Иной мир (СИ)
— Высшие намекали о жемчуге, но ни слова не говорили о атаке! Иные пошли сюда, как и было предсказано, но гарнизон и кадеты Академии не смогут сражаться на два фронта!
— Значит, Высшие не смогли просчитать это. Брат, не теряй времени, надо защитить жемчужины!
— Мы не успеем, защиту не поставить в один момент! Тем более, нас — двое, ты же понимаешь…
— А в доме нет защиты? Как так?
— Защита старого Шама уже ослабла, а свою я не мог наложить, пока она не потеряла свою силу…
Глава 34
Виктор
Из команды “Кровавого призрака” уцелело тридцать два человека. Вместе с англичанами их было пятьдесят восемь, серьезный отряд, когда два алхимика и шаман сумеют поднять на ноги всех, кто после боя был не в состоянии не то, что оружие держать, но даже ходить. Яро выжил, но, увы, лежал в числе других, с переломанными ногами, и тяжелой контузией. Бриг, кое-как, но сумели перегнать, и поставили на рейд рядом с корветом: какая-никакая защита от нападения с моря у них теперь имелась. С охотой дела обстояли хорошо, даже отлично: дичь тут была непуганая, а Иных, кроме как в походе к Храму, больше не попадалось. Все, что можно было снять со шхуны, они сняли, и перетащили на волокушах в лагерь, в котором, вместо шалашей, начали возводить какое-то подобие хижин. Шам не говорил им ничего. а на вопросы о том, как смотрят на их положение Высшие, лишь пожимал плечами.
— Высшим все равно, как, и чем вы тут выживаете, у них есть дела поважнее.
Думать о том, что будет дальше, им было некогда: они именно выживали, в незнакомой местности, и каждая минута была заполнена работой. Кто рубит лес, кто охотится, или ловит рыбу, кто пытается сообразить, как можно привести в порядок хотя-бы один из кораблей… Курт, бывший на родине студентом-медиком, помогал алхимикам, Монтгомери занимался строительством бунгало, потому, что когда-то работал инженером-строителем… О принадлежности к странам этого мира никто уже не вспоминал. Виктор иногда задумывался о судьбе Кати, о том, ждут ли их еще в Швеции Олаф с Эльзой, о доне Серхио, но это были лишь мимолетные мысли. Важнее всего было то, что происходит здесь, и сейчас. Они совершали небольшие экспедиции, исследуя окрестности, и забираясь все дальше от их лагеря, который называли поселком. Одна из них вернулась с известием, что неподалеку есть заросли ячменя, другая обнаружила милях в десяти кукурузу… Жизнь налаживалась. Раненые понемногу возвращались в строй, благодаря заботам алхимиков и шамана. Вместо примитивных хижин на некотором удалении от берега уже строились вполне приличные дома, и приводились в порядок корабли. Бриг пострадал больше корвета, поэтому в первую очередь восстанавливали “Проклятую Анну”. И вот, однажды, встал вопрос — что делать дальше? У них имелся корвет, с восемью оставшимися в живых двадцати четырех фунтовыми орудиями, и семью шестнадцати фунтовками, снятыми с “Кровавого призрака”. Припасы не были проблемой, животных тут было множество, зерно, кукуруза, и даже некоторое количество недавно найденного картофеля позволяли набить трюмы едой, а пресной воды можно было легко набрать из ручья в паре миль от поселка. Пороха и ядер было не так много, как хотелось-бы, но несколько человек были готовы попытать счастья в изготовлении пороха, была-бы селитра, уголь, да сера. А если повезет найти руду, то один из моряков брался за выплавку металла. Словом, поселок себя мог обеспечить. Но жить тут, из года в год, отшельниками, не хотелось никому, хотя-бы из-за того, что среди них не было ни одной женщины.
— Да что думать-то? — Сэмюэл Монтгомери сделал из кружки несколько глотков самогона, который они гнали на примитивном самогонном аппарате из ячменя, поморщился, и продолжил: — если бы у нас было человек двести, то часть осталась бы в поселке, а часть ушла бы в Европу, на “Анне”, за подкреплением.
— И как ты себе это представляешь, Сэм? — Виктор усмехнулся. — Мы пошли бы в Англию, или, может, в Швецию?
— Конечно, в Англию! Черт. В том-то и проблема… — Сэм задумался. — А может, поступить просто, ни нашим, ни вашим, взять курс на Португалию или Испанию? Хотя… Тоже не вариант. Вам португалы, а нам испанцы даром не нужны. Блин, вот как решить эту проблему?!
— Я предлагаю компромисс. — В разговор включился Яро. — Мы можем пройти по побережью, не заходя в портовые города, набрать людей из рыбацких деревень, и вернуться сюда. Черт с ней, с Европой! Основать Вольный город, а то и государство, и хрен им всем с горчицей, всяким французам с голландцами!
— Эй, я как-то не горю желанием быть американцем! — Виктора даже передернуло. — Да они на нас вечно бочку катят, а я что, теперь буду врагом своим-же?
— Виктор, ты не дома. — Шам, молча слушавший их разговор, улыбнулся. — Тут нет твоей страны. И Федерации Штатов Америки тоже нет. И, если ты еще не понял замысел Высших, то и не будет. Через некоторое время на континенте, который в большинстве реальностей зовется Америкой, все равно появятся поселения. Ваше уже появилось. И появятся Иные. Никаких штатов тут не будет, это я могу сказать с уверенностью. Не будет и оружия разрушительной силы, способного испепелять города и континенты. Так что можешь быть спокоен, на счет этого. Поселок, который вы основали, вовсе не обязательно называть Бостон, или Вашингтон. Можешь назвать его Виктор-город, Курт-таун, Монтгомери-сити — без разницы.
— Ну, у меня нет такого чувства собственного величия, — проворчал Виктор. — Пусть другие думают над названиями, а нам, так, или иначе, необходимы люди.
— А люди будут. Вы достаточно тут закрепились, чтобы принимать людей. Так что, как минимум, вернувшиеся из Иной сущности, скоро начнут появляться в окрестностях.
— Эх, лучше бы девчонки появлялись… — Сэм глубоко вздохнул. — Шам, вот какого черта Высшие тут так всё устроили? Это же издевательство! Толпа здоровых мужиков лишена женской ласки, да и в Европе особо не порадуешься…
— Сэмюэл, женщины мыслят по другому, не так, как мужчины. Им нужен дом, им нужны дети, а тут это невозможно. Нет постоянства, понимаешь? Мы, мужчины, легче относимся к этому. Был испанцем, ушел в переход, возродился в Дании, потерял друзей, товарищей… Начинаешь сначала. А для женщины это слишком тяжело. Морально, Сэм, я об этом. Весь смысл жизни женщин — в любви, в потомстве, в детях, значит, и в постоянстве. А детей нет. Постоянства — нет. И хорошо еще, что Высшие их, женщин, вообще сюда хоть немного присылают. Представь на секунду Мир, населенный одними мужчинами…
— Шам, а вот скажи, у вас, шаманов, что, обет безбрачия? Ну, просто интересно, раз уж о бабах разговор зашел. — Курт с интересом посмотрел на Шама.
— Почему ты так решил, Курт? Мы такие-же люди. Если честно, то я, когда есть возможность, посещаю бордель. Нет никаких обетов, нет целибата. Мы же не священнослужители, мы просто связующее звено. Причем, если мне, к примеру, надоест быть шаманом, то я просто откажусь от этого, и Высшие будут искать замену.
— Ты, как и мы, платишь кучу денег за время с девушкой?! — Курт открыл рот от изумления. — Да ни в жисть не поверю!
— Деньги? Ну, тут деньги не главное, с шамана денег не берут! Скорее, даже сами готовы заплатить за то, что я пришел. — Засмеялся Шам. — Но, пожалуй, давайте закончим разговор. Завтра будет день, а ночью надо спать…
Люди, и правда, начали появляться. По одному, по двое, возродившиеся после перехода, то приходили сами, то на них натыкались в окрестностях поселка охотники или разведчики. В пятнадцати милях от лагеря, в глубь континента, обнаружился провал, вход в подземелья, но Иных там пока не было. Как сказал Шам, Иные тут появятся, как только кто-нибудь уйдет в переход, до этого их можно не опасаться. Подземелье порадовало богатой рудной жилой, которую тут-же начали разрабатывать. Для этого пришлось некоторое количество мечей пустить в дело, переплавить, получить в результате инструмент, кирки. А потом, однажды, в поселке даже стали появляться Новые. Впрочем, это уже был не поселок, а город. Пусть и полностью деревянный — корячиться, и таскать сюда камни, ни у кого желания не возникало. В городе, названном Фриланд, население перевалило за сотню человек, когда Яро, однажды вечером, предложил отправиться на разведку морем.