает её самостоятельно, - ответила Элси. - Но всё не так уж и плохо. Мы хотя бы не голодаем. - В воздухе явно появилось невысказанное "пока ещё". - Но иногда, конечно, голодно. - Судя по её тону, голодать ей раньше не приходилось. 
   Как и самому Кензо. Элси была права. Может, семьи рыбаков и немного зарабатывали, но еды им хватало всегда. Не раздумывая, Кензо вытащил тунца. Очищенная рыба была длиной с его предплечье. 
   - Вот, держи. Отнеси своим. 
   Она не сказала "ой, не надо" или что-то в этом духе. Девушка протянула руку и взяла рыбу за хвост. 
   - Спасибо тебе большое, Кен. Я тебе очень признательна, - сказала она. 
   - Осторожней с ней. Следи, чтобы никто не украл, - сказал ей Кензо. Девушка кивнула и ушла. 
   - Зачем ты это сделал? - спросил отец. - Теперь придется говорить Дои, что мы поймали меньше. 
   - Значит, в другой раз дадим ему больше, - ответил Кензо. - Он прекрасно знает, что мы хорошо ловим. Он будет рад, что мы принесли ему хоть что-то. 
   - Тебе нравится эта девочка, да? - спросил отец. 
   "Ну и как я должен на это отвечать?", - подумал Кензо. Если он скажет "нет", отец поймет, что он лжет, если скажет "да", то разозлится. Он злился на всё, что происходило в прошлом. По улицам Гонолулу расхаживали японские солдаты, среди них бродили люди всех цветов кожи.