Путь служанки

– А ты чего так разнервничался? – подтрунивал над ним приятель. – Неужто чей-то подарок? На вид, конечно, так себе, но продумано очень тщательно. Гляжу, ты так взволнован, значит, не мужчина его дарил. Неужели какая из служанок позаботилась?
– Нет! – начал отрицать все Фуча Фухэн.
– Нет? – Лицо Хайланьча тут же озарила озорная улыбка. – Если это подарок от девушки, я не посмею его забрать. А если нет, то мы с тобой товарищи и братья, все мое – твое, все твое – мое. Я не побрезгую воспользоваться этой штук… А-А-А-А-А!
Его лицо исказила гримаса боли. Здоровый, крепкий мужчина рухнул на землю. Еще недавно он кричал о том, как замерз, а теперь изо всех сил прижимался грудью к холодному снегу, но и этого было мало – он зачерпывал снег себе за пазуху, куда только что положил свиной пузырь.
– Хайланьча! Хайланьча! Что с тобой? – Фуча Фухэн присел возле него. Увидев, что случилось, он сначала удивился, а потом разозлился. – Как же так…
– Вэй Инло!
– Что такое?
– Стражник Фуча ожидает тебя возле колодца на задней части дворца, – сообщила служанка.
«Неужели так быстро?»
Вэй Инло изумленно кивнула:
– Спасибо тебе! Уже бегу!
Утром они расстались возле этого колодца, а теперь встречаются вновь возле него же.
По-прежнему лежал снег, на ней было надето все то же красное платье. Вот только настроение сильно поменялось.
Фуча Фухэн схватил ее за руку:
– За что ты меня так сильно ненавидишь, что решила убить?
Вэй Инло подняла голову и посмотрела на него, изобразив искреннее удивление:
– Молодой господин, вы о чем?
– О том свином пузыре! – Фуча Фухэн понизил голос, в его глазах, помимо ярости, сверкнуло еще и разочарование. – Он лопнул.
В следующее мгновение он почувствовал, как что-то теплое пробралось к его груди.
То была нежная девичья рука.
Почти весь гнев, рокочущий у него внутри, испарился от этого легкого прикосновения. Фухэн дернулся и, словно под ударами меча, отступал все дальше и дальше, пока не уперся в стенку колодца, чей холодный камень вмиг привел его в чувство.
– Что ты творишь?
– Как же он мог лопнуть? – Вэй Инло прижалась к нему, положив обе руки ему на грудь. – Дайте я посмотрю, не пострадали ли вы?
Она так стремительно к нему подлетела, что они оба чуть не свалились в колодец.
Юноша пояснил:
– Не я. Мой лучший друг Хайланьча сильно обжегся.
Вэй Инло замерла, медленно опустила голову, пряча лицо, и лишь тихонько прошептала:
– Я рада, что вы не пострадали. Это я поторопилась. Мне так не терпелось отдать вам подарок, что не завязала как следует тот пузырь. Ваш друг… с ним… с ним все в порядке?
– Жить будет. Но ожог у него неслабый. – Фуча Фухэн ненадолго замолчал, с подозрением глядя на нее. – Ты в самом деле не нарочно это сделала?
Вэй Инло медленно подняла голову. Падающие снежинки таяли на ее коже. Горячее дыхание касалось лица юноши, отчего его щеки невольно заалели. Даже без ее объяснений он был готов ей поверить.
– Молодой господин, вы правда не пострадали? – Она плавно подняла руку и легонько коснулась его щеки. – У вас все лицо красное. Вы не обожглись?
Фуча Фухэн быстро перехватил ее кисть, пресекая неподобающее поведение:
– Правда, все в порядке…
– Но ваше лицо такое красное, – взгляд Вэй Инло переместился на его руку, – и руки горячие.
Фуча Фухэн резко отпустил ее, как будто и в самом деле обжегся. Пристыженный, он развернулся и собрался уйти.
Позади него раздался звонкий, точно птичья трель, девичий смех:
– Молодой господин, летом можно наполнить пузырь кусочками льда, тогда он будет охлаждать. Я обязательно сделаю вам еще один летом!
У молодого человека не хватило смелости повернуться и ответить ей. Он убежал так быстро, как только мог. Когда он добрался до покоев стражников, лекарь уже закончил менять повязки его приятелю.
 
– Ах, ну почему моя судьба так тяжела? – вовсю причитал Хайланьча, лежа на кровати. – Враг на поле боя не тронул, зато чуть не убила грелка.
– Это у доброго человека век недолог, а злодеи наслаждаются жизнью. Не бойся, не помрешь. – Фуча Фухэн проводил лекаря и, присев на скамейку рядом, участливо поинтересовался: – Что сказал лекарь? Это серьезно? Тебе нужен отгул?
– Дай мне десять дней отдыха, чтобы я не выходил в эту чертову погоду, – бесцеремонно заявил Хайланьча, и видя, что Фуча Фухэн согласился, совсем расслабился и стал шутить: – Раз уж я пострадал из-за тебя, то как насчет того, чтобы рассказать мне немного о твоей возлюбленной?
Хайланьча не в первый раз отпускал подобные шутки, но сегодня Фуча среагировал слишком остро, на лице его промелькнула тревога. Немного поколебавшись, он ответил:
– Да какая еще возлюбленная?
Хайланьча смекнул, что попал в точку, и, позабыв про собственные раны, подскочил на кровати:
– Фухэн, хоть эта штука и лопнула, но справедливости ради скажу! Со свиным пузырем много возни, да еще и веревкой его перевязывать – тут ночи две нужно не спать. Она ради тебя так старалась. Если это не тайная любовь, то что же еще?
От этих слов Фуча Фухэн внезапно пришел в себя:
– Это так хлопотно?
– А как же иначе? – Хайланьча похлопал его по плечу и весело хохотнул: – Держу пари, ты очень приглянулся этой барышне с пузырем. А что насчет тебя? Ты ее любишь? Что тебе в ней нравится?
«Что нравится?»
Воспоминания потоком захлестнули его.
Вот ее платье, которое будто окрашивало в алый снег вокруг.
Вот ее улыбка, вмиг разогнавшая холодные ветра в его сердце.
А вот его рука обхватила ее нежную ручку.
– Эй! Я кого спрашиваю? – подергал его Хайланьча. – Так что именно?
«Всё».
– Да заткнись ты! – Фуча Фухэн внезапно рассердился, только вот на кого: на себя или товарища, – ему и самому было невдомек.
– Эй, не уходи! Вернись! Да вернись же ты! Я же пошутил! Зачем так злиться? – Хайланьча орал что есть мочи прямо ему в спину, но Фухэн не остановился.
Хайланьча все понял и со все той же проказливой улыбкой крикнул еще раз:
– На улице холодно! Когда твоя барышня сделает еще один такой пузырь, не забудь поделиться с товарищами!
  
Глава 39
 
Верная помощница
 
– Ты снова убираешь снег? – спросила императрица.
Вернувшись во дворец Чанчунь, Вэй Инло сразу отправилась к императрице.
– Я уже говорила, что тебе нет больше нужды этим заниматься. Оставь это Чжэньчжу и остальным. Если нечего делать, побольше учись или же приходи ко мне растирать тушь или разбираться с прочими делами.
Императрица в самом деле вознамерилась воспитать из нее свою верную помощницу. Она заставила девушку учиться читать и писать, разбираться в сути вещей и даже обсуждала с ней дела с запасами из кладовых Дворцового управления.
Вэй Инло затрепетала, услышав это. Ее терзало беспокойство, не слишком ли высоко и стремительно она поднимается по службе? Но, кроме того, ее трогало доверие, оказанное ей императрицей, и она решила, в свою очередь, тоже быть с ней предельно откровенной.
– Глаза устали. На этом пока закончу. – Спустя четыре часа императрица отложила кисть, на лице ее отразилась усталость.
Вэй Инло вмиг оказалась рядом и начала нежно массировать ей виски:
– Ваше величество, отдохните, а я составлю вам компанию в беседе.
– Хорошо. – Императрица прикрыла глаза.
– Кстати, приходил лекарь, сказал, что у старшей наложницы Юй в последние дни беспокойный сон, она совсем изможденная, такая худая, что совсем на себя перестала быть похожа. Он говорит, это от душевных терзаний.
– Клин клином вышибают, – поразмыслив, выдала Вэй Инло, – от душевных терзаний не помогут обычные снадобья.