Этот мир не выдержит меня. Том 2 (СИ)

Мне нужно было посмотреть, как наёмники станут вести себя теперь, когда увидели меня. И когда поняли, что набор должен начаться в самое ближайшее время...
Первые «дезертиры» появились уже через четверть часа. От толпы отделились пять человек — они молча отошли в сторону, а затем растворились на улицах города. Что же, всего хорошего — нам с вами не по пути.
— Не хочу под сопляком ходить, — сообщил ещё через пару минут какой-то патлатый детина и зашагал прочь от трактира.
За ним потянулось сразу человек десять.
Ничего удивительного в этом не было — более того, я ожидал, что мой возраст отпугнёт больше народу.
Мы, люди, не так уж далеко ушли от бабуинов, поэтому вопросы иерархии имели для нас серьёзное значение. Совсем не каждый мог пересилить себя и подчиниться молодому командиру.
Особенно когда этот командир не какой-нибудь высокородный аристократ, взращенный чтобы повелевать всяким «быдлом», а такой же простолюдин, как и ты сам.
— Жарко-о-о-о... — протянул кто-то из наёмников, спустя полчаса. — Долго ждать-то ещё?
— Кто знает? — спокойно произнёс худощавый мужчина лет пятидесяти с большими, будто бы удивлёнными глазами. У него единственного не было в руках кувшина с пивом. — Но какая разница? Лично мне спешить некуда.
«Трезвенник» держался хорошо — говорил размеренно, двигался плавно, не мельтешил, не дёргался, не суетился. Уверенный в себе человек, сразу видно.
Какой-то низенький, но крепкий мужичок с огромными, как у моряка Папая предплечьями, толкнул в бок своего соседа — молоденького румяного паренька лет двадцати.
— Сходи, — пробасил коротышка, — спроси, когда уже дело начнётся?
— Так Висельник не велел заходить, — робко возразил парень. — Он сказал ждать здесь, а в трактир не соваться...
— А я сказал тебе сходить и спросить.
Коротышка оскалился, нагло глядя в глаза своему собеседнику. Тот покраснел ещё сильнее, но с места не сдвинулся.
— Не пойду! — голос паренька дал петуха. Однако он явно не собирался выполнять чужих распоряжений.
И это было правильно — коротышка не являлся его командиром. Пока что все они просто наёмники и равны друг другу по статусу.
— Ты бесстрашный или тупой?
— Отстань от пацана, Ворс, — негромко попросил «трезвенник». — Или ты хочешь, чтобы Висельник его прихлопнул?
Коротышка, которого звали Ворс, мерзко заржал, но отошёл от румяного парнишки. Похоже, «трезвенник» пользовался среди собравшихся определённым уважением.
— Слыхали, братва? — голос подал сутулый мужик с чёрными злыми глазами. — Феликс-то этот Висельника в размене сделал...
— Слыхали, кто же не слыхал? — ответили из толпы.
— Я думаю, враньё это, — низким грудным голосом сообщил статный мужчина среднего роста.
Холёный, с короткой ухоженной бородкой, он выделялся дорогой одеждой и надменным взглядом. Честно говоря, было странновато видеть столь важную птицу в числе наёмников. Не думал, что такого «мажора» заинтересует предложение повоевать с бандитами.
— Да как враньё, када стока народу видало? Свалился Висельник аки подкошенный!
Слова какого-то тощего и слегка оборванного мужичка были поддержаны одобрительным гомоном. Похоже, о моём «подвиге» знали все без исключения.
— А я всё равно думаю, что враньё, — хмыкнул «богач». — Не мог сосунок его победить. Это не-воз-мож-но!
Последнее слово он произнёс по слогам. Видимо, для большей убедительности.
— Вряд ли это враньё, — рассудительно заметил «трезвенник». — Слишком много людей видело размен, и все говорят одинаково.
— Людей? — скривился «мажор». — Разве то люди? Но мне плевать, я всё равно проверю сосунка, и мы посмотрим, каков он. Может, и воевать ни с кем не придётся... Может, если хорошенько потрясти, монеты к нам сами в руки посыплются...
Большей части наёмников эти слова не понравились — они даже немного отошли от болтуна, неодобрительно покачивая головами. Будучи профессиональными солдатами удачи, они не хотели губить репутацию, участвуя в ограблении нанимателя.
А вот парочка «пассажиров», одетых в потрёпанные кожаные тужурки, наоборот радостно захохотала. Похоже, идея «мажора» пришлась им по душе. Думаю, такой комапашке не место в наших стройных рядах. Мы собирались отчистить округу от бандитов, а не наплодить новых — так что с этими «товарищами» придётся попрощаться.
 
— Нехорошо сказал, — «трезвенник» выразил общую мысль. — Даже плохо.
— Не гунди, — отмахнулся «мажор». — И не бойся. Я просто немного поиграюсь с сосунком...
— Ты, главное, не проиграй, — с лёгкой иронией в голосе сказал «трезвенник». — А то всякое бывает.
«Мажор», услышав эти слова, покрылся красными пятнами и выпучил глаза. Похоже, тема проигрыша отозвалась в его сердце какими-то неприятными воспоминаниями.
Я прекрасно понимал, что проверки на «вшивость» не избежать. Это обычное дело в мужском коллективе.
Пусть мне удалось заслужить определённый авторитет, но сама наша природа вынуждала ставить под сомнение любые авторитеты. Особенно такие скороспелые, как мой.
В общем, раз уж меня всё равно собирались проверять на прочность, стоило совместить «приятное» с полезным. И силу продемонстрировать, и от лишних людей, не вписывающихся в наш ансамбль, избавиться.
Я выждал ещё немного, но больше ничего значимого не произошло. Лишь один наёмник не выдержал солнцепёка и ушёл, однако его место тут же заняли сразу несколько новичков. Что же, пора действовать.
Я поднялся с лавки, заглянул на кухню, где колдовал трактирщик, и перекинулся со здоровяком парой слов. Тот коротко рассказал мне о «мажоре», которого звали Альтиф, а затем предложил помощь в его усмирении, однако я отказался. Нужно было разобраться с проблемой самому, без привлечения посторонних.
Снаружи меня встретила толпа голодных, потных и слегка подвыпивших мужиков.
— Наконец-то! — произнёс кто-то. — Мы уж и не надеялись...
Несколько человек засмеялись, но я остановил весельчаков, подняв над головой кулак. Над площадью повисла тишина.
— Рад, что вы откликнулись на мой призыв, — я говорил громко — так, чтобы слышали все. — И благодарю за ожидание. Вы страдали под палящим солнцем и поэтому каждый, даже тот, кто не попадёт в отряд, получит порцию похлёбки и кувшин пива за мой счёт. Так будет справедливо.
Мне требовалось сразу заручиться поддержкой большинства, продемонстрировав заботу о личном составе. Бойцы должны знать, что их судьба волнует будущего командира.
Наёмники встретили известие одобрительным гулом.
— Погоди-ка, — вперёд вышел холёный Альтиф. Парочка в тужурках следовала за ним по пятам. — Ты хочешь сказать, что кто-то из нас не попадёт в отряд? Ты хочешь сказать, что кто-то из нас ждал зря?
Я даже не посмотрел на вопрошающего. Стоило вступить в диалог или тем более начать оправдываться, и моё негласное место в иерархии опустилось бы на самое дно. А приказы того, кто обитает на дне, выполнять не станут.
Нельзя отвечать на вопросы, заданные таким тоном. Правильная реакция на подобные заходы ровно одна — это применение силы. Однако время для активных действий ещё не пришло — пока что Альтиф был частью толпы, а толпа не любит, когда её обижают.
— Наместник самого Императора, граф Свейн вил Кьер, — я продолжал говорить, не обращая на Альтифа никакого внимания, — дал мне важное поручение — я должен уничтожить разбойников, которые мешают жить всей округе.
Это известие вызвало целую бурю, состоящую из радостных криков и слов поддержки. И не удивительно — сейчас меня слушали не только наёмники, но и простые горожане, которые присоединялись к стихийному «митингу».
— И для меня будет большой честью, если вы разделите эту благородную обязанность вместе со мной.
Я специально «разогревал» народ.
Толпа любит пафос и высокопарные изречения, поэтому воздух снова сотряс одобрительный вопль. Впрочем, радость людей можно было понять — уверен, многие из них от души настрадались из-за банды Ворона.