Не то, чем кажется, не те, кем кажутся (СИ)

А Северус действительно успокоил.
Когда он предложил, чтоб расчетами занялся лично Руквуд, у Нарциссы отлегло от души и она не сдержала торжествующей улыбки, потому что моментально подумала о том, что уж кто-кто, а Амелия проследит за сохранением всех нюансов клятвы. А умница Северус со своей стороны напомнил посмурневшему Люциусу о дружбе его жены с госпожой министром — так что и тот быстро сложил два и два и тоже расслабился. Но ненадолго.
  
— Эти дети — Малфой. Оба, — Люциус посмотрел на Северуса непривычно тяжелым взглядом. — Они наши, мои и Нарциссы.
Северус скрестил руки на груди, но не проронил ни слова сквозь сжатые губы.
— Но твое присутствие на ритуале необходимо, — продолжил Люциус. — И ради безопасности детей я… готов на все.
— Я сделаю все, чтобы с ними все было в порядке, — откликнулся Северус. — Чью бы фамилию они ни носили.
— Спасибо, — шепнула Нарцисса. — Вы самые… — она осеклась и всхлипнула, чтобы в ту же секунду очутиться в двойных объятиях.
Как же ей этого не хватало! Она обняла обоих, расцветая буквально на глазах. Ее мужчины понимающе переглянулись и… замерли, когда она склонила голову туда, где их плечи оказались сомкнутыми.
Никто не узнал, о чем потом они долго разговаривали наедине, в кабинете Люциуса, но после того разговора Северус вышел словно окрыленный, а Люциус — успокоившийся. А все было довольно просто. Только понять, что если женщина дорога обоим, то ее надо не делить, а хранить. Вместе. Ну а уж детей — тем более. Чьими бы они ни стали, они — их.
* * *
Августус, в отличие от присланного им специалиста, задал всего один неудобный вопрос — все остальное, как выяснилось, он знал — сам догадался. А когда, оставшись наедине с Нарциссой, «чисто по-дружески» поделился тем, как именно он это сделал, та поняла: кроме новой подруги у нее действительно может появиться еще и друг.
— Амелия поручилась за вас, — перед тем, как передать сокровенную информацию, начала Нарцисса.
— Я знаю, — благодарно кивнул Руквуд и тепло улыбнулся. — Если можно, то просто Августус, а то мне по сравнению с супругой будет обидно. И клянусь никогда не передавать третьим лицам сказанное вами никаким из доступных человеку, духу и привидению способов.
Он поднял ладонь, с которой на глазах испарилась несколько алых капель.
— Магия крови? — не сдержала удивления Нарцисса.
— Все полезное изучаем, любим и практикуем.
— Это ваш личный девиз?
— Моего отдела.
— Вы… разглашаете секретную информацию?
— Да не такой уж это и секрет.
— Хороший девиз.
— Частично. Второй девиз — "Остановись вовремя".
— И… как это регламентируется?
— А вот это уже секретная информация, извините, миссис Малфой.
— Можно просто Нарцисса… Чтобы мне не было обидно по сравнению с Северусом.
— Он говорил обо мне?
— Он считает, что вы могли бы стать друзьями.
— Ах, еще только могли бы… — Августус изобразил притворное разочарование. — А вы бы поспособствовали?
— А то вы не знаете, какой он.
— Да, до того, чтобы допустить к себе в душу, может созревать долго. Но передайте при случае, что мне бы хотелось дожить до этого момента.
— Он вам так дорог? — по-доброму прищурилась Нарцисса.
— Я давно не встречал человека, с которым мне было бы настолько не скучно, — признался Руквуд. — Сложного и в то же время невероятно талантливого. Да. Он мне нужен. Я хочу, чтобы рядом был такой… искрометно-ядовитый тип.
Нарцисса рассмеялась — определение было еще то. И ей неожиданно стало легко с новым собеседником, словно они были уже давно знакомы.
* * *
После тщательнейшего расчета ритуала Августус отправился к Северусу — он считал, что должен поделиться в первую очередь именно с ним.
— Ты понимаешь, что если проклятие все же активизируется, детей спасет только введение в самый близкий им по крови род? Дети станут Блэками, по Нарциссе.
— Зачем ты мне это говоришь? Что я могу им дать? — в голосе Северуса звучала горечь. — За мной никакого рода нет.
— Ты действительно так считаешь? — нахмурился Августус. — После смерти старика Принца ты должен был получить от гоблинов…
— Я получил. И порвал. Да, я знаю, как меня можно назвать. А восстановленные официальные бумаги они, видишь ли, не берут.
— То есть ты уже был в Гринготтсе? — уточнил Руквуд. — Ай, молодца. Ну всё… попляшут они у меня!
— Это ты о ком и чём?
— А о том, что такое поведение мы им выкатим как вмешательство в дела волшебников.
— Я же сам…
— Ты им лично во всем признался?
— Ну знаешь... Я, пожалуй, в некотором отношении был тем еще кретином, но уже лечусь.
— Вот и отлично, — хохотнул Августус. — Значит, это мы с тобой случайно разорвали вместе с прочими бумагами в пылу ссоры.
— Бред.
— А какая разница?
— Хм. Ладно. И что дальше? Представление под названием «Трепещите, гоблины, сейчас вас съест один дотошный невыразимец?»
— Ну, я не настолько голоден, чтоб не поделиться с тобой. Вдвоем мы их точно укатаем!
— Сказал один редкостный проныра… — начал было Северус, но Августус его перебил:
— Пока жив — к твоим услугам.
— Ну да, ну да. И что ты потребуешь за свои услуги?
— Да ничего такого, чего ты в молодости не требовал с Малфоя за свои. В библиотеке посидеть, фамильные трактаты полистать.
— Начинаю задумываться, что у тебя есть что-то на Принцев…
— И совершенно правильно. Ой, что е-е-есть... — предвкушающе протянул Августус. — Такое есть, что я, если честно, готов тебя лично хоть на буксире тащить к твоему наследству, чтоб потом иметь право заглянуть туда одним глазком.
— Да? — Северус явно заинтересовался.
— Нет, — смеясь, фыркнул Августус. — Я ничего тебе не скажу. Доберешься в свой дом — сам увидишь.
— А это «одним глазком» случайно не превратится в переезд всего твоего отдела в мою библиотеку?
— О как. Уже твою… Не представляешь, как это меня радует!
— Шантажист мордредов.