Этот мир не выдержит меня. Том 2 (СИ)

Увидев, как лихо женщина наводит порядок на вверенной территории, я уже не сомневался, что к прибытию Барталомеи всё будет готово в лучшем виде.
Улица встретила нас палящими лучами солнца. Толстые каменные стены борделя и царивший там интимный полумрак скрадывали жар, но сейчас мы остались без защиты. За несколько часов город превратился в парилку.
— Теперь вернёмся к Барталомее? — негромко спросил Марк. — Или хочешь сходить ещё куда-нибудь?
Судя по усталому лицу, разведчик не просто в гробу видал мои дальнейшие планы, но даже успел закопать этот гроб в самой глубокой могиле.
— Нет, я собираюсь идти в трактир.
Мои слова стали для Марка чарующей музыкой. Он с облегчением выдохнул и слегка улыбнулся. Крушить его надежды было даже как-то неловко.
— А вот ты вернёшься к Барталомее, — добавил я.
Отрицание, гнев, торг, депрессия. На лице разведчика буквально за секунду отразились четыре стадии принятия горя из пяти. Оставалась последняя — смирение.
И что-то мне подсказывало, что она наступит далеко не сразу.
— Зачем? — сквозь зубы спросил он.
— Затем, что кто-то должен уговорить Барталомею ненадолго сменить род занятий.
— И почему эта честь выпала мне?
— Думаю, — я пожал плечами, — из нас двоих ты лучше справишься с задачей.
Так уж вышло, что в нашем с Марком тандеме именно я выступил перед Барталомеей в роли плохого полицейского. И мне не хотелось давить на неё второй раз подряд.
Учитывая её сложный характер, это могло закончиться скрытой конфронтацией. И поскольку я не особо стремился испытать на себе действие какого-нибудь хитрого яда, стоило доверить переговоры кому-нибудь другому. А никого, кроме Марка, в моём распоряжении не было.
К тому же разведчик сблизился с женщиной, что должно было облегчить ему работу. Ну или хотя бы уменьшить шанс на получение порции смертельной отравы.
— С чего ты взял, что я справлюсь лучше? — разведчик нахмурился.
— Ты же как-то убедил сестру поселиться в борделе, — усмехнулся я. — Значит, и Барталомею сможешь уговорить.
Я специально затронул неприятную для разведчика тему. Марка нужно было как-то взбодрить, и злость подходила для этого лучше всего.
— Осторожнее, Феликс, — прищурился он. От апатии не осталось и следа. — Иной раз ты говоришь так много, что хочется заткнуть тебя навсегда.
— Хорошо сказано, — я кивнул. — Но лучше не трать красноречие на меня — прибереги его для Барталомеи.
— Она в любом случае не согласится.
— Согласится. Если ты подберёшь правильные слова.
— Я не хочу на неё давить, — сказал Марк.
Мне показалось, или разведчик слегка покраснел? Кто бы мог подумать, что бравый ветеран так быстро западёт на синекожую дамочку. Да и сама Барталомея, помнится, провожала его весьма заинтересованным взглядом...
Впрочем, всё это не имело значения. Марк был слишком хорошим профессионалом, чтобы позволить чувствам взять верх на долгом.
— И не надо давить, — произнёс я. — Просто попроси.
— Просто попросить? — Марк криво усмехнулся. — А если это не подействует?
— Если не подействует, тогда скажи Барталомее, что вместо неё в бордель отправиться Хоми.
Разумеется, я говорил несерьёзно. Хотя учитывая, каким большим «гурманом» был Вилли, чебурашка-переросток мог стать для него не самой плохой приманкой.
— Хоми — это существо, которое она прятала в клетке? — уточнил Марк, а затем, не дожидаясь ответа, произнёс: — Я выполню то, о чём ты просишь, но у меня есть условие.
— Слушаю.
— Поклянись, что сделаешь всё, чтобы Барталомея не пострадала.
— Клясться не буду, — я покачал головой. — Но изо всех сил постараюсь обеспечить её безопасность. Этого достаточно?
Марк недовольно поморщился. Мои слова явно пришлись ему не по душе. Однако ничего не поделаешь — в ходе операции никогда нельзя быть на сто процентов уверенным, что всё пойдёт так, как планируешь. А когда планы летят под откос, трудно гарантировать чью-либо безопасность.
И разведчик не хуже меня понимал это. Уже через секунду он развернулся и, не прощаясь, пошёл туда, где по моим прикидкам должна была находиться лавка Барталомеи. Я остался один.
 
Торчать посреди улицы в гордом одиночестве, смущая своим видом местных богатеев, было глупо.
На меня и так поглядывали редкие прохожие, а за стёклами окон виднелись настороженные лица слуг. Не стоило привлекать ненужного внимания. Тем более, меня здесь больше ничего не держало.
Я не знал, как выйти к трактиру, но в здешнем «мегаполисе» заблудиться не получится. Нужно просто идти вперёд.
Дома вокруг недолго поражали своей роскошью. Стоило свернуть на ближайшем перекрёстке, и всё сразу стало куда проще — трубы, как говорится, пониже, дымы пожиже... А вот людей, наоборот, прибавилось.
Улицы пестрили заинтересованными лицами, но лезть ко мне никто не спешил. И правильно. Я пока не был готов к встрече с фанатами.
Спустя четверть часа я вышел к площади и сразу увидел трактир. А рядом — толпу мужиков с кувшинами в руках. Они кучковались в группки по интересам и обсуждали мою скромную персону, не забывая потягивать пиво.
— Я слышал, он совсем пацан...
— Пацан — не пацан, какая разница? Главное, чтобы монеты башлял.
— Много ли пацан накомандует? Вот нюхнул бы он с наше...
Я не ожидал, что желающих завербоваться в отряд будет так много. Трактирщик ведь только вчера вечером пустил слух, а уже сегодня здесь выстроилась целая очередь. Что же, отдохнуть мне вряд ли удастся...
— Не верю я ему — поди, ублюдок он дворянский, которого к делу пристроить решили.
— И чего ты тогда припёрся? Вали отсюда! А серебришко твоё нам достанется!
— А ты кто такой, чтобы на мои деньги зариться???
— Ты щас узнаешь, кто я...
Стоило мне подойти ближе, как все разговоры тут же стихли. Больше полусотни мужиков разного возраста, разного роста и разного достатка уставились на меня. Я ответил спокойным, почти равнодушным взглядом.
Толпа — как дикий зверь. Ей нельзя показывать неуверенность или страх. Да и спину лучше не подставлять.
Мы играли в гляделки примерно полминуты, а затем я молча прошёл в трактир мимо ничего не понимающей «публики». Некоторые — видимо, самые борзые — попробовали высказать недовольство моим поведением, однако не преуспели в своём благородном начинании. Я просто проигнорировал их слова.
В зале трактира народу было немногим меньше, чем на улице. Однако здесь собрались не наёмники, а обычные городские забулдыги и пьяницы, которые, похоже, выбрали это место своей штаб-квартирой. И вот они-то поприветствовали меня как родного — одобрительным гулом и поднятыми кружками.
Приятно, что хоть кто-то тебя ценит и любит...
Услышав гомон, с кухни выглянул трактирщик. Здоровяк увидел меня, вытер руки о передник и помахал огромной ладонью.
— Уже девятый бочонок пива хлещут, — сообщил он довольным тоном, когда я приблизился. — Скоро жрать захотят.
Разумеется, речь шла о той компании, которая встретила меня у входа.
— Давно они там? — спросил я.
— Кто-то приходил, кто-то уходил, но большинство стоят с рассвета.
Я кивнул. Похоже, предложенная мной плата была настолько хороша, что люди готовы были ждать. А раз так, то пускай подождут ещё немного.
Свободных лавок в глубине зала не нашлось, но мне быстро уступили место, стоило только попросить. Я сел так, чтобы, видеть всё, что происходило на улице, оставаясь в тени.
Прежде чем идти в народ, необходимо немного «помариновать» будущих подчинённых. Не из врождённой гнусности, конечно, и не потому, что я вдруг почувствовал себя большим начальником — вовсе нет. Дело было совсем в другом.
Ожидание — это неопределённость, а неопределённость нервирует любого человека. Перед таким давлением одинаково бессильны и умудрённые опытом ветераны, и желторотые новобранцы. Устоять помогает только характер. И проверить его проще всего в условиях стресса.
Именно этим я и собирался заняться. Ожидание под палящим солнцем обнажит внутреннюю сущность собравшихся перед трактиром людей лучше любого детектора лжи.