Ножи Императора (ЛП)

- Перестань болтать и продолжай бой, или я... 
Голос Марка внезапно стал холодным как лед, поскольку он проигнорировал предупреждение ланисты, не отводя взгляда от своего противника.
- Уйди с песка, Саннитус, или я прирежу тебя рядом с этим куском дерьма.
Юлиан бросил один взгляд на лицо римлянина и сделал шаг назад, поглядывая на дверь. Он резко остановился, когда дверь открылась у него перед носом,  в образовавшуюся щель протиснулась массивная фигура с мечом в каждой руке.
- Никто не уйдет отсюда. Пока этот бой не закончится.
Клеандр посмотрел на него с блаженной улыбкой, от которой у Юлиана кровь застыла в жилах.
- А, вот и ты, старина! Это зрелище, которое заставит человека гордиться тем, что он гражданин этого великого города. Приветствую тебя, чемпион, и добро пожаловать на поединок крови в честь императора!  Кажется, ты пришел как раз вовремя... 
Крупный мужчина кивнул ему, а затем обратил свое внимание на песок.
- Саннитус.
Ланиста все еще смотрел на него, словно не в силах поверить своим глазам, когда его бывший заклятый враг прошел вперед, протиснувшись мимо собравшихся прокураторов, как будто их там и не было.
- Фламма … Кого, кого, а уж тебя я никогда не ожидал снова увидеть в этом лудусе. 
Здоровяк пожал плечами.
- Иногда мужчина не может игнорировать то, что он должен сделать. Даже если мне удавалось закрывать на это глаза последние несколько лет.
Он обратил свое внимание на двух мужчин, пригнувшихся в своих боевых стойках.
- Ну что, юный Марк, сколько еще ты собираешься играться с этим придурком?  Разве я не говорил тебе, что ты  всегда получишь работу, как только найдешь вакансию?
Мортиферум покачал головой, его брови недоверчиво приподнялись.
- Пошел ты на хер, старик, кем бы ты себя ни возомнил! Сейчас я закончу этот кровавый поединок! Я собираюсь разрезать этого выскочку на ... 
Он отшатнулся назад, когда Марк бросился в яростную атаку, отчаянно защищаясь, в то время как римлянин безжалостно оттеснял его с силой, порожденной яростью, которая запульсировала в нем с новой силой. Ярость, которая тлела в нем все годы изгнания, внезапно вырвалась наружу, ужасающе свободной, бездумной, не задающей вопросов, жаждущей крови человека, который убил его семью.
- Мои сестры были изнасилованы и убиты и брошены на съедение воронам на мусорной свалке! 
Он прорвался сквозь расшатанную защиту Мортиферума, но вместо того, чтобы использовать свои клинки против противника, он развернулся со скоростью нападающей змеи, ударив гладиатора острием локтя в лицо и отбросив его назад.
- Моя мать истекла кровью от рук людей, которые называли моего отца своим другом, пока ты не сделал за них грязную работу! 
Мортиферум пришел в себя, но удар потряс его рассудок, и мечи Марка на мгновение оказались слишком быстрыми, чтобы он мог парировать удар. Он рубанул по руке гладиатора, державшей меч, и Юлиан вскрикнул от ужаса, когда три пальца его чемпиона-гладиатора упали на песок. Велокс  двинулся было вперед, но обнаружил, что смотрит на лезвие одного из мечей Фламмы, внимание здоровяка было приковано к бою, но острие меча было непоколебимо направлено ему в горло.
- Еще один шаг ... -   Он обвел взглядом людей, выстроившихся вдоль задней стены, его лицо исказилось от презрения.  -  Любой из вас, кто хочет умереть сейчас .. давайте, подходите ко мне!
 
Застыв на месте от угрозы, чемпион-гладиатор в ужасе наблюдал, как его брат, неспособный удержать меч в искалеченной руке, попытался метнуть его в своего мучителя. Клинок просто бесполезно упал на землю, и Марк оттолкнул его ногой, приближаясь к своему поверженному врагу.
- Мой брат был продан в рабство! 
Он отбил оставшийся клинок одним мечом, затем вонзил другой в бедро своего противника, пронзив им мышцы  конечность и выйдя между подколенных сухожилий, вместе с тонкой струйкой крови, которая стекала на белый песок.  Мортиферум недоверчиво уставился в лицо Марка ввалившимися глазами, и римлянин наклонился ближе, что-то шепча ему на ухо, пока крутил клинок, исторгая у гладиатора стон агонии.
- Моего отца пытали, пока он не признался в государственной измене, которой никогда не совершал. Но он так и не выдал секрета о том, куда отправил меня, чтобы спасти от тебя и твоих подонков.
Вытащив меч из ноги Мортиферума, он выбил опору другой ноги пошатнувшегося гладиатора, и ударом другого клинка повалил его на песок, затем ткнул острием своего оружия в ямочку на его обнаженной груди.
- И меня зовут не Корв!   Меня зовут Марк! 
Он оперся на клинок, вонзая первый дюйм металла в грудь своего беспомощного противника. Мортиферум напрягся, сопротивляясь проникновению холодного железа.
- Валерий! 
Медленно, но верно Марк вонзал лезвие меча глубже, пока оно не пронзило сердце его противника, выкрикивая последнее слово, которое вряд ли уже  услышал обреченный гладиатор.
- Аквила! 
Гладиатор напрягся, его глаза закатились, его спина выгнулась дугой, когда Марк вонзил меч в его тело  и он потерял сознание Марк мгновение смотрел на труп мертвеца, прежде чем снова повернуться лицом к уставившимся на него мужчинам, выронив второй меч.
- Моя месть свершилась.
- Нет. Это не  он... 
Велокс шагнул вперед, свирепо глядя на Фламму, словно провоцируя его пустить в ход мечи, которые все еще были направлены на него. Его голос был полон ненависти, а взгляд полон угрозы, когда Марк повернулся к нему лицом.
- Ты убил не того человека, Марк Валерий Аквила.
Марк покачал головой.
- Мортиферум был последним из Ножей Императора, людей, которые уничтожили мою семью. Я отомстил ... 
Велокс покачал головой, его лицо исказила дикая, обезумевшая ухмылка.
- Да. Ты отомстил. Брату человека, который совершил деяния, которые ты только что описал. А Монтиферум в тот день не был там.
Клеандр встал, его голос прозвучал деловито, когда он посмотрел через песок на забрызганный кровью труп Мортиферума.
- Это правда. Я распорядился, чтобы все записи о ликвидации твоей семьи были извлечены из личных записей Перенниса, после того как твое возвращение с украденным золотом побудило императора вонзить острие копья в кишки преторианского префекта и приказать убить его обоих сыновей до того, как они смогли бы мобилизовать свои легионы. Похоже, что в ту ночь, о которой идет речь,  Мортиферум был несколько озабочена более чем обычно стройным мальчиком.  Он убедил своего брата занять его место, и, надо сказать, дублер, похоже, выполнял свои обязанности с похвальной энергией.