Путь служанки
– Ваше величество, – мягко продолжила она. – Вам не следует переживать. Я обязательно разыщу клеветника и наведу порядок в гареме.
Хунли на это лишь кивнул.
– Но все же, – сказал он, – ты и о своих людях не должна забывать. Эту твою Вэй Инло нужно хорошенько проучить.
Императрица, услышав недовольный тон императора, беспомощно ответила:
– Государь, вы слишком предвзяты к ней.
Терпение Хунли лопнуло:
– Так и есть! Не желаю с тобой препираться. Такие, как она, способные где угодно смуту навести, мне противны больше всего!
Императрица слабо улыбнулась и извиняющимся тоном произнесла:
– Я все поняла, обязательно прослежу за ней.
Едва Сын Неба отбыл, как во дворец Чанчунь тут же подоспела супруга Чунь с визитом. Инло уже было собралась удалиться из покоев вместе со всеми, но императрица внезапно остановила ее:
– В последние дни по дворцу гуляют кривотолки. Столько подозрений ходит, а мы с супругой Чунь всего лишь беседы ведем. Довольно этого! Инло, ты остаешься здесь!
У всех на лице отразилось удивление, а Минъюй, казалось, позеленела от зависти. Инло же кивнула:
– Разумеется, госпожа.
В покоях остались лишь они втроем. Супруга Чунь смерила Инло оценивающим взглядом, но та послушно стояла в стороне, почтительно склонив голову.
– Инло, – обратилась к ней императрица, – подними голову. Все гадают, что же мы тут такого с супругой Чунь делаем. А тебе интересно?
– Интересно, – не стала скрывать Инло.
Императрица задала следующий вопрос:
– А если между мной и супругой Чунь действительно что-то да есть, что бы ты сделала?
Сердце Инло пропустило удар, но она по-прежнему сохраняла полную невозмутимость.
– На людях буду притворяться, что ничего об этом не знаю, а на деле буду вас защищать, – ответила она.
– Но это считается обманом государя, преступлением! – изумилась императрица. – И даже в этом случае ты будешь защищать меня?
Инло была сама серьезность, она решительно ответила:
– Госпожа, вы учите меня читать и писать, вести себя во дворце. Вторую такую, как вы, во всем мире не сыскать.
Неважно, что или кого вы выбрали, покуда вам нужно, я и жизни своей ради вас не пожалею.
Ее пылкая речь тронула сердца императрицы и супруги Чунь.
– Супруга Чунь, пусть посмотрит.
Та кивнула, выудила из шкафчика принадлежности для прогревания полынью [89] и разложила их перед Инло.
– Это? – удивилась та.
Императрица с легкой тоской в голосе произнесла:
– После того как я произвела на свет второго принца, меня частенько знобит. Этой зимой недуг усилился, стало совсем невыносимо. По ночам я чувствую такую боль в костях, что не могу заснуть, и так потею, что каждый час приходится переодеваться.
– Вот почему, – подхватила разговор супруга Чунь, – ее величество и позвала меня. Чтобы я лечила ее прогреванием. Этот метод лечения запрещен во дворце, вот и пришлось делать все тайно. Не думала, что дойдет до такого…
– Да и я не думала, что слухи поползут, да еще и нелепые до крайности! – В голосе императрицы Фуча сквозил гнев. – Для женщины гарема самое важное – подарить государю наследника! Смогла бы я это сделать в таком состоянии? Что было бы, узнай кто об этом? Вот я и не стала звать лекаря, а обратилась к супруге Чунь. Инло, начиная с этого дня, вы вместе с Эрцин отвечаете за дворец Чанчунь!
– Слушаюсь, госпожа, – решительно ответила Инло.
Глава 50
Поиски
Хайланьча протянул учетную книгу.
– Барышня Инло, – спросил он, – а зачем тебе список дежуривших десятого числа первого месяца?
– Надо.
Инло открыла и внимательно изучала список. В тот день в карауле стояли стражники: Тунцзя Юйцин, Сочоло Фукан, Хэшэри Лиго, Фуча Фухэн, Солунь Будолар Хайланьча, Нюхуру Чжаофэн.
– А зачем? – озадаченно переспросил Хайланьча.
– Раз надо, значит, надо, – отбрила его девушка.
Только она собралась перевернуть страницу, как чья-то рука остановила ее. Это был Фуча Фухэн.
– Хайланьча, мне нужно поговорить кое о чем с Инло, – обратился он к товарищу.
Хайланьча мигом все смекнул:
– Ладно, хорошо. Я пошел. А вы общайтесь тут.
Фухэн, казалось, не собирался убирать руку с книги.
– Молодой господин, зачем вы так? – хмуро спросила Инло.
Фухэн закрыл книгу:
– Затем, что это бесполезно. Десятого числа первого месяца, кроме императора и стражников, во дворце было много других мужчин. Государь тогда созвал членов клана на пиршество. Тогда собрались и великие князья, и князья бэйлэ [90], и князья бэйцзы [91], и остальные почетные родичи.
– Родичи, значит, императорские, – задумчиво сказала Инло.
Фухэн посмотрел на нее:
– Инло, если, как ты говоришь, Амань была убита, то ее убийца явно не захочет огласки. Не стоит тебе и дальше в это лезть. Круг подозреваемых слишком широк, тебе жизни не хватит всех проверить. Кроме того, если ты найдешь виновника, то сама окажешься под ударом.
Инло посмотрела на Фухэна и со всей серьезностью спросила:
– Спасибо вам, молодой господин, за ваш совет. А вот если бы дело касалось ее величества, то как бы вы поступили на моем месте?
Фухэн не нашелся с ответом.
Инло улыбнулась:
– Подумайте, каково мне. Вы очень привязаны к своей старшей сестре, почему вы решили, что у меня иначе? Я обязана докопаться до правды. Говорите мне прекратить? Не бывать этому, пока я дышу.
В тот миг Фухэн не нашел, что сказать. Что было бы, окажись он на месте Инло? У него есть старшая сестра, у нее – больше нет. Если он не в силах остановить Инло, ему нужно ей помочь. Выбрав, как поступить, Фухэн задал вопрос:
– И что ты намерена делать?
У Инло уже был готов план.
– Пиршество было во дворце Цяньцин, а значит, никто не мог отлучиться незамеченным, – со всей уверенностью начала излагать она. – Евнухи, служившие там, и ближайшие слуги государя могут помнить это событие. При должном терпении расследование обязательно приведет меня к убийце!
– С евнухами, служившими во дворце Цяньцин, я тебе помогу. Только пообещай мне не действовать очертя голову!
Инло удивилась.
– Молодой господин, а вам зачем на свою голову неприятностей искать?
– Если не дашь слово, попрошу сестру тотчас отослать тебя из дворца!
Взгляд Инло потеплел:
– Обещаю вам.
Пусть у нее и был предлог в виде распоряжения императрицы, служанкам не пристало находиться в компании стражников сверх положенного. Инло поспешила во дворец Чанчунь и уже там узнала от Минъюй о приходе его величества.
Инло не знала, зачем он пожаловал, во дворце Чанчунь в слугах недостатка не было, а она, похоже, сильно раздражала императора. Потому девушка решила удалиться в свою комнату, чтобы лишний раз не беспокоить Сына Неба.
Евнухи внесли небольшой столик с различными блюдами в опочивальню императрицы.
– Государь, – заботливо произнесла Фуча, – вы целыми днями трудитесь, наверняка проголодались. Отведайте чего-нибудь.
И она протянула Хунли чашу со свежим супом.
Хунли мягко ответил:
– Тогда и ты поешь со мной.
Императрица слегка изумилась и напомнила ему о приличиях:
– Ваше величество, негоже женам и наложницам делить пищу с государем за одним столом. Так завещали наши предки.
