Весенняя ловушка (СИ)
— Тебя вызывает генеральный! Уж очень не вовремя ты устроила технический перерыв, — прорычал Головин. — И не жди, что я вступлюсь за тебя. Клим был очень недоволен, что рабочие места простаивают без дела.
— Клим? — удивилась Вася. — И чего его величество понесло в операционный зал?
— Карпова, ты специально нарываешься? — опять взвился Головин, комично возведя глаза к потолку и вскидывая руки. — Клим — наш хозяин. Он царь и бог этой конторы, каждая скрепка, каждая бумажка в этом здании принадлежит ему! И он может ходить где угодно и когда угодно, хоть в женский туалет! Хоть лазить по вентиляционной трубе! И это не обсуждается!
Кружка с кофе очень выручила Василису, помогая скрыть улыбку, Сережа же согнулся под стол, давясь смехом.
— Через пять минут у Береста в кабинете! — приказал напоследок Головин. — И что у тебя с лицом? Приведи себя в порядок!
Василиса поторопилась к своему рабочему месту. Там в ее сумочке лежала помада и тональный крем. Не теряя времени на долгий путь по узкому проходу за спинами коллег, она быстрым шагом пересекла зал, перегнувшись через стол, дотянулась рукой до сумочки висевшей на стуле. Быстро дернув ее на себя, она выпрямилась, сделала два шага, и резко обернулась назад, рыская взглядом по своему столу. Колокольчика не было.
— Ты не видела, кто шарил по моему столу? — Вася бесцеремонно прервала клиента за соседним столиком, обратившись к ближайшей сотруднице.
— Нет, — та испуганно вскинула глаза. — Но тут только что был сам Берест со свитой. Они подходили к твоему столу, спрашивали, почему тебя нет на рабочем месте. Головин грозился уволить тебя.
— Ага, я уже в курсе, — кивнула Василиса. Ладно, найдем игрушку потом, здесь всюду камеры и можно легко выяснить, кто нечист на руку.
Туалетная комната для персонала была свободна. Василиса без помех и лишних вопросов наложила еще один слой помады. Придирчиво рассмотрела себя в зеркало. Больше все равно ничего сделать не получиться, пусть думают, что хотят, решила Вася. Они не посмеют меня уволить за опухшую губу.
На пятом этаже царила непривычная тишина. Вечно приоткрытые двери юристов были наглухо задраены. У окон не велись оживленные дискуссии. Молодые секретарши не дефилировали на шпильках по коридору, делая вид, что у них важное задание.
— Я к Бересту. Карпова Василиса Андреевна, — Василиса представилась единственной в этом здании секретарше за сорок. Генеральный в первую очередь ценил опыт и работоспособность, и только потом, формы приятные мужскому взору.
Женщина невозмутимо оглядела Василису и через коммутатор соединилась с директором.
— Альберт Эдуардович, Карпова Василиса ожидает приема.
— Можете проходить, — разрешила секретарша, выслушав ответ в трубку. — Альберт Эдуардович вас примет.
Василиса была в этом кабинете лишь однажды. Под новый год Берест созвал всех начальников отделов и их замов, чтобы лично сообщить о премии в связи с высокой прибылью за прошедший год. Торжественная речь завершилась бокалом шампанского и благодарственным рукопожатием каждого присутствующего. Василиса тогда не очень впечатлилась корпоративным духом, гораздо больше ее впечатлил размер премии.
Сейчас же повод был не веселый, скорее наоборот. Пообещав себе, что терпеливо снесет все претензии, которые будут высказаны в ее адрес, а свою гордость и дерзость запрячет так далеко, что еще месяц не вспомнит даже значение этих слов, она, напустив на себя виноватый вид и подметая взглядом шелковый ковер, шагнула в кабинет.
— Явилась, наконец-то! — Головин не считал нужным сбавлять свой напор даже в кабинете Генерального директора.
Стараясь не слишком задирать подбородок, Василиса прошла до середины кабинета и остановилась. Все та же стандартная обстановка делового кабинета Генерального директора успешной фирмы. Огромный стол, украшенный письменным набором из малахита, стол для совещаний. Книжные шкафы из красного дерева. Два кресла у стены справа от входа.
Немного приподняв подбородок, Василиса уставилась преданным взглядом на Береста. После ежедневных разносов у Головина ей было не страшно предстать и перед самим президентом. Она отлично научилась изображать нужную эмоцию на лице, лишь бы поскорее избавить свои уши от очередного нравоучения.
Берест напряженно восседал за столом в кожаном кресле. Начинающий лысеть, полноватый мужчина лет пятидесяти. Мешки под глазами и сероватая кожа лица выдавали бессонные ночи и тяжелые дни. Похоже, он и вправду пьет успокоительные, подумала Вася.
За столом для совещаний просторно устроились Головин, начальник юридического отдела и незнакомый Василисе мужчина. С изящной аристократической худобой, с тонкими губами. Сеточка морщин вокруг внимательных глаз натянулась, когда он с полуулыбкой посмотрел на нее. Он один в этом кабинете сидел в расслабленной позе, что-то прикрыв рукой на столе. Так это и есть страшный и ужасный Клим?
За спиной мягко хлопнула дверь, впустив еще кого-то в кабинет. Вася не стала оборачиваться, боясь показаться невежливой. Ведь все важные персоны перед ней.
— Карпова, как вы объясните столь долгий технический перерыв? — поинтересовался Берест.
За пустяковый проступок вызвали к генеральному? Вася про себя усмехнулась, тут же отдернула себя.
— Мне понадобилось в туалетную комнату.
— Десять минут? Мы были в зале десять минут! А тебя не было! И только один черт знает, сколько времени тебя не было на самом деле! — возмутился Головин.
Как же, один черт, да в этом здании каждый сантиметр находиться под неусыпным оком видеокамер, прикинула Василиса.
— Женская физиология немного отличается от мужской и бывают дни, когда нам требуется гораздо больше времени на обычное посещение дамской комнаты, — объяснила она, обводя взглядом мужчин сидевших на столом.
Головин покраснел еще больше. Берест уставился куда-то ей за спину. Юрист делал вид, что внимательно изучает рисунок ковра на полу, ну а худой мужчина поджал тонкие губы, и только еще больше проявившееся сеточка морщин у глаз говорила о том, что ему весело. Что-то знакомо звякнуло у него под ладонью. Василиса метнула быстрый взгляд на его руки. Ее колокольчик! Мужчина перекатывал в руках ее колокольчик!
— Карпова, да ты же пила кофе в кабинете у моего зама! — визгливо прокричал Головин, не сразу осознав, что сам себе роет яму, опомнившись, он тут же осекся и испуганно уставился на Береста. Директорам не очень нравиться, когда их начальники отдела не могут наладить дисциплину среди своих подчиненных.
— У меня после посещения женской комнаты немного закружилась голова и дабы не напугать клиентов своим бледным видом и возможным обмороком, я позволила себе чашку крепкого кофе для поднятия тонуса. Сергей Игоревич был так добр, что разрешил мне прийти в себя в своем кабинете, — любезным тоном объяснила она свое поведение. Василисе стала надоедать эта показательная порка. Хотелось поскорее убраться отсюда, но при этом ухитриться забрать колокольчик и не нарваться на немедленное увольнение за наглость.
— Прошу прощения, но у вас моя вещь, — мягко проговорила Василиса, подошла к столу и встала перед худым человеком. Он, не раздумывая, катнул ей колокольчик через зеркало полированного стола. Тот, весело звякнув, замолчал под ладонью девушки.
— Насколько мне известно, правила компании не рекомендуют выставлять личные вещи на рабочее место в операционном зале, — густой бархатистый голос раздался из-за спины. Василиса вздрогнула и судорожно сжала руки. Такого не может быть. Только не сейчас! Только не здесь! Главное — не оборачиваться!
— Это всего лишь рекомендация, а не твердое правило, — она стеклянным взглядом уставилась на Береста. Тот удивленно смотрел на нее в ответ.
— Значит, ты, Карпова Василиса, не считаешь нужным выполнять рекомендации компании? Возможно, ты хочешь предложить свои рекомендации или правила? — спросил ее голос.
— Альберт Эдуардович, я обязана отвечать? Мое мнение рядового сотрудника вряд ли может быть интересно вашим вип-клиентам. И к тому же в зале много простых клиентов, которые ждут своей очереди. Можно мне идти работать?