Гордеев – дракон на минималках (СИ)

Павел зашел за ширму, стоящую у стены, и через минуту вышел из-за нее без одежды в одной только набедренной повязке, которая, как мне показалось, была слишком велика для него. А через мгновение я увидел такое, от чего у меня волосы встали дыбом. Пашкино тело у меня на глазах стало стремительно меняться и обрастать чешуйчатым панцирем болотного цвета. Через пару мгновений передо мной стоял трехметровый воин-ящер. На моей прошлой родине таких бойцов очень ценили за их непревзойденную силу и бесстрашие. Но здесь⁈ Откуда? Какого хрена⁈
И вдруг меня пронзила неожиданная мысль: если он смог, может и у меня когда-нибудь получится⁈ Мать моя женщина, неужели и я снова смогу превращаться в дракона⁈ До этого я несколько раз уже пробовал перевоплотиться, но дальше умения «драконья кожа» дело не заходило.
— Мать твою за ногу! — как-то само вылетело у меня.
Я быстро вошел в легкий транс и глянул на Майкова. Охренеть! У него внутри тоже был божественный исток, без которого такое преображение в моем прошлом мире было бы просто невозможно. Кто ты такой, мать твою и как ты это сделал⁈ Я присмотрелся повнимательнее: Пашкин исток был поменьше и побледнее, чем у меня, но это нихрена не отменяло того факта, что он у него есть.
Тем временем ящер вновь уменьшился до обычного человеческого роста и вновь стал Пашкой Майковым. Он глянул на мое охреневшее лицо и, громко рассмеявшись, ушел обратно за ширму. Боярский, все это время с интересом за мной наблюдавший, понимающе улыбнулся и сказал:
— Ну как тебе?
Я ничего не отвечал и только удивленно хлопал глазами, пытаясь осмыслить только что произошедшее и отрывшиеся вдруг передо мной перспективы.
— Как он это сделал? — наконец смог выдавить я.
— А это ты у него спроси, — кивнул Боярский в сторону вышедшего из-за ширмы Майкова.
Я ошалело посмотрел на Павла.
— Я не сразу допер, как это делается, — предвосхищая мой вопрос, сказал Майков. — На это ушли годы, но со временем у меня получилось. Это как-то само пришло, когда я стал охотником за тварями из разломов. В этих монстрах есть сила, которая переходит к тебе, когда ты их убиваешь. Она-то и помогла мне развить навык трансформации.
Вот я лошара! Как же я сам не додумался! Твари из других миров, созданные тамошними божествами и носящие в себе частички их истоков — вот через кого можно развить свой исток до прежнего уровня. Пашка, походу, не слишком в этом шарит и действовал по наитию. Но у меня-то за плечами четыреста с лишним лет божественного существования. Я на этом собаку съел!
— Как мне стать охотником на монстров? — нетерпеливо спросил я.
— Ну вот! Это уже совсем другой разговор, а то: не хочу, не буду! — обрадованно потирая руки, воскликнул Боярский.
Он подошел к столу и раскурил сигару. Пашка тем временем открыл бар и, плеснув себе виски, вопросительно взглянул на меня. Я конечно же кивнул и передо мной на журнальном столике тут же нарисовался еще один бокал вискаря.
Охренеть, да он чувствует себя у Боярского, как у себя дома. Походу граф не такой уж и отморозок, каким мне его Лиза описывала.
Боярский сел за стол и, затянувшись сигарой, сказал:
— Все разломы в границах империи уничтожаются под контролем государства. Абы кого туда не подпускают. И все из-за магических кристаллов и других артефактов, остающихся на местах аномалий. Они изымаются государством и запрещены к легальному обороту и использованию. Есть еще дикие земли за границами империи. Вот там нет никакого контроля. Промышляют в них матерые сталкеры и контрабандисты, доставляющие нелегальные кристаллы и артефакты по всем уголкам империи. Но монстры в диких землях на порядок сильнее, чем в разломах. Туда в одиночку никто не суется.
Боярский немного помолчал, пыхнул пару раз сигарой и продолжил:
— Короче, чтобы стать охотником, нужна лицензия. Ее можно получить в магической академии, записавшись в отряд новичков. Поначалу тренировки идут в академии на пойманных слабых монстрах-импотентах, потом переходят к зачистке мелких разломов. А как достигнешь определенного уровня и пройдешь аттестацию, тебе выдадут лицензию охотника. И тогда можно уже и к серьезным разломам идти.
  
Капец как тут все сложно. Вот бы просто сесть на дракона и разметать к чертям собачьим парочку разломов. Быстрая прокачка обеспечена. А не вот это вот все… Хотя, с другой стороны, может, и правильно. А то ведь будут всякие необученные придурки штабелями у очередного разлома ложиться. Так никаких магов не напасешься.
Я сидел и задумчиво цедил виски, напрочь забыв о том, где нахожусь.
— Ну что, все еще думаешь, что один быстро со всем справишься? Не проще ли помогать друг другу? — Боярский встал из-за стола и подошел ко мне. — А потом, когда покажешь себя, можно будет и о партнерстве поговорить. Никто за один день так высоко не прыгает, ты же понимаешь.
— Ну, хорошо, — наконец-то решившись, ответил я. — Если ты не будешь заставлять меня делать то, что мне не нравится, тогда по рукам!
— По рукам! — Боярский широко улыбнулся и пожал мне руку.
Он снова отошел к столу и, открыв один из ящиков, достал из него черный магический кристалл.
— Можешь сделать его красным?
Вот жучара! Как только получил свое, сразу в оборот пускает. Ни тебе пригласительного фуршета, ни фейерверков в твою честь. Работай, и точка.
Боярский, увидев, что я замешкался, нагнулся под стол и достал оттуда серебристый кейс.
— Да, совсем забыл. Вот, как и договаривались, — и он толкнул мне через стол чемоданчик с деньгами.
Ну вот это другой разговор!
— Когда кристалл нужен? — спросил я, забирая кейс.
— К завтрашнему вечеру управишься?
— Ага, — и я закинул кристалл Боярского в пространственное хранилище.
— А мне сможешь такое же сделать? И какая у него вместимость? — Боярский смотрел с плохо скрываемым интересом.
— Сначала кристалл. Без него не выйдет. Тогда кристалл завтра не верну. Он нужен для создания хранилища. На все про все — дня два-три, я думаю, понадобится. Вместимость на первом уровне — примерно, как стандартный дорожный чемодан.
— Отлично! За работу плачу лям. По рукам?
— Идет!
Боярский разлил всем виски и поднял тост:
— За нового члена нашей команды!
Когда мы выпили и раскурили по сигаре, Боярский, указав головой на Павла сказал:
— Про него никто знать пока не должен. Даже сестра. Пока весь шум не уляжется — он для всех мертв. Фиктивные похороны организую завтра. Но присутствовать на них не советую — следователь может взять в оборот и что-нибудь накопать. Слишком уж сильно ты воду намутил в особняке Акакия. Кстати, мне пришлось сильно постараться, чтобы подчистить за тобой все хвосты. Особенно тот глупый звонок в службу спасения с телефона стриптизерши. О чем ты вообще думал? Через нее всех бы могли быстро под колпак взять.
Вот это попадос! Как же я сам об этом не подумал?
— Короче, вот координаты могилы, если сестра захочет посетить. Но в течение недели лучше туда не соваться. Подождите, пока наблюдение снимут.
Боярский подошел ко мне и показал на мой перстень трансфигурации.
— Теперь по поводу этой штукенции. Я сегодня увидел, что она может. Выглядело впечатляюще, — граф не смог сдержать улыбки. — И главное, что перстень не оставляет никакого магического фона, и это очень затрудняет обнаружение подлога. А вот если я такой же достану, сможешь мне его улучшить под трансфигурацию?
— Ты знаешь, кто их делает? — задал я встречный вопрос. — Это охренеть как сложно.
— Нет, — задумчиво ответил Боярский, — и никто из моего окружения тоже. Эти перстни просто время от времени появляются на черном рынке. В последнее время — очень редко. А перстень нужен Павлу, ты сам понимаешь.
— Ясно. Если достанешь точно такой же, то сделаю за пару дней.
— А два? — ухмыльнулся Боярский.
Вот ведь жук! И про себя любимого, конечно, не забыл.
— Четыре дня, может быстрее, — пожал я плечами.
— Пойдет. И теперь самое главное. Раз у тебя уже есть этот перстень, то я попрошу тебя вот о чем. В академии будет учиться восемнадцатилетний барон Гордеев, а у меня в особняке будет жить другой человек, как минимум граф, не моложе двадцати трех. Это нужно, чтобы тебя приняло мое окружение. Ну, если ты, конечно, хочешь побыстрее выбиться в партнеры. Когда решишь, как будут звать нового тебя, сообщи — придумаем тебе легенду и достанем липовые документы на всякий случай.