Сила одиночки (СИ)

— В рот мне ноги, вы ещё тут поплачьте, сосунки! — кто-то в крайне пренебрежительной манере пытается то ли пристыдить упавших духом товарищей, то ли показать собственную крутость. — Один раз мы им уже надавали по соплям, наваляем и ещё!
— Слышь, олухи, мы будем читать дальше или нет?! Если не хотите узнать кто кого порешил, то я ложусь спать! Мне через два часа на вахту заступать, а приходится с вами нянчится! — чтец, явно имеющий авторитет в коллективе, находит действенный способ пресечь вспыхнувшие шумные препирательства.
Искреннее желание выступить с пламенной мотивационной речью перед рядовым составом разбивается о поступившее на коммуникатор сообщение с отчаянной просьбой Антона поскорее вернуться в лабораторию. С твёрдым обещанием самому себе: «в следующий раз обязательно!», ускоряю шаг, надо же выяснить, что у помощника за пожар.
  
Глава 5
 
Едва я уселся на своё рабочее место, довольный, что никто больше не пялится нагло на мой невинный зад, как вдруг ясно понял, что нам с Мишель нужно в срочном порядке обсудить одно щекотливое дело, способное в дальней перспективе создать массу нежелательных проблем. А поскольку бегать за ней по кораблю будет не только крайне непродуктивно, но и неразумно с точки зрения конспирации, решаю воспользоваться благами современных технологий.
— Товарищ Скоробогатова, зайдите, пожалуйста, в инженерную лабораторию! Это очень срочно! — с оглядкой на общество Антона отправляю через коммуникатор максимально официальное голосовое сообщение.
Минут через десять дверь открывается, и на пороге возникает блистательная инструкторша. Небрежно закинув косу за спину, быстро обегает профессиональным взглядом моё подшефное хозяйство и нейтральным голосом интересуется:
— И зачем вы хотели меня видеть?
— Антон, тебя не затруднит оставить нас одних на несколько минут? — обращаюсь к помощнику, с удивлением отмечая, что при виде Мишель на него напал самый настоящий столбняк: замер на стуле с открытым ртом и протянутыми к компьютеру руками, и даже не шевелится.
Мальчик пал жертвой её красоты или действительно верит всем идиотским слухам? — одариваю его крайне скептическим взглядом.
— Антон!
— Да-да, конечно, Дмитрий Александрович!
Мой помощник стремительно соскакивает со стула и, обогнув инструкторшу по максимально широкой дуге, пулей вылетает из лаборатории, успев по дороге не только опрокинуть ящик с запчастями, но и со всей силой врезаться в угол промышленного 3D-сканера.
— Что это с ним? — крайне впечатлённая увиденным, интересуется Мишель.
— Не обращай внимания, — небрежно отмахиваюсь. — Просто мальчик верит всем страшным сказкам о твоей персоне, что гуляют по длинным коридорам «Королёва».
Мишель останавливается в шаге от меня и с её глазами начинает происходить что-то невообразимое… Чудесная зелень сменяется бескрайней Тьмой, готовой вот-вот поглотить не только меня, но и весь мир. Малюсенький и ничтожный, я с трудом балансирую на самом краю, не поддающейся осмыслению и пугающей до паралича, бездны, готовый в любую секунду сорваться вниз, на верную погибель. А вдоль позвоночника пробегает ставший уже привычным могильный холод.
— Помнишь, недавно я говорила, что могу оказаться совсем не тем человеком, что ты себе нафантазировал?
Киваю в знак подтверждения, совершенно не в силах ни вымолвить слова, ни разорвать зрительный контакт.
— А тебе не приходило в голову, что все эти жалкие перешёптывания, звучащие за моей спиной, могут иметь под собой реальную почву? Более того, вдруг это лишь вуаль, скрывающая гораздо более страшные вещи?
Антинаучное воздействие усиливается ещё больше, инструкторша циклопически вырастает в размерах, грозя заполнить собой лабораторию целиком.
Ну, уж дудки!
Неимоверным усилием воли стряхиваю с себя дьявольское гипнотическое наваждение, благоразумно отвожу взгляд в сторону, чтобы ничего больше не чудилось, и осторожно спрашиваю:
— Можно до тебя дотронуться?
Получив согласие, беру её ладонь, нежно целую, пытаясь огнём своего сердца разогнать сгущающийся над ничего не подозревающим миром вечный сумрак.
 
— Мишель… да плевать я хотел на твои скелеты в шкафу и прочее наследие! Для меня есть только здесь и сейчас!
— Услышанное надо трактовать так, что Дмитрий Александрович предъявляет на меня права?
Тембр голоса крайне бесцветный, но я и без официоза точно знаю, что это не слабость.
— Ты не вещь, чтобы предъявлять на тебя права! — возмущённо фыркаю.
— Хорошо… скажу иначе… это значит, что ты мечтаешь стать моим мужчиной?
— Мужчиной! Другом! Совершенно неважно кем! Всё, чего я хочу — это, чтобы ты позволила стать частью твоей жизни!
— Немножко неожиданно… — тихонько шепчут прекрасные девичьи губы. — И очень-очень сложно…
— Если оба хотят одного и того же, то есть большая вероятность, что всё получится! — позволяю себе осторожную улыбку и снова целую её ладонь.
— Димка… какой же ты романтик, и ты даже не представляешь, во что впутываешься…
Ой, да ладно! А то я в первый раз вижу девушку, не желающую жить по правилам, придуманными мужчинами!
Хочется браво передёрнуть плечами, недвусмысленно давая понять, что мне море по колено. Однако не получается. Мешает, сидящее глубоко внутри необъяснимое и крайне могущественное, чувство тревоги.
— Это значит — да? — невзирая ни на что, продолжаю гнуть свою линию и даже нахожу мужество снова посмотреть ей прямо в глаза.
— Ты меня за этим вызвал: напугать помощника и признаться в чувствах? — выражение лица в мгновение ока превращается из сверхъестественно пугающего в доброжелательное и даже чуточку лукавое.
Какая же она всё-таки удивительная… переменчивая как море, но при этом цельная и естественная. А на вопрос так и не дала прямого ответа, хитрюга.
— Не совсем. Это насчёт предложения капитана, — как человек здравомыслящий решаю, что сейчас нет надобности наседать. — Понимаешь, по понятным причинам я больше не смогу стирать записи «чёрного ящика», а значит, нам нужен другой план, объясняющий твои выдающиеся навыки пилотирования.
Мишель, нахмурив брови, сосредоточенно думает.
— Есть мысли, как это сделать?
— Ещё нет. Меня только что осенило, и я сразу же вызвал тебя. Кстати, я до сих пор не понимаю, как ты уже с первой попытки смогла так блестяще управлять мехом.
До сих пор не покидает ощущение фантастичности минувших событий. Словно некий комарик зудит в глубине сознания, не позволяя принять произошедшее как данность — мол, было и было. В принципе, уже невероятная удача, что интерфейс меха её не отверг, ведь всего десять процентов испытуемых оказываются пригодными к нейросвязи, но Мишель в том бою ещё и выдала такие навыки управления, что не снились ни одному известному мне пилоту! Кто-нибудь объясните — как это возможно?!
— Я просто пыталась быть собой, — инструкторша недоумённо пожимает плечами.
— …в смысле?
— В прямом. Я действовала как в обычной жизни.
Эврика!
От этих слов у меня в голове рванула граната. Хватаю со стола коммуникатор и вызываю капитана.
***
— Говорите, специальные навыки владения телом помогают более эффективно пилотировать меха? — голос, как и весь вид капитана, выдаёт крайнюю степень воодушевления.
— Именно! Ведь управление мехами строится на совершенно иных принципах, нежели традиционными летательными аппаратами! Уверен, только присутствие в экипаже инструктора Скоробогатовой дало возможность пилотировать моего питомца в бою с такой эффективностью. И нам изначально стоило искать кандидатов не среди военных, а среди тех, кто обучен владеть своим телом: бойцы восточных единоборств, гимнасты, танцоры, даже балет бы сгодился! А ещё необходимо объявить дополнительный набор пилотов среди экипажа, — тяжело вздыхаю. — Ранее вы верно подметили, что, учитывая, как разворачиваются события, потери будут неизбежны…