Эдера (СИ)

Леоне удалось скрыться.
Когда Эдера, шатаясь от горя, вернулась к дому, Андреа стоял на том же месте и тупо смотрел себе под ноги. Заметив рядом с собой Эдеру, он спросил каким-то глухим, незнакомым ей голосом:
— Эта женщина действительно моя мать?
  
Глава 17
 
Перед отъездом Леоны в Рим Аделина ещё раз предложила показать малыша врачу, но в ответ услышала, то же, самое: ребёнок здоров, только немножко капризничает. Между тем Валерио с каждым часом становилось всё хуже, а к вечеру он стал попросту задыхаться. Испугавшись, что мальчик умрёт прямо у неё на руках, Аделина побежала в соседний дом, где был телефон, и вызвала, наконец, врача.
— Вы с ума сошли! — воскликнул доктор, едва увидев Валерио. — Ребёнок в тяжелейшем состоянии, а вы позвали меня только сейчас! Чего вы ждали? Чтобы он умер?
— Это не моя вина, доктор, — плакала Аделина. — У мальчика есть бабушка… Она не хотела, чтобы вы приходили…
— А где эта женщина?
— Уехала на несколько дней… Доктор, вы спасёте его?
— Укутайте мальчика потеплее и — быстро в мою машину! Отвезём его в Милан. Даст Бог, это будет не слишком поздно.
Однако в Милане помимо всего прочего выяснилось, что Аделина не только не знает фамилии ребёнка, но ей также неизвестны имя и фамилия его бабушки. Заведующему клиникой это показалось весьма подозрительным, и он позвонил в полицию.
— Мы делаем всё, чтобы спасти мальчика, — объяснил доктор прибывшему полицейскому, — и несмотря на это он может в любой момент умереть. Взрослые вели себя по отношению к нему как преступники! Но пусть с ними разбирается суд. А я прошу вас установить личность ребёнка и отыскать его родителей или родственников. Женщина, которая привезла мальчика, утверждает, что она ему совсем чужая.
— Могу я поговорить с этой женщиной? — спросил полицейский.
— Да, сейчас я её приглашу.
Из разговора с Аделиной полицейский выяснил лишь то, что некая «бабушка» привезла ребёнка в деревню Пертика и не хотела его лечить.
— Она обещала приехать через несколько дней, — пояснила Аделина, не переставая плакать. — Доктор, прошу вас, не отдавайте меня полиции, пока мальчик не поправится! Я не могу оставить его совсем одного. Он знает мой голос, мои руки… Рядом со мной ему будет легче.
— Конечно, оставайтесь, — разрешил заведующий клиникой, — никто не собирается вас арестовывать.
— Желаю вам успеха, доктор, — сказал, уходя, полицейский. — Мы выставим пост у дома синьоры Аделины и попытаемся дождаться эту странную бабушку.
Франц долго умолял Клаудию впустить его для важного разговора, но она и слышать, ни о чём не хотела. И лишь когда он, уже почти не надеясь на успех, заявил, что речь идёт о ребёнке Эдеры, дверь тут же распахнулась.
— Входи, — сказала Клаудия. — Что тебе известно об этом ребёнке?
— Клаудия, прости меня…
— Ты хотел что-то сказать о ребёнке Эдеры, — прервала его Клаудия.
— Да. По характеру работы я, ты знаешь, вынужден общаться с разными людьми. И вот один мой клиент…
— Франц, говори только о ребёнке!
— Как раз об этом я и пытаюсь сказать, — обиделся Франц. — Мой клиент остро нуждается в деньгах, чтобы скрыться, исчезнуть из Италии… Прости, но под твоим строгим взглядом я становлюсь косноязычным… Короче: мне удалось понять, где находятся похитители ребёнка синьоры Давилы.
— Почему ты сразу же не заявил об этом полиции?
— Если бы я попытался это сделать, то меня бы уже не было в живых. И к тому же я не мог рисковать жизнью мальчика.
— Возможно, ты прав, — согласилась Клаудия, — но что ты предлагаешь?
— Поначалу я отбросил саму мысль о посредничестве в таком грязном деле… Ты меня понимаешь?
— Да, конечно, — поддержала его Клаудия.
— Спасибо. Но потом подумал, что оставить в неведении бедную мать было бы и вовсе подлостью. Вот поэтому я и пришёл…
— Сколько денег они хотят? — прямо спросила Клаудия.
— Ах, я понятия не имею. Я ведь не обещал им, что вступлю в переговоры с семьёй малыша.
 
— Но всё-таки? — настаивала Клаудия.
— Думаю, в таких случаях надо рассчитывать на миллиард.
— Я скажу об этом Эдере и её отцу. Уверена, они не станут торговаться.
— Только прошу тебя, я должен остаться в стороне, — попросил Франц.
— Как тебе будет угодно, — не возражала Клаудия. — Спасибо за сообщение. Ты повёл себя как истинный джентльмен.
— Я только исполнил свой долг.
— Тогда, полагаю, тебе надо довести это дело до конца, — заметила Клаудия. — Если им займёшься ты, то мы можем быть спокойны за ребёнка.
— Спасибо, что веришь в меня, — растроганно сказал Франц. — Жду твоего звонка после разговора с синьором Сатти. И ещё… Мне было очень приятно увидеть тебя, Клаудия.
— Мне тоже. До свидания.
Манетти вернулся в Рим, чтобы выяснить, не было ли у Леоны каких-либо друзей или знакомых в Ломбардии.
— Синьора Дальма нашла у себя в доме карту Ломбардии, которую, вероятно, забыла или потеряла там Леона Сатти, — пояснил он Валерио.
— Ломбардия? — задумался Валерио. — Постойте, кажется, она унаследовала имение как раз в тех краях. Франко, ты можешь это уточнить? — обратился он к Казираги.
— Да, конечно.
Манетти, Валерио и Эдера напряжённо ожидали возвращения Казираги, когда в кабинет вошла Клаудия и передала им сообщение Франца.
— Боже мой! — воскликнула Эдера. — Значит, Леона наняла самых настоящих бандитов! Вот почему она говорила, что Валерио у неё нет! Папа, прошу тебя, отдай им всё, чего бы они ни запросили!
— Доченька, не волнуйся так, — обнял её Валерио. — Я готов отказаться от всего, что имею, но давай дослушаем Клаудию.
— Я хотела сказать, что Францу нельзя верить. Ом блефовал! Я в этом убеждена! Вероятно, он встретился с Леоной и выведал у неё кое-что о Валерио. А затем решил нагреть на этом руки.
— Вот видишь, дочка, — обратился к Эдере Валерио. — Ты сама говорила, что Леона упоминала об адвокате, который должен обеспечить ей опеку над Андреа.
— Всё так, — согласилась Эдера, — но нельзя упускать и этого адвоката.
— Потому я и сделала вид, что поверила, — пояснила Клаудия. — Он хочет получить миллиард, но полиция заставит его сказать, где находится Валерио.
В это время Казираги вернулся с радостной вестью:
— Ломбардия. Деревня Пертика! — сообщил он. — Это единственное из трёх унаследованных Леоной небольших имений, которое она почему-то не продала.
— Еду туда немедленно! — заявил Манетти и направился к двери.
— Я с вами! — последовала за ним Эдера.
— Синьора, это опасно, — предупредил её Манетти, — Леона Сатти вооружена. Она угрожала пистолетом мужу вашей подруги!
— Эдера, доченька, не торопись, — поддержал Манетти Валерио. — Не кажется ли тебе, что об этом надо сказать Андреа?
— Да, папа, я скажу сначала ему, — пообещала Эдера. — Клаудия, ты не проводишь меня? Я хотела бы с тобой поговорить.
— Да, конечно, — несколько удивилась Клаудия.
— Я хотела давно тебе сказать, — взволнованно сказала Эдера, когда они с Клаудией вышли, — но сейчас для меня это особенно важно… Может, уже сегодня я обниму своего дорогого Лало!.. Андреа его не знает… Он вообще ко всему равнодушен, особенно после того, как встретился с матерью. Замкнулся в себе… Молчит… Я вижу, как он страдает, и готова пойти на всё, только бы он не мучился. Теперь, когда сын будет со мной, я смогу пережить потерю Андреа.
— Эдера, помилуй, о чём ты говоришь?! — изумилась Клаудия. — Что ты задумала?
— Он рассказывал мне о той девушке, о Бетси. По-моему, Андреа её любит и тоскует по ней. Ты была там, видела её. Скажи, я не ошиблась в своём предположении? Только скажи правду! — Эдера умоляюще посмотрела на Клаудию.
— Эдера… — Клаудия не знала, как лучше поступить. — Мне нелегко об этом говорить… В общем, ты почувствовала всё верно. Бетси мне показалась хорошей девушкой, но ей не по силам вернуть Андреа к самому себе. Это можешь сделать только ты, поверь мне!