От звезды до звезды. Беглецы (СИ)

Рудольф, еле высидев положенное время под колпаком медстерилизатора, умчался в грузовой отсек проверять построения равшанов. Сайнжа отправился бродить по кораблю. Йонге очень надеялся, что на камбуз яут все-таки завернет. Если не считать опустошенной корзины с фруктами и легкого обеда, поданного на шаттле, не жрали они чертовски давно.
“Здесь чисто, – прорезался Рудольф. – Если никаких проблем, я до синхронизатора”.
“Все чисто, – эхом отозвался Йонге. – Сигналь, как будет готово”.
“Угу. Сейчас еще к тебе загляну, надо нащелкать кое-чего”.
Яут слегка опередил механика. Йонге выглянул из защитного пузыря на стук когтей. Великий охотник прохаживался по рубке кругами, внимательно глядя вверх.
– Здесь не будет висеть никаких черепов и трупов, – строго сказал Йонге.
Невольно он потянул носом, пытаясь уловить в корабельном запахе частицы гнилостных миазмов, и спохватился, что “Алебастр” навсегда остался в ведении Лефса.
– Почему нет, – возразил Сайнжа. – Много места, достойно применения высокого искусства.
– Твое высокое искусство нам эмблему придумало?
Сайнжа заворчал и сменил курс по направлению к консолям.
– Так-так! – заорали от дверей.
Рудольф стремительно прошел через всю рубку.
– Не сметь трогать консоли вперед хозяина! Это мое!
Сайнжа обернулся и смерил Рудольфа взглядом так тщательно, будто прикидывал, выйдет ли из механика достойный трофей, которым можно будет украсить рубку.
– Мелочность и глупость, – вынес он вердикт, делая шаг в сторону.
Рудольф почти лег на консоль, любовно оглаживая гладкие пластиковые обводы.
– Он не хотел тебя обидеть, моя дорогая, – пробормотал он.
Йонге показалось, что Рудольф все-таки приложился губами к консоли.
– Хочешь эмблему – пусти меня, – вновь подал голос Сайнжа.
– Да нам не только эмблема нужна, – вздохнул Йонге и застыл на своей верхотуре, осененный жуткой мыслью.
Рудольф оторвался от консоли и почесал в затылке.
– Слушайте, – Йонге встал и легко сбежал по пандусу. – А комплектацию ППН мы заказывали?
Сайнжа немедленно прошествовал к освободившемуся креслу и занял его. Йонге метнул в яута грозный взгляд, наткнулся на стену невозмутимости и покосился на Рудольфа.
– Э-э… – Рудольф озадаченно осмотрел рубку. – Нет.
Йонге уставился на собственные ботинки. В запасе у него был рабочий костюм – одна штука, пляжная экипировка – один комплект и украденная зубная щетка. Еще противосолнечные очки. Контейнер яутского хлама и кое-какое оборудование.
– Мы в заднице, – заключил он.
– Да твою налево, – Рудольф лихорадочно поскреб в затылке снова. – А когда у нас вылет? Может, успеем доставку заказать?
Фелиция значительно прокашлялась с потолка.
– На вылет назначен слот номер шесть. Очередь вылета – девятая. Время до вылета – двадцать часов.
– Сколько? – страшным голосом переспросил Йонге.
– Двадцать часов, – почти с опаской отозвалась Фелиция.
– Да епта, почему так долго-то? – не выдержал Йонге. Волосы зашевелились от потока электричества. – То есть… Ладно, так… Как поменять место в очереди? Это вообще возможно? Мы так к хренам опоздаем!
– Пожалуйста, переформулируйте запрос, – прошелестела Фелиция.
– Запрос от МКР класса “Сигурни-4” на смену очереди в связи с выполнением обязательств по доставке груза согласно договору, – терпеливо изложил Йонге.
– Принято и отправлено.
Рудольф постучал кулаком по ладони и решительно двинулся к выходу.
Сайнжа перестал ерзать в кресле и обернулся в его сторону. Вслух он ничего не сказал, но Йонге счел нужным провести разъяснительную работу.
– Он до модулей пошел. Нужно синхронизацию обновить, без нее Фелиция плохо соображает.
– Разве машина может плохо соображать?
– В смысле, не понимает, как обычно, с полуслова.
– Ха! Это неудивительно. Я тоже часто не понимаю, о чем вы бормочете.
Йонге усмехнулся, заложил руки за спину и медленно двинулся в обход рубки. Половину стандартных консолей Рудольф вычеркнул из планировки. Дублировать функции на корабле, предназначенном для команды из троих, не было смысла. Расчищенное место позволяло свободно передвигаться, а стойки кьюб-экрана привольно разместились по “углам”. Йонге представил, какая огромная и подробная карта может быть развернута во всем этом пространстве, и счастливо вздохнул.
 
Прохаживаясь, он ничего не трогал. Адреналиновая горячка, в которой они прыгали от Лифанги до Скуль, а потом еще и к Сельве, позволяла игнорировать чуждость корабля. Но теперь, на новом судне казалось, все покрыто слоем защитной смазки. Проведенная дезинфекция усиливала чувство.
– Получен ответ на исходящий запрос номер один, – важно сказала Фелиция. – Очередь выстраивается в соответствии с приоритетами по кредит-полетной истории. К сожалению, ваши долговые обязательства превышают обязательства впередистоящих участников очереди на вылет.
Пару мгновений Йонге молчал, а затем смачно и длинно выругался.
– Сраные бюрократы! – закончил он и зарылся руками в волосы. – Вот что с этим делать, а?
Сайнжа заворочался в кресле, поднялся и спрыгнул на пол, игнорируя помост. Подошел к консолям, несколько секунд шевелил пальцами, затем сориентировался и вызвал кластерное меню.
Оно было на рог-спике. Перевод на яутский не появлялся.
– Фелис! – прорычал Сайнжа. – Где язык великой Найхави?
Искин не отвечал, а изображение панически вздрагивало, словно пыталось раздвоиться.
– Фелиция, загрузи базовый язык навигатора, раса яут, – почти устало сказал Йонге.
Искин по-прежнему молчал, но экран тут же разделился на две части.
– Теперь я вижу твою правоту, – буркнул Сайнжа.
– Не думаю, что двойное гражданство поможет, – прокомментировал Йонге. – И твой статус императорского сыночка, знаешь ли, тоже.
Сайнжа, не оборачиваясь, поманил его пальцем. Пожав плечами, Йонге по привычке поискал карманы на скафандре, вздохнул и подошел к яуту. Сайнжа полуобернулся. Выбросил руку и сграбастал первого пилота за шею. Йонге не успел ничего сделать, а Сайнжа уже прижал его локтевым захватом и начал тыкать в экран.
– Глупый умансоо! Смотри, Йхо-онхе! Ты сам ставил на аукцион меры вещей! Так почему ты не проверяешь их статус?
Отчаянно пытаясь высвободиться, Йонге не находил слов для оправдания.
“Чем вы там заняты? – прорезался Рудольф. – Что за блядская оргия?”
“Да душит он меня! Твою мать!”
“А, ну тогда все в порядке”.
Рудольф отключился. Сайнжа ослабил хватку, позволив Йонге вдохнуть полной грудью.
Сжав зубы, Йонге ожесточенно начал тыкать в элементы управления. Голограммы слегка потрескивали от статического электричества. Сайнжа снисходительно ворчал над головой, и Йонге все яростнее сверялся со списками. Яут фыркнул и отчетливо отодвинулся. Йонге почувствовал тяжелые шаги.
Без надзора дело пошло бодрее.
До сих пор Йонге не выставлял на аукцион такие товары, поэтому количеством предложений оказался ошарашен. Взяв себя в руки, он избавился от откровенного шлака, отсортировал оставшееся и после недолгих раздумий удалил еще несколько категорий. Итоговый список с пятью кандидатами повис над консолью. Для значительности Фелиция обвела его в рамочку.
Цену все предлагали одинаковую. Но вот покупательский индекс у пятерки победителей стоял разный. Предстояло сделать сложный выбор: кто из покупателей лучше всего скажется на рейтинге малого коммерческого товарищества. Отзывы заказчиков тщательно записывались в сводный рейтинг, и от этого зависели последующие заказы, возможность участия в тендерах и многое иное. Йонге нахмурился и начал грызть ноготь.
– Торопись, умансоо, – голос Сайнжи донесся уже от выхода. – Иначе я не буду вознаграждать вас секретами кулинарных искусств имперского дома.
– Это шантаж, – вполголоса пробормотал Йонге, не отрываясь от заместительного обгладывания.