От звезды до звезды. Беглецы (СИ)
Йонге развернулся и зажал напарнику рот.
– Что вы творите, умансоо?
Зычный голос яута прокатился по рубке.
– У нас дискуссия, – откликнулся Йонге. – А ты молодец! Мы как раз за этим сюда шли! Учти, комплект матрасов и тряпок для жилых кают нужен нестандартный!
– Проницательность – свойство великих, – заметил Сайнжа и вернулся к списку.
Рудольф вытаращил глаза и перестал рваться на волю. Йонге почувствовал, как напарника сотрясает смех. Йонге продержался несколько секунд и тоже сдался. Убрал ладонь; они синхронно обнялись, и беззвучный хохот захлестнул Йонге с головой.
Просмеявшись, оба устремились в рубку. На ходу Йонге увидел, что яут уже прицеливается к полетной карте до Эльмас и ускорил шаг.
– Не тронь маршрут! – грозно сказал он, остановившись в одном шаге.
– Это скучный маршрут. Я не трогаю.
– Кому и скучный, – уязвленно отозвался Йонге, – а по мне самый оптимальный. Рудольф, синхрон когда настраивать будем?
– Да хоть сейчас, – механик рассеянно водил пальцем по строчкам. – Стоп, что это за оборудование для погруже…
Не договорив фразу, он покосился на Сайнжу. Йонге кашлянул и сосредоточенно покрутил полетную карту. Любой перевозчик старался брать комплект под ту планету, с которой предстояло иметь дело. Если комплект не шел в дело, его можно было спокойно вернуть по гарантии.
В этот раз экипаж проявил преступный идиотизм.
– Цена у него какая-то жуткая, – мрачно сказал Рудольф
– Я использовал свободный транш.
– Чего? Наш транш?
– Фелис сообщила, что у вас есть линия! Часть свободная. Я ее использовал, заказав необходимое.
– Йонге! Твои пижамы встанут нам в кредит!
Йонге молча прокрутил список, наметанным взглядом нашел “бунты проволоки золотой, сечение 0.03” и ткнул в него пальцем. Фелиция понятливо увеличила нужную позицию.
Рудольф нахохлился.
– Золотая проволока, – почти по слогам сказал Йонге.
– Это важно. Особенно на необкатанных кораблях. Вам не понять!
– Лишь бы нас со всеми этими радостями из очереди не выпнули, – вздохнул Йонге. – Фелиция?
– Получаю обновление.
Рудольф молитвенным жестом воздел руки к потолку и скрестил пальцы.
– А ножницы где? – прикопался Йонге к списку. – Не вижу ножниц!
– Пороешься в тех останках, что собраны в отдельном отсеке, – откликнулся Сайнжа, словно лично их туда относил.
Йонге покосился на напарника и мысленно вознес хвалы всем высшим силам за наличие дотошного типа с Берлина в экипаже. Можно было расслабиться – вряд ли хотя бы один винтик ускользнул от бдительного взора механика.
“Фелиция” пиликнула.
– Очередь сохранена.
– Да!
Хоровой вопль заметался по рубке. Йонге вне себя от радости ткнул яута кулаком в плечо, развернулся к Рудольфу и хлопнул того по плечам с размаху обеими руками.
– Неблагодарные умансоо, – проворчал Сайнжа.
– Очень, очень благодарные, – быстро сказал Рудольф. – Вот сейчас прокатку синхрона сделаем, и все будет просто отлично.
– А если ты еще и еды приготовил, то твой вклад станет вообще неоценим, – поддакнул Йонге.
Сайнжа пошевелил пальцами, кивнул и отошел от консолей.
– Следуйте за мной.
Йонге живо представилось, что столь величественным тоном Сайнжа мог бы отдавать команды типа “а теперь отрубите ему голову” или “мне не нравится эта планета, расстреляйте”. Судя по чрезмерно благоговеющей физиономии напарника, он думал точно о том же.
“Попомни мои слова, начнет он тут устраивать свои порядки”.
“А мы его профилактически трахнем”, – невозмутимо откликнулся Йонге.
Рудольф поперхнулся и раскашлялся, маша рукой на ходу.
Камбуз тоже радовал размерами. Йонге сразу оценил, насколько приподняты предметы мебели в отличие от стандарта. Здесь можно было не только сидеть, не сталкиваясь локтями и коленями, но и устраивать целые торжественные сборища.
Биокластер, такой же, как у “Раннера”, подмигивал набором цветных огней.
– Бортовой запас использовал? – тут же поинтересовался Рудольф. – Или на НЗ покусился?
– Не будь хрюкающим ничтожеством, умансоо, – Сайнжа погрозил пальцем. – Еще по прилету заказывал провиант для долгого набивания брюха.
– Эй, парни! – Йонге примирительно помахал. – Давайте уже пробовать, что там сварилось. Жрать хочется очень.
Сайнжа ткнул в угол панели, та откинулась, и по камбузу поплыл запах.
– Узнаю хлорелловую похлебку, – с грустью сказал Рудольф.
– И белковый сухпаек, – поддакнул Йонге.
Сайнжа нахмурился. Йонге выдержал значительную паузу, а потом улыбнулся.
– Мы пошутили, – сказал он. – На самом деле, клянусь своим синхроном, я понятия не имею, что это такое.
– А, опять попытки расставить иерархию, – снисходительно откликнулся Сайнжа. – Можете не стараться.
Он развернулся к ним спиной, потянулся за горой жратвы, и Рудольф немедленно скорчил физиономию.
– Я все вижу, бледный червь, – с угрозой сказал Сайнжа.
Хромированные поверхности внутри биокластера прекрасно отражали происходящее за яутской спиной. Сдерживая усмешку, Йонге поспешил к дезинфектору.
Едва блюдо оказалось на столе, как выяснилось, что роль смиренного повара Сайнжа играть не собирается. Одним махом великий охотник отгреб больше половины. Остальной экипаж закономерно возмутился, и состоялась краткая дуэль.
Вместо ножа Йонге оперировал боевой вилкой.
Растащив добычу по разным углам стола, экипаж приступил к набиванию брюха.
– Так когда будет доставка? – пробубнил Йонге сквозь скользкие ленты непонятного чего-то.
Сайнжа молча показал три пальца. Клыки двигались так, словно в глотке установлен дробильный аппарат. Помимо воли Йонге вспомнил реплику Рудольфа насчет бугорков в горле и торопливо запихнул в себя еще пучок водорослей. Наверное, это все-таки были водоросли.
Фелиция подобострастно шепнула, что вероятнее всего господин Саааржанайяахтаунир имеет в виду стандартные часы.
– Тогда синхронизацию начинаем сразу после обеда, – кивнул Рудольф.
Йонге показал большой палец.
*
Сектор с модулем – неслыханное дело – был вынесен в персональный отсек. Йонге сразу увидел четыре гнезда – минимальный расчет экипажа. Параграфы из инструкции начали всплывать в голове сами собой, затем из долговременной памяти с шорохом посыпались расчетные таблицы плотности синхрона на пилота в связке из двух, трех, четырех человек и далее. Мотнув головой, Йонге отогнал расчеты. Его устраивал синхрон на двоих.
Третий член экипажа маячил на входе в отсек и пощелкивал клыками. Едва слышно и очень настойчиво.
– Хватит, – не выдержал Рудольф. – Собьешь меня, и мы мозгами сваримся.
– Ты явно не много потеряешь, – заметил Сайнжа.
Рудольф погрозил ему кулаком, свободной рукой быстро тасуя карточки церебральных совмещений. Йонге рассеянно попытался оттянуть воротник и понял, что с гермокольцом такой номер не пройдет. Пришлось расстегивать скафандр. Жесткий материал поначалу гнулся с трудом, но затем умная ткань сообразила, чего от нее хотят, и вся верхняя половина скафандра резко обвисла. Твердыми остались только штанины. На всякий случай Йонге придержал их. Сайнжа опять заклекотал – с отчетливой насмешкой.
Рудольф вытащил стойки удержания, отщелкнул предохранители контактников, и толстые красные шнуры гибко заскользили из патронташей. Длинные иглы холодно поблескивали.
– Подголовники надо выше, – критически сказал Йонге.
Рудольф без возражений поднял регулировщик, и пилот закивал. Шея заранее чесалась.
– Ссыкотно? – осклабился Рудольф.
– Теперь лишь бы не лопнуть, – ухмыльнулся Йонге в ответ.
– Ну…
Яут шагнул вперед, требуя внимания.
– Что вы собираетесь делать?