Что известно реке (ЛП)

У сэра Ивлина был готовый шпион.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Дядя Рикардо медленно откинулся на мягкую спинку своего стула, не сводя с меня взгляда. Меня поразило, что мне удалось полностью привлечь его внимание, и вообще удивить его. Мои родители проводили с ним каждую свободную минуту, и я слышала все эти истории. О его неукротимом нраве, о его железной трудовой этике, о его любви к Египту. Профессионализм был в каждом его вздохе.
В моем мире он был легендой и это меня возмущало.
Именно он заманил маму и папу за океан, словно настойчивая и проблематичная сирена. Но, встретившись с ним лично, я наконец поняла, по какой причине мои родители поддерживали его финансово и помогали во всех его экспедициях.
Мой дядя внушал преданность.
— Ты веришь, что я ищу Клеопатру, — дядя оценивал выражение моего лица, пытаясь распознать любые признаки слабости. Возможно, он решил, что я лукавлю. — С чего ты решила?
— Давай обменяемся информацией, — сказала я. — Ты задаешь вопрос, я отвечаю и наоборот. По-моему, это более, чем справедливо. Согласен?
— Я твой опекун, — мягко напомнил мне дядя Рикардо. — Я ничего тебе не должен, кроме заботы о твоем благополучии.
Злость красным застилала мои глаза.
— Ты ошибаешься. Ты должен гораздо больше, и ты это знаешь. Здесь—
— О, спасибо Господи, — произнес мистер Хейс, подходя к столу и буквально перебивая меня. Я нахмурилась, но это оставили без внимания. — Я умираю от голода, — сказал он, с довольным вздохом опустившись на место и обратившись к моему дяде. — Ты был прав.
Дядя воспринял эти новости, не дрогнув ни одним мускулом.
— Действительно? Любопытно.
— Ну, ты можешь так считать, — ответил Хейс. — Но это означает лишь то, что у меня станет больше работы, — затем он ткнул вилкой в мою сторону. — Что она все еще здесь делает?
Я вздрогнула.
— Она сидит прямо здесь и в состоянии за себя отвечать.
— Я не мог отправить ее обратно без ужина, — ответил дядя Рикардо. — Инез считает, что я ищу гробницу последнего фараона Египта.
Хейс склонил голову в мою сторону. Прядь волос упала ему на лоб.
— Это так?
— Давайте оставим всякое притворство, — сказала я. — Я презираю это даже больше лжи. Я владею необходимой тебе информацией, дядя. И я с радостью поделюсь ею с тобой, если ты ответишь на пару моих вопросов.
Взгляд Хейса метнулся к моему дяде.
— Согласен, — произнес дядя Рикардо.
Наконец хоть какой-то прогресс.
Я достала из сумочки перьевую ручку. Она всегда была при мне. Золотое кольцо, возможно, и было украдено, но у меня были месяцы для его досконального изучения. В моей памяти сохранилась каждая линия, каждый иероглиф. Я могла нарисовать его за несколько секунд: отдыхающий лев, сокол с пером, посох и кольцо шен, окружающие символы, обеспечивающие вечную защиту тому, кто на нем упомянут. Моя салфетка стала подходящим холстом, я развернула ее на коленях и положила на стол. Я быстро набросала символы, нанесенные на украшение возрастом более тысячи лет. Затем я передвинула полотно к дяде.
Они оба изучали картуш и, как один, очень медленно подняли взгляды на меня. Дядя Рикардо был безмолвно впечатлен, его брови практически достигли линии роста волос, а мистер Хейс сидел хмурый, пока не послышалась тихая усмешка, озарившая его лицо. В уголках его голубых глаз залегли морщинки, когда он улыбнулся.
— Будь я проклят, — мистер Хейс сделал глоток из своей фляжки. Глаз моего дяди дернулся.
Я придвинула корзинку с хлебом ближе к мистеру Хейсу.
— Закусите.
Уголки его губ глубоко запали, словно он сильно старался не рассмеяться. Я перевела взгляд обратно на дядю.
— Где ты видела это кольцо? — изумленным тоном спросил дядя Рикардо.
— Вы готовы ответить на мои вопросы? — спросила я.
 
Дядя Рикардо протянул руку вперед и коснулся моего плеча. Его большой палец уперся мне в кожу, и, хотя больно не было, было тревожно. Его глаза горели лихорадочным блеском. Он дернул меня, притягивая ближе.
– ¿Dónde?38
Мистер Хейс мгновенно протрезвел, опустив глаза на руку дяди. Моя догадка подтвердилась. Кольцо имело большое значение, возможно, его хозяйкой действительно была сама Клеопатра. И вместо того, чтобы отдать его дяде Рикардо, папа отправил его мне.
И никто здесь об этом не знал.
Мистер Хейс пнул ножку стула, на котором сидел дядя, и тот заморгал, покачивая головой, словно медленно пробуждаясь ото сна. Он ослабил хватку. Мне хотелось вырваться, но я оставалась неподвижна, размышляя о следующем шаге. Я не хотела подставлять папу, но как я могу требовать откровенности от дяди, если сама буду лгать.
— Ваш отец показывал изображение этого кольца, когда был в Аргентине? — спросил мистер Хейс после затянувшейся минуты молчания, не отрывая взгляда от руки моего дяди.
Я подняла подбородок, приняв решение.
— Несколько месяцев назад папа прислал мне посылку. Внутри находился единственный предмет, — я постучала пальцем по салфетке. — Это золотое кольцо.
Ни один никак не реагировал, томительно ожидая продолжения.
— Я не верю в совпадения, — глубоко вздохнув, я продолжила свой рассказ. — Моя тетя как-то раз упомянул Клеопатру, когда еще думала, что мои родители живы. Она намекнула мне, что ты ее искал, дядя. По прибытию в Египет я выяснила, что кольцо имеет непосредственное отношение к самой царице Нила, — я выжидательно подняла брови. — Так?
— Где кольцо? — спросил дядя Рикардо. Он отпустил меня и откинулся в кресле.
Я не торопилась отвечать, ждала, пока он предоставит мне больше информации.
— Вы нашли гробницу Клеопатры?
Дядя закатил глаза.
— Конечно, нет. Артефакты раскиданы по всей пустыне. Расхитители гробниц оказали нам всем медвежью услугу, расстащив найденные богатства, — он выплюнул это слово. — по базарам. Мне лично попадались предметы, принадлежащие некогда знатным семьям, за пределами их последнего пристанища, — тут голос моего дяди повысился почти до крика. — Твоему отцу не следовало вывозить его из Египта, тем более доверять почтовой службе. Что бы случилось, потеряйся посылка в море?
Это был хороший вопрос. Поведение папы было настолько ему несвойственным, что озадачивало. Я могла только заключить, что, по его мнению, он имел очень веские причины.
— Но этого не произошло, — быстро ответила я. — Как думаешь, где он нашел кольцо?
— Да где угодно. В любой другой гробнице, завалявшееся под горшком. Он мог купить эту чертову безделицу в Хан эль-Халили, насколько нам известно, — неопределенно сказал он. — Только богу известно, в каких количествах на базар поставляются ворованные артефакты.
Я почувствовала удары сердца в собственном горле. Если он приобрел кольцо на базаре, то должны были остаться следы. Кто-то видел папу, кто-то мог запомнить его.
— Достаточно вопросов, — продолжил дядя Рикардо. — Кайо должен был отдать кольцо мне, и, если не возражаешь, я хотел бы получить его. Это может быть ключом.
— Ключом? — повторила я, поднимаясь в своем мягком стуле. — От чего?
— Ты не часть команды, querida, — напомнил мне дядя.
— Я могла бы ею стать, с твоего позволения, — возразила я. — Я изучала книги, которые привозили родители. Я неплохо знакома с историей Египта и разбираюсь в иероглифах. Жара меня не волнует, как песок и грязь. Я проделала весь этот путь в одиночестве—
— Хотя я невероятно горжусь твоими достижениями, — начал дядя. — Моего ответа это не изменит. Мне нужно, чтобы ты доверилась мне, Инез.
— Но—
— Я устал от этого, — прикрикнул он. — Отдай кольцо.
Я старалась не показывать своего разочарования. Любая эмоция могла бы стать последним пределом перед истерикой или чем-то столь же нелепым.
— Я тоже устала, дядя. У меня так много вопросов. Как мои родители оказались в пустыне? Где был ты, когда они нуждались в тебе? Почему отец прислал кольцо именно мне? И я хочу знать, почему оно является ключом в поисках гробницы Клеопатры. Я буду спрашивать до тех пор, пока не получу всю необходимую информацию.