За власть Советов! (СИ)

Успокоившись и обдумав все это, он позвонил Крупской и попросил пригласить к нему Спиридонову, не вызывая при этом излишней огласки. Крупская сделала это, позвонив в ЦК левых эсеров из кабинета начальника хозяйственной службы Смольного.
Дежурному по ЦК ПЛСР представилась начальником хозслужбы Смольного и попросила соединить со Спиридоновой.
— Добрый день, Мария Александровна!
— Добрый день!
— Вас беспокоит Надежда Константиновна. — Они не раз пересекались в Петроградском совете и были довольно хорошо знакомы.
— А секретарь сказал, что звонят из хозслужбы.
— Это для конспирации. Мария Константиновна, мой муж хотел бы с Вами приватно пообщаться по поводу текущей ситуации. Так, что бы это не вызвало излишних слухов.
— Я не против. Где и когда?
— А давайте, сегодня в21−00 в моем кабинете в совете Выборгского района. Мой муж там к этому времени будет.
— Договорились, я подъеду.
Крупская сообщила председателю Выборгского совета Демьянову о том, что к 22 часам к нему заедет Ленин с вопросами по положению в рабочих коллективах района, затем доложила Ленину о времени и месте встречи и передала ему ключ от своего кабинета в райсовете.
Звонок Крупской взволновал Спиридонову. Ульянова — Ленина она уважала как крупнейшего после Маркса теоретика марксизма, хотя и не разделяла всех его убеждений. И еще больше зауважала как практика, стратега и тактика революции, после блестяще поведенного большевиками свержения болтливого и бесполезного Временного правительства и захвата власти силами одной партии. Анархисты были сборищем индивидуалистов и организованной партией не являлись. А левые эсеры были еще слишком слабы, хотя и внесли в переворот кое-какой вклад.
Без пяти минут в девять вечера она вошла в здание Выборгского совета, надвинув на глаза капюшон пальто. Предъявила постовому удостоверение члена ПЛСР и прошла на второй этаж, где находился кабинет Крупской. Постучавшись, открыла дверь. Ленин уже был там. Ильич встал из-за стола и пошел ей навстречу, широко улыбаясь. Они тоже неоднократно пересекались на различного рода заседаниях, но никогда еще не общались накоротке. Поздоровался, принял у гостьи пальто, повесил его на вешалку и пригласил за стол. Он, когда хотел, умел быть обаятельным и галантным.
— Уважаемая Мария Александровна! Разрешите мне выразить Вам мое глубочайшее уважение как несгибаемой революционерке, видному деятелю партии, и к тому же, весьма красивой женщине.
— Ну уж, Вы скажете, Владимир Ильич! Я замотана делами, как ломовая лошадь. Да и 10 лет каторжной тюрьмы людей не отнюдь красят.
— И, тем не менее, я настаиваю на своем!
— Давайте уж, перейдем к делу. Достаточно политесов. К чему такая секретность? Я бы к Вам и в Смольный не постеснялась приехать.
— Несомненно, это нам с Вами еще предстоит. Но, это будет уже официальная встреча двух лидеров партий. А я хочу сначала просто пообщаться как человек с человеком.
Сразу скажу главное. Я предлагаю, пока еще от себя лично, партии левых социалистов-революционеров составить с нами правящую коалицию и войти в состав Совнаркома.
— И какие же посты Вы согласны нам отдать?
— Вы напрасно сомневаетесь! Я сразу готов отдать вам наркоматы юстиции, продовольствия, социального обеспечения, земледелия, здравоохранения, рабоче-крестьянской инспекции и торговли. И еще два из следующих четырех наркоматов: госимущества, по делам национальностей, просвещения, государственного контроля и Совет народного хозяйства. Тут мы с Вами прикинем, у кого есть лучшие кандидатуры на эти посты. Так что, у вашей партии будет ровно половина наркоматов. И половину мест во ВЦИКе на следующем съезде советов тоже отдадим вам.
— Что-то Вы слишком добры, Владимир Ильич. Откуда такая щедрость? У Вас старая заслуженная многоопытная партия, а нашей партии без году неделя. Да и Октябрьский переворот тоже Ваша личная заслуга. Я слышала, как и с каким трудом Вы скептиков в своей партии убеждали.
— Ну, ваши люди тоже весьма полезно к революции руку приложили.
 
— И тем не менее, при всем моем уважение к нашей партии, ваши заслуги больше. В чем подвох?
— Да нет никакого подвоха! А есть четкое понимание ситуации в стране. У нас в России 80% населения — крестьяне. В ближайшее время мы начнем массовую демобилизацию армии. По домам разойдутся 6 миллионов мужиков, и большинство из них с винтовками и с фронтовым опытом. А у нас в партии специалистов по крестьянскому вопросу нет.
— Оно и видно! Вы программу по земельному вопросу один в один у нас скопировали!
— Не отрицаю. Даже, скажу по-студенчески, мы ее у вас просто «передрали». И я сейчас Вам говорю за нее — спасибо! Нам нужна от вас на только программа, но и ваше влияние на крестьянскую массу. И даже Ваше личное влияние. Персонально Вы, Мария Александровна, весьма популярны в народе. А крестьянская масса, вы же знаете, весьма темная. Им надо растолковывать все, что касается революции и идей социализма до мелочей. Это мое первое соображение.
Далее. У нас в партии и даже в ЦК много ретивых товарищей, которым хочется управлять крестьянством с помощью грубой силы, а не на основе взаимного учета интересов рабочих и крестьян. А я лично считаю, что крестьянство нужно убедить и заинтересовать. Крестьян на свою сторону мы привлекли лозунгом «Землю — крестьянам!». И за счет этого взяли власть. И эту их заинтересованность следует поддерживать и дальнейшем. Это второй мотив для нашего с вами объединения.
— А как же с конечной целью? Вы ведь хотите строить коммунизм, а мы — всего лишь социализм. Да и диктатуру пролетариата мы не приемлем.
— Какая диктатура? Что вы, уважаемая Мария Александровна! В стране 120 миллионов крестьян и не более10 миллионов рабочих. Такая диктатура неизбежно приведет кморю крови, и неизвестно чем закончится. — Чтение рефератов Железнякова пошло Ленину на пользу. От некоторых догм марксизма он уже отказался.
— А по поводу коммунизма скажу следующее. До коммунистического общества нам предстоит построить общество социалистическое. Построение полноценного социализма с высоким уровнем жизни всего населения займет десятилетия. И на всем этом пути наши цели совпадают. Сейчас еще даже не понятно, как будет выглядеть в натуре построенный социализм. А дальше видно будет. До этого еще дожить надо. Это, в-третьих.
Я продолжу. Конечно, хорошо будет, если в Европе победят пролетарские революции, тогда можно будет опереться на поддержку многочисленного европейского пролетариата. А если буржуазия удержит власть? Тогда придется нам с Вами строить социализм в отдельно взятой России в условиях враждебного капиталистического окружения. — Ленин уже усвоил некоторые положения из рефератов Железнякова. — В этом случае нам потребуется полное единство двух основных классов общества: рабочих и крестьян. Иначе нас сожрут внешние враги. А единство должно быть основано на взаимном учете интересов. Вот Ваша партия и будет в Совнаркоме и ВЦИКе защищать интересы крестьян. Это мой четвертый мотив.
Далее. У нас категорически не хватает квалифицированных кадров. Даже на укомплектование Совнаркома. Мало кто из наших наркомов разбирается в том деле, которым руководит. А, многие из тех, кто разбирается, не имеют должного организационного таланта и опыта. У Вас в партии, я надеюсь, специалисты и организаторы найдутся. Нам нужно не только наркомов толковых назначить, но и коллегии во всех наркоматах укомплектовать. Это многие десятки толковых товарищей. Я предлагаю во всех наркоматах одну треть коллегий укомплектовать нашими товарищами, одну треть — вашими и треть набрать из старых сотрудников министерств. Мало того, если сам нарком будет из наших, то его заместитель должен быть из ваших. И наоборот, тоже. Это мое пятое соображение.
— Ну, в таком количестве у нас толковых людей тоже не наберется. Даже если «выгребем» всех из губернских организаций, обескровив их.
— Я надеюсь, когда у нас с Вами дела пойдут налад, многие из ваших центристов и наших меньшевиков захотят «вскочить в уходящий поезд». Будем их брать на должности с отбором по конкурсу.