Остров Мертвецов (ЛП)

— Почему вы не сказали мне, что собираетесь разобраться с ним? — Яростно потребовала ответа я, когда поняла, что они бросили меня специально, чтобы найти его. Даже после того, как узнали, что я сама хотела поквитаться с ним за то, что он сделал со мной.
Хорошая девочка, сладенькая. Клянусь, на мгновение я услышала его голос в своих ушах, и дрожь пробежала у меня по спине при одной мысли о нем.
— Потому что ты бы захотела пойти, а я ни за что на свете не подпустил бы тебя к нему, — выпалил Фокс. — И я советую тебе воздержаться от любых идей, которые могут возникнуть у тебя насчет того, чтобы наброситься на меня прямо сейчас, колибри, потому что я знаю, что ты, блядь, снова сбежала сегодня вечером, и я уже более чем зол на тебя.
— Ты злишься на меня? — В недоумение спросила я. — Ты такой властный, контролирующий ублюдок. С какого хрена ты взял что имеешь право приставлять мне нянек и держать подальше от драки, в которой я имела полное право участвовать?
— У меня гребаная пуля застряла в заднице, так что можем мы хоть на минуту сосредоточиться на этом? — Прорычал Чейз, и я бросила ядовитый взгляд на Фокса, когда Джей-Джей схватил Чейза и начал помогать ему добраться до дивана.
Фокс отпустил их и схватил меня за запястье, прижав к стене и положив руки по обе стороны от моей головы, а затем наклонился и заговорил прямо мне в лицо.
— Ты больше никогда и близко не подойдешь к Шону Маккензи, — прорычал он. — Мне насрать, хочешь ли ты быть той, кто прикончит его. Уверен, среди выживших после его гребаной тирании найдется немало желающих заполучить его голову в свои руки, но я могу пообещать, что ты не будешь той, кто ее отнимет. И да, я с радостью приставлю к тебе нянек, запру тебя и сделаю все, что угодно, лишь бы уберечь тебя от него, и мне плевать, если ты будешь ненавидеть меня за это. Ты моя, колибри. И от мысли, что он когда-нибудь снова прикоснется к тебе своими грязными гребаными руками, у меня мурашки бегут по коже. Я могу обещать тебе, что он больше никогда даже не взглянет на тебя, не говоря уже о чем-либо другом.
— Ты чертовски сумасшедший, если думаешь, что я…
— Хоть раз в своей гребаной жизни просто делай, что тебе говорят! — Фокс зарычал на меня, и я отпрянула к стене, а мое сердце бешено заколотилось в груди. — Ты хоть представляешь, как близки мы двое были к смерти сегодня ночью от рук человека, с которым ты раньше на досуге трахалась? А потом я узнаю, что ты снова сбежала хрен знает куда, и мне пришлось беспокоиться еще и о тебе! Так что нет, мне плевать, если ты меня за это ненавидишь, и нет, мне плевать, если ты хочешь меня проклинать, называть сумасшедшим или любым другим гребаным словом, которое тебе нравится. Ты. Моя. И рано или поздно ты это поймешь, но в любом случае ты начнешь делать то, что тебе, блядь, говорят.
Кулак Фокса врезался в стену рядом с моей головой, и я в испуге отпрянула в сторону. Но он уже рванулся прочь от меня, срывая с себя окровавленную рубашку и швыряя ее в мусорное ведро, прежде чем взбежать по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки за раз, и исчезнуть. Дверь его спальни хлопнула так сильно, что мгновение спустя стены содрогнулись, и мне пришлось несколько раз моргнуть, чтобы смахнуть с глаз навернувшиеся слезы. Не было ни малейшего гребаного шанса, что я буду плакать из-за него.
Я обнаружила, что Чейз и Джей-Джей смотрят на меня с другого конца комнаты, где Чейз лежал на диване на животе, а Джей-Джей держал в руке аптечку первой помощи.
— Красотка, — тихо пробормотал Джей-Джей, протягивая ко мне руку, как будто думал, что я могу убежать. И, может быть, я хотела этого, но, когда мой взгляд упал на кровь, пропитавшую брюки Чейза, и жгут на его руке, я сморгнула слезы и подняла подбородок.
— Я могу помочь, — сказала я, игнорируя вспышку гнева Фокса и направляясь к ним. — За эти годы я научилась латать людей — моя медицинская страховка на последней работе была полным дерьмом.
Джей-Джей попытался улыбнуться мне, но у него не получилось, и Чейз только выругался, меняя позу на диване.
  
— Мне нужно отлить, — сказал Джей-Джей, его взгляд встретился с моим, и я была готова поспорить, что презерватив, который он оставил висеть на своем члене, вызывал у него некоторые неудобства.
Мне не нужно было, чтобы он говорил хоть слово о том, чтобы я держала язык за зубами в отношении того, что мы делали здесь сегодня вечером. Черт знает, что сделает Фокс, если узнает, и я не собиралась рисковать тем, что он причинит боль единственному мужчине в этом доме, которому было действительно не плевать на меня и на то, чего я хочу. Фокс просто хотел контролировать меня, загнать в маленькую красивую клетку и выводить поиграть с ним, когда ему заблагорассудится. Но ему было абсолютно насрать на то, чего хочу я. Для него это вообще не имело значения. Я была для него собственностью, и не более того. А Чейз… что ж, Чейз был счастлив разрушить мою жизнь и отправить меня в тюрьму гнить на хрен знает сколько времени, вместо того чтобы позволить мне жить в этом доме.
Так что я понятия не имела, почему опустилась на колени рядом с ним и взяла аптечку, чтобы помочь ему.
Джей-Джей ушел, и как только он ушел, Чейз заговорил.
— Твое платье надето задом наперед, — пробормотал он, и я подняла глаза, чтобы встретиться с ним взглядом, обнаружив в нем боль, выходящую за рамки ран, которые он получил.
Я оглядела себя, обнаружив, что он был прав, и неловко прочистила горло.
— Это уничтожит Фокса, когда он узнает о вас двоих. А затем, в свою очередь, уничтожит и всех нас, — добавил он.
— Думаю, ты хотел бы, чтобы твой план сработал, и я была сейчас заперта где-нибудь в уютной колонии строгого режима, — с горечью ответила я, вытаскивая руки из бретелек своего платья и прокручивая его так, чтобы оно снова было надето должным образом.
— Это не входило в мои планы, — проворчал Чейз, переводя взгляд с меня на то, как я снова продеваю руки в бретельки платья. — У меня был адвокат, который должен был прийти и предложить тебе сделку. Копам заплатили, все было подстроено. Все не должно было пойти наперекосяк так, как пошло — они доставили тебя не в тот гребаный участок. Потом мой парень сказал мне, что ты согласилась на сделку, забрала деньги и машину и снова сбежала. Я думал, что дело сделано, ты свободна начать что-то новое, а мы могли бы продолжать быть счастливыми, не давая тебе шанса уничтожить нас. К тому времени, как я понял, что он отдал деньги не той гребаной девчонке, Маверик уже приехал, чтобы забрать тебя, и все пошло настолько плохо, насколько это вообще возможно.
Чейз взглянул в сторону лестницы на случай, если кто-то из остальных возвращался, и я фыркнула.
— Что заставило тебя подумать, что я согласилась бы на твою гребаную сделку? — Я зашипела. — Ты хотел избавиться от меня и раньше, так почему я должна была отказываться все время до этого момента, а потом вдруг передумать и забрать деньги?
— Я предлагал тебе много денег, — прорычал он. — И я бы предложил больше. У каждого есть своя цена, малышка. Я просто хотел, чтобы ты оказалась в затруднительном положении, пока мы ведем переговоры. Ты бы скорее согласилась на сделку, чем оказалась бы в гребаной тюрьме, и мы оба это знаем.
— Нет, мы не знаем, — сказала я, хватая его сзади за штаны и стаскивая их вниз, обнажая его кровоточащую ягодицу. Чейз застонал от боли, а я лишь ухмыльнулась, прикладывая кусок марли к ране. — Мне не нужны и никогда не были нужны твои грязные деньги, Чейз Коэн. Нет такой цены, которую можно было бы назначить за то, что я от тебя хочу, и я бы предпочла сгнить в тюрьме, чем получить деньги от какого-то мудака, который думает, что может решать мою судьбу за меня. В таком случае, я должна предположить, что ты позволил бы мне поплатиться за это, когда я отказалась бы.
— Нет, — яростно отрезал он, схватив меня за руку и заставив остановиться, поскольку его глаза вспыхнули от эмоций. — Я бы никогда не позволил тебе попасть в тюрьму, малышка. Я просто… хотел, чтобы ты ушла. Я хотел, чтобы было больно сейчас, чтобы не было еще больнее потом, потому что мы оба знаем, что именно так эта история и закончится. Посмотри на Фокса — он сходит по тебе с ума, а ведь он еще даже не трахнул тебя. Он едва держится, зная о тебе и Шоне, не говоря уже о Маверике, а теперь еще и Джей-Джей вовлечен, и все это вот-вот взорвется прямо у нас перед носом, если мы не остановим это сейчас. Или потом. Потому что я вижу, что время уже на исходе. Ты как заноза, которая пробралась под кожу моей семьи, и я не вижу способа вытащить тебя, не отрезав кусок плоти.