Что известно реке (ЛП)

Абдулла сидел с противоположной от меня стороны, на его лице сияла приветливая улыбка.
— Ваш отец был прекрасным рассказчиком. Он умел рассмешить людей. Разве это не прекрасно? А, я вижу, вы допили чай. Хотите еще? — он говорил быстро, дико жестикулируя руками. Я смущенно кивнула, и он, обогнув меня, развязал дядин галстук на шее и протянул его, чтобы я могла видеть.
— Моя любимая магия.
— Что это? — я видела, как дядя Рикардо уже носил это галстук раньше, его расцветка была неожиданно стильной. Это была Шотландская клетка в насыщенных красных и зеленых тонах.
Абдулла жестом попросил меня поднять пустую кружку. Я так и сделала и с изумлением наблюдала, как он оборачивает вокруг нее галстук. Горячая вода наполнила кружку, пар повалил в лицо.
— Это необыкновенно, — сказала я.
Карим подбежал с пакетиком чая, и я поблагодарила его. Губы дяди подергивались от улыбки, когда Абдулла выжимал из галстука остатки воды, пытаясь ни на кого не попасть. Когда он вернул его дяде, ткань галстука была совершенно сухой. Дядя повязал его обратно на шею.
— В ящике у штаба вы найдете еще много магических штучек, — сказал Абдулла. — Полезные вещи для раскопок и исследований. Не стесняйтесь, покопайтесь в нем.
— О, да, я так и поступлю. Спасибо, мне не терпится начать работать.
— Вы бы хотели копать вместе с остальными? — спросил Абдулла с лукавой улыбкой.
Дядя посмотрел на меня.
— Это тяжелая работа, Инез. Я занимаюсь этим уже более десяти лет, и легче она не становится.
— Это не то же самое, — начала я. — Но мне всегда нравилось что-то искать, дядя. Боюсь, я слишком похожа на своих родителей и на тебя, раз уж на то пошло. Если ты научишь меня вести раскопки, я уверена, что смогу заниматься этим как следует.
Дядя покачал головой.
— Я бы предпочел, чтобы ты делала наброски и рисовала то, что умеешь.
Вместо ответа я продолжила потягивать чай. Он мог указывать мне, чем заниматься днем, но не имел права указывать, чем заниматься ночью. Я вспомнила тот сумасшедший эпизод на дахабие, когда увидела, как он запихивает мамин дневник в сундук. Что еще из ее вещей он прятал? Я хотела знать все, что он от меня скрывает.
Я хотела узнать о загадочных вратах.
Но сначала мне необходим был рычаг воздействия.
***
Я осторожно вышла в ночь, мои глаза медленно привыкали к темноте, и я нашла небольшую тропинку, ведущую к Киоску Траяна. Нил омывал скалистый берег острова, и накатывающие волны успокаивали мое трепещущие сердце. Я взяла кое-что из родительских вещей: спички со свечей, папин нож, флягу с водой, альбом для набросков и угольные карандаши. Ночь обволакивала мою кожу, и я мечтала о зачарованной дядиной сандалии. С ней ориентироваться в пространстве было бы гораздо проще.
Насколько я могла разобрать, тропинка позади меня оставалась пустой. Пробираясь по песку, я насколько могла быстро и тихо добралась до Ложа Фараона. Магический зов ожил и зарычал столь же яростно, как благородный лев. Я шагнула вперед, волосы на моей шее встали дыбом, а по рукам побежали мурашки. Колени дрожали, когда я обернулась, ожидая увидеть кого-то позади.
Но я столкнулась только с песком.
Еще пару секунд я оставалась неподвижной прежде, чем вернуться к Киоску. Но ощущение чужого наблюдения не давало мне покоя, и мои руки била мелкая дрожь, когда я шагнула внутрь.
Только тогда я чиркнула спичкой и зажгла свечу. Маленький огонек едва освещал огромное величественное пространство. В верхней части строения были видны колонны, достигающие в высоту трех и более этажей, а в нижней части были стены, покрытые барельефами. Я подошла ближе, разглядывая каждый вырезанный участок, в поисках любых следов богини Исиды. Магия пульсировала в такт биения моего собственного сердца.
— Нашла что-нибудь интересное?
Я подскочила, каким-то невероятным образом заглушив визг, вырвавшийся из моего рта.
— Уит! Por el amor de Dios!69
Как обычно, он стоял у входа, скрестив лодыжки. Он смотрел на меня в ошеломленном оцепенении.
 
— Я не могу придумать ни одной причины, по которой ты была бы вынуждена выбраться из постели в такой час, Оливера. Может быть, ты заблудилась? — я уставилась на него. — Нет? Трудно поверить.
— Мне кажется, мой дядя не подразумевал, чтобы ты караулил меня денно и нощно.
— Это было бы, безусловно, весьма скандально, — сказал он, едва улыбаясь.
— Я думала, ты сердишься на меня.
— Мне слишком все равно, чтобы зацикливаться на этом или чем-то еще, — бросил он в ответ. — А теперь, почему бы тебе не рассказать мне, что ты здесь забыла?
Боже, какой же он лжец. Я видела блеск ярости в его глазах прежде, чем он пошел прочь; я видела резкую, напряженную линию его челюсти, когда он сжимал зубы. Он что-то чувствовал, даже если отказывался это признавать.
— Неужели я в смертельной опасности?
Он прищурился.
— Я все еще пытаюсь понять представляешь ли ты опасность для самой себя.
— Как грубо.
— Я повторю. Что ты здесь делаешь?
— Я исследую пространство без надзора дяди, — я взяла в руки альбом. — Разве ты не слышал? Мое время здесь крайне ограничено. Я подумала, что могла бы нарисовать внутреннее убранство.
Он наклонился вперед, смеясь.
— Тсссссссс, ты всех разбудишь!
Уит подавил смех и сделал шаг внутрь.
— Боже правый, какая же ты ужасная лгунья.
Я напряглась.
— Это не так.
Его губы дрогнули.
— Хочешь сказать, ты не чувствуешь, как магия взывает к тебе? Ты не пытаешься отследить связь?
Я с отвращением отвернулась. Лгать было бессмысленно.
— Конечно, пытаюсь.
Я ждала, что он потащит меня прочь от Киоска Траяна, рявкнет, чтобы я шла спать, но он ничего такого не сделал. Он просто прошел вперед и устроился в углу, вытянув перед собой свои длинные ноги.
— Тебе не обязательно оставаться здесь, — произнесла я через минуту.
— Неужели? — я взглянула на него и его лицо смягчилось. — Я прослежу, чтобы тебе никто не мешал.
— Ты не заставишь меня уйти?
— Я пытаюсь заставить тебя уйти с того момента, как впервые встретил тебя, — Уит пожал плечами. — Я уже понял, что все попытки будут тщетны.
— А ты не знаешь, что именно я должна искать?
Он улыбнулся.
— Я сказал, что буду охранять тебя, но не сказал, что буду помогать, Оливера. Твой дядя этого не оценит. В конце концов, мне отдали приказ.
В его словах послышался намек на гнев. Достаточно, чтобы я посмотрела на него. Его лицо как обычно было очаровательным: мимические морщинки у рта, голубые глаза с морщинками в уголках. Единственное, что выдавало его недовольство — стиснутая челюсть.
— С моей стороны было несправедливо предположить—
— Что у меня нет своей головы на плечах? — спросил он, и на этот раз он позволил себе сердиться в открытую. — Что я не могу принимать решения самостоятельно, независимо от того, что мне сказали делать?
— Да. Мне очень жаль, — я сделала паузу. — Итак, ты был уволен с позором. Хочешь поговорить об этом?
Он выглядел слегка раздраженным.
— Ни в коем случае.
Я отвернулась и продолжила изучать стены.
— Значит, твой план состоит в том, чтобы просто сидеть и наблюдать за мной… Подождите-ка, — магия взметнулась, отчего у меня свело живот.
Я внимательнее осмотрела стену, но не нашла ничего примечательно, а затем я перевела взгляд на пол. Часть пола была покрыта мелкими камешками и песком. Но было что-то еще, нечто, взывающее к магии, что теплилась внутри меня. Я опустилась на колени, исходящий от зажженной свечи жар и нервозность заставили мою кожу покрыться испариной, вопреки прохладе ночи. Я осторожно провела пальцами по камню, сдвигая все, что попадалось на пути, пытаясь что-то нащупать, что, как я знала, должно было находиться здесь, даже если я не знала, что именно я ищу.
Мои пальцы прошлись по неровному камню. Я двигала песок и гальку, пока не обнаружила маленький картуш с надписью Исида. Я вся затрепетала, обнаружив это. Это было пьянящее чувство, которое я желала испытывать раз за разом.