Незабываемый отпуск
Бриттани Янг
Незабываемый отпуск
Глава первая
Доктор Лукас Пирсон поднялся на веранду и остановился у верхней ступеньки крыльца. Стянув поношенную панаму, он тыльной стороной ладони вытер вспотевший лоб и, прищурившись от жаркого африканского солнца так, что по загорелой коже на висках разбежались лучистые морщинки, взглянул на небо, надеясь обнаружить там самолет.
— Джо что-то задерживается, — заметил Крейг, его товарищ и напарник по работе, выходя из комнаты и с шумом захлопывая за собой затянутую сеткой дверь.
— Наверное, из-за этих чертовых туристов, которых он должен с собой захватить. Не понимаю, зачем мы согласились их принять? У нас ведь заповедник, а не курорт для богатых и скучающих бездельников.
— Мы согласились их принять потому, что нуждаемся в средствах, — напомнил Крейг. — А они жаждут щедро заплатить нам за какие-то несколько недель гостеприимства.
Лицо Лукаса сделалось злым.
— Наше постоянное выклянчивание денег просто выводит меня из себя! — произнес он, на австралийский манер растягивая слова.
— Что поделаешь, такова действительность. За десять лет, пока мы здесь, пора бы уже привыкнуть.
Далеко в небе промелькнула движущаяся точка.
— Должно быть, это они, — сказал Лукас.
Двое друзей молча смотрели, как точка, приближаясь, обретала форму самолета, готовящегося совершить посадку на плоской равнине, тянувшейся до самого горизонта.
— Пойдем встретим их, — предложил Крейг. — И будь с ними полюбезнее. Может, они захотят пожертвовать нам что-нибудь сверх положенного. Очень скоро нам понадобится новый грузовик.
Лукас натянул панаму.
— Любезничай с ними сам, — пробурчал он, спускаясь по ступенькам, — а меня ждет работа. Скажи Джо, чтобы занес продукты в сарай.
Крейг кивнул, следя за тем, как его приятель, сев в свой сверхпроходимый «рейнджровер», резко рванул с места и поехал, вздымая за собой облако пыли. Эти двое знали друг друга с детства, и Крейг давно свыкся с нетерпимостью Лукаса настолько, что она редко его задевала. Вместе им хорошо работалось, потому что каждый действовал в полном соответствии со своими природными склонностями. Для Лукаса Пирсона охрана животного мира Серенгети [1]была главным делом его жизни. И поскольку для существ, о которых он так заботился, люди являлись врагами, они стали таковыми и для Лукаса. И он нисколько не заботился о том, чтобы скрывать враждебное к ним отношение.
И вот тут появлялся Крейг — с присущими ему обходительностью и врожденным умением нравиться. Он искусно пользовался этими качествами при всяком удобном случае. Только благодаря его обаянию и способности выманивать деньги у незадачливых туристов работа в заповеднике могла продолжаться. И Крейг немало этим гордился.
Самолет, коснувшись земли, покатился по сухой, разбегавшейся волнами траве и остановился в пятистах ярдах от дома. Крейг, бодро насвистывая, влез в свой старенький помятый вездеход и направил машину к самолету. Он подъехал как раз тогда, когда появившаяся в дверях молодая женщина собиралась спуститься вниз, и поспешил ей на помощь.
— Привет, — произнес он с лучезарной улыбкой, беря ее маленькую белую ручку в свою и помогая выбраться из самолета.
Молодая женщина посмотрела на него широко раскрытыми голубыми глазами и, чуть заметно улыбаясь уголками рта, похожего на бутон розы, тихим голосом ответила:
— Здравствуйте.
— Добро пожаловать в Сараджи! Я Крейг Джонсон. А вы?
— Квинн Уитком. — Она ладонями пригладила за ушами короткие, очень светлые волосы.
В дверях самолета показалась еще одна юная особа. Густые золотисто-рыжие локоны беспорядочной волной рассыпались по плечам девушки.
— Моя сестра, Кэра Станоп, — обернувшись, представила ее Квинн.
— Добрый день, — улыбнулась Крейгу Кэра.
Крейг тоже ей улыбнулся и протянул руку, чтобы помочь спуститься.
— И вам того же, — произнес он при этом.
— Вы, должно быть, доктор Пирсон?
— Нет, я его компаньон — Крейг Джонсон.
— О, извините, — сказала Кэра Станоп, беря его за руку и спрыгивая на землю. — Я полагала, нас должен встретить доктор Пирсон.
Было видно, что столь невинное замечание вызвало во встречавшем их человеке легкое замешательство.
Крейг слегка кашлянул.
— У доктора Пирсона неожиданно возникло неотложное дело, требующее его вмешательства. Совершенно неотложное. Такое здесь случается постоянно, как вы сами можете догадаться. Постоянно. Одно за другим.
Кэра всегда считала, что не так уж сложно определить, лгут тебе или говорят правду. Насмешливо приподняв бровь, она покачала головой, давая понять, что ее не устраивает подобное объяснение.
— Будто бы! Вы слишком усердствуете, стараясь меня убедить, — сказала она, больше забавляясь, чем негодуя, — и достигаете обратного результата. Не стоит, разыгрывая простенький скетч, изображать шекспировские страсти.
Эта женщина начинала определенно нравиться Крейгу.
— Сознаю свою оплошность, — произнес он с притворной серьезностью. — Мне следовало остановиться сразу же после упоминания о неотложном деле.
Кэра кивнула.
— Если бы мне пришлось редактировать вашу речь, то именно здесь я бы поставила жирную точку.
Квинн поглядывала то на одного, то на другого, явно недоумевая, о чем эти двое говорят.
— Пожалуй. Однако дальнейший текст вызывает у меня некоторые затруднения. Куда мы отправимся с этого места? Образно выражаясь, разумеется.
— Ну, вы могли бы поведать нам об истинных причинах отсутствия доктора Пирсона, — предложила Кэра.
— Я так не думаю, — покачал головой Крейг. — С моей стороны это было бы недипломатично.
— Мы уже взрослые девочки, мистер Джонсон, и, думаю, мужественно примем любое известие, не так ли, Квинн?
— Избавь меня. Я не имею ни малейшего представления, о чем вы тут толкуете.
Крейг пожал плечами.
— Ну хорошо, истина заключается в том, что Лукас не очень-то жалует туристов.
Губы Кэры изогнулись в кривой усмешке.
— Он предпочитает наши денежки.
— Вы отлично все поняли.
— О да!
— Ради всего святого, Берти, дай же мне руку! — В дверях показалась еще одна женщина, и ее дородная фигура заняла весь проем.
— Я пытаюсь, любовь моя, но сначала мне нужно выйти.
— Неужели я должна все делать сама?
Крейг проворно двинулся ей навстречу.
— Разрешите вам помочь?
Смерив его оценивающим взглядом, толстуха наклонилась вперед, чтобы опереться Крейгу на плечо. Покраснев от натуги, тот успешно стащил ее на землю.
— Спасибо, молодой человек. Берти? Берти! Перестань там копаться и выходи сейчас же!
— Да, дорогая.
Берти, настолько же тщедушный, насколько тучной была его жена, слегка ссутулившись, оперся на руку, предложенную Крейгом, и спрыгнул вниз.
Уперев руки в бока, толстуха огляделась по сторонам.
— Нельзя сказать, чтобы это производило глубокое впечатление, — наконец проговорила она. — Надеюсь, жилье тут окажется лучше, чем та жуткая дыра, в которой нас поселили прошлый раз.
— Не преувеличивай, Хильда, — возразил ее муж, — вовсе оно не было таким уж плохим.
— Перестань мне противоречить, Берти! Разумеется, то была жуткая дыра!
Кэра и Квинн сочувственно переглянулись. В тесном самолете их было четверо, не считая пилота, и Хильда с Берти безостановочно пререкались в течение всего двухчасового полета.
— Ну и пекло! Просто как в аду. Берти, где моя шляпа?
Маленький человечек, забравшись обратно в самолет, появился оттуда, держа в руках тропический шлем с необыкновенно широкими полями, и протянул его жене. Она напялила его на голову и, нащупав кнопку, включила крохотный, работающий от батареек вентилятор, прикрепленный спереди к тулье. Крейг и сестры изумленно наблюдали за всеми этими манипуляциями.