Терапия, сфокусированная на сострадании: отличительные особенности

Что интересно, коллега Фэй Адамс (Fay Adams) из буддийского центра Святого острова в Шотландии прислала мне книгу, из которой я понял, что это упражнение не отличается от подхода, разработанного буддийской учительницей XI века Мачиг Лабдрон (Machig Labdron, 1055-1145)! Она говорила о пользе упражнения с образами, во время которого вы представляете, что ваше тело превращается в нектар, которым кормят своих демонов (проблемы или проблемные части "я") [Allione, 2008].
Как и при работе с пустым стулом, если клиент чувствует, что начинает беспокоиться или погружаться в беспокойство, просто прервите контакт с образом и попросите снова сосредоточиться на дыхании и ощущении расширяющегося, мудрого и сильного сострадательного "я"; их "лучшей версии". Когда клиент снова вступает в контакт с этой частью "я", можно повторно взаимодействовать с тревожным "я" (или с любой частью "я", над которой работают). Таким образом, мягко и доброжелательно, клиент начинают проявлять толерантность, принятие и сострадание к своему (например) тревожному "я". Когда это происходит, они замечают, что происходит с их тревожным "я". Оно может измениться или даже уйти — делайте то, что клиенту кажется правильным.
Можно пригласить клиента проследить за образами. Так, клиент может видеть себя тревожным, отнестись к своей тревоге с состраданием, но затем наблюдать, как выходят из тревоги и учатся гордиться тем, что прошли через это. Клиент может отметить, что помогло, и что может помочь в следующий раз. Терапевт может предложить сострадательному "я" подумать о том, что хотелось бы сказать тревожному "я" — не только во время тревоги, но и в момент, когда клиент больше не тревожится. Полезно представить образ вовлеченности в проблему, ее переживания, преодоления проблемы и выздоровления — все через ментальность сострадательного "я". Клиент может вспомнить это в будущем, когда снова будут чувствовать тревогу, и применить практику перехода к самосостраданию, когда на самом деле испытывают тревогу.
Если вы работаете с самокритичным "я" (например, представляете его перед собой), то вспомните, что вы не зацикливаетесь на выплеске самокритики, прежде чем переключиться на сострадательное "я", потому что ключ в том, чтобы построить модель сострадания; привыкнуть к ней. Если вы работаете с самокритикой, полезно дать сострадательному "я" возможность подумать об угрозе, стоящей за самокритикой. Это может быть, например, страх отвержения или неудачи. Затем человек направляет сострадание на скрытую угрозу и страх.
Можно объяснить клиентам, как иногда мы чувствуем, что критический "голос" — это эхо того, кто каким-то образом причинил нам боль (возможно, голос матери или отца, который звучит в голове). Сострадательное поведение здесь заключается в осознании того, что этот тип самокритики исходит от кого-то другого, которому, возможно, не хватало сострадания, и его обидные слова и/или действия не соответствовали интересам клиента. Если бы клиент ухаживал за ребенком, стал(а) ли бы он(а) так относиться к нему? Если нет, то как бы клиент ухаживал за ребенком? Таким образом, клиент может с состраданием признать, что в детстве он слушал другого человека и, возможно, усвоил эти обидные вещи, поверил им. Однако теперь, обретя сострадание, клиент осознает, что это было несправедливо и обидно, и хочет разорвать этот порочный круг. Иногда сострадательное "я" стремится проявить ассертивность к жестоким обидчикам из прошлого. В этом контексте используйте технику работы с пустым стулом или вспомните настоящего человека, о котором идет речь, и словесно выразите свои ассертивные чувства [Hackmann, 2005].
Рескриптинг
Когда у человека появляется некоторый опыт создания сострадательного "я", которое действует как основа (фокус) для конкретной системы аффективной регуляции и активации социальной ментальности, можно использовать его для рескриптинга [Brewin et al., 2009; Wheatley et al., 2007]. Например, если клиент хочет работать с трудным воспоминанием, сначала можно создать сострадательное "я", а затем представить воспоминание "мысленным взором". Клиент занимает сострадательную позицию наблюдателя (обратите внимание на дыхание и выражение лица клиента). Затем клиент представляет себе развитие сцены. Затем, постепенно, с помощью сострадательного "я" можно привносить в эту сцену что-то новое (например, помощников) и начинать выбирать новые концовки. Сострадательное "я" может предложить себе любую поддержку, которую они видят в своей памяти. Можно даже составить самые фантастические концовки [Brewin et al., 2009]. Помните, что сострадательное "я" действительно контролирует работу через эту память и, следовательно, осознает свою силу так действовать. В то же время терапевт может очень мягко и спокойно говорить с клиентом, действуя как успокаивающий ментор, обращаясь к памяти, а затем возвращаясь обратно к сострадательному "я" в зависимости от того, что для клиента представляет собой чувство безопасности. Таким образом, через сострадательное "я" вы приносите новый тип ментализации.
  
Сострадательная фокусировка и ментализация
В главе 4 мы подробно говорили о важности способностей и компетенций ментализации. Возможно (хотя стоит подождать надежных исследовательских доказательств), что развитие сострадательного "я" и сосредоточение внимания на трудностях (будь то работа со стулом или образами) способствует развитию умственных способностей. На это может быть много причин, в том числе и те, что приведены ниже.
•   Вы помогаете клиенту "замедлиться" и сосредоточиться на ощущениях тела с успокаивающим ритмическим дыханием.
•   Вы намеренно удерживаете внимание клиента на сострадательном "я" и, следовательно, на расстоянии от тревожного, критикующего или гневного "я" или трудных воспоминаний, что делает процесс рефлексии "безопаснее".
•   Вы специально активируете ментальность заботы, которая включает в себя навыки сострадания и мотива помочь и поддержать.
•   Вы помогаете создать эмоциональный тон (заботливый), который противодействует основанным на угрозах эмоциям тревоги, гнева и т. д.
•   Сострадательное "я" способствует дешеймингу.
•   Сострадательный фокус на "я" предлагает новый фокус для внимания, если вы помогаете клиенту контролировать внимание.
•   Вы помогаете снизить чувствительность (десенсибилизировать) клиента к различным аспектам "я", давая контроль, так что клиент может вернуться к фокусировке на сострадательном "я" и успокаивающем ритмическом дыхании, если чувствует себя подавленным.
•   Из сострадательного "я" вы можете генерировать альтернативные мысли и инсайты, которые основаны на "мудрости и искренней заботе" и которые можно использовать впоследствии.
•   Вы можете сесть рядом с клиентом (по его(ее) желанию), очень медленно и в спокойной манере предлагая направление, действуя как спокойный объект (привязанности).
•   Обсуждая вопросы становления сострадательным "я", вы постепенно подталкиваете клиента к тому, чтобы проявить более сильное, мудрое, спокойное сострадательное "я".
Вполне могут быть и другие причины. Так, нам известно, что существуют различия в мозговых паттернах, когда мы подходим к потенциально шейминговому материалу с ориентацией на самокритику или самоуспокоение [Longe et al., 2010]. По предположениям буддийских мыслителей и практиков, высказанным почти 2500 лет назад, сострадание трансформирует и интегрирует ум.
24
Поток сострадания
В настоящее время появляется все больше доказательств в пользу того, что развитие сострадания к другим способствует благополучию [Frederickson et al., 2008; Lutz et al., 2008]. Иногда клиентам выполнять это упражнение намного проще, чем развивать самосострадание, но здесь есть несколько ключевых моментов, которые следует учесть. Иногда клиенту кажется, что он развивает сострадание. Тем не менее, это качество только выглядит как сострадание, а на самом деле это покорность, соглашательство, желание угодить и нравиться людям. Хотя различные элементы этих качеств присутствуют во всех нас, порой некоторым людям не хватает способностей к ментализации, искренней эмпатии к тому, что другим людям действительно нужно (не то, чего им хочется), им сложно быть ассертивными или выставлять границы (такое случается с родителями). Совершенно иная проблема возникает с людьми, у которых есть непроработанный гнев. Им трудно сострадать, отчасти потому, что они считают, что быть сострадательным человеком означает избавиться от гнева, даже испытывать гнев — это не сострадание. Они забывают, что сострадание — это в первую очередь о честности, толерантности и понимании своих чувств.