Остров Мертвецов (ЛП)
Тело упало на землю прямо за трейлером впереди нас, и безжизненные глаза одного из моих «Арлекинов» уставились на меня. Меня охватило беспокойство за моего отца, и я молился, чтобы он привел с собой достаточно людей, чтобы выиграть этот бой.
— Эй! — рявкнул парень позади нас, и Чейз поднял свой вес достаточно, чтобы я повернул голову.
Один из людей Шона был там, он забрался под трейлер и зажал нож в зубах. Чейз пнул его, затем застонал от боли в своих ранах, и я, наконец, оттолкнул его от себя, сам пиная мудака, когда тот подобрался к нам. Он вынул нож изо рта, полоснув им по моей ноге, и я едва избежал удара, пробираясь к выходу, пока Чейз тянул меня за руку, заставляя двигаться.
Псих продолжал следовать за нами, пока мы отчаянно пытались выбраться с другой стороны трейлера, и Чейз выругался, когда этот ублюдок вцепился в него. Я вскочил на ноги, схватил его за руку и рывком поставил рядом с собой, когда парень попытался выползти вслед за ним. Я пинал и пинал его, как дикарь, пока у него не сломалась шея и ублюдок не затих.
Я обернулся и увидел, что Чейз побледнел от потери крови, стекающей по его левой руке, пока он держался за задницу другой.
— Все в порядке, — ответил он на мой обезумевший взгляд, и я развернул его, обнаружив, что его правая ягодица чертовски кровоточит. Иисус Христос.
Я схватил пару пистолетов у мертвого «Арлекина» на земле и передал один своему брату, его пальцы были скользкими от крови из ран, когда он брал его.
Мне все еще нужно было прикончить Шона, так что я прижался спиной к разрушенному трейлеру, держа Чейза поближе к себе, когда подошел к его краю и выглянул из-за него. Шон забирался в один из грузовиков, пока «Арлекины» неслись по поляне и убивая его людей.
Я взревел от гнева, выбегая из своего укрытия и обрушивая адский огонь на автомобиль, пока он уносился по грунтовой дороге в лес. Я выпустил все пули, которые у меня были, пока пистолет не разрядился, и ярость захлестнула мою грудь, когда грузовик исчез в темноте.
Лютер вбежал в поле зрения, столкнулся со мной и обнял меня крепче, чем когда-либо с тех пор, как я была ребенком. Он осмотрел меня на предмет пулевых ранений, когда Чейз добрался до меня, прихрамывая, и прижимая к себе кровоточащую руку, а другой — держась за задницу.
— Ты в порядке, малыш? — Спросил его Лютер, сдвинув брови.
— Всего пара царапин, — процедил он сквозь зубы, и я задрал рукав его футболки, чтобы обнаружить кусок, вырванный из его руки. Я оторвал кусок своей собственной рубашки и туго перевязал им рану, чтобы остановить кровотечение, но с его задницей я сейчас мало что мог поделать.
— Тебе не следовало делать то, что ты сделал, — зарычал я на него.
— Что он сделал? — Требовательно спросил Лютер.
— Улегся на меня, когда начали лететь пули, — выплюнул я, а затем перевел взгляд на Чейза. — Никогда больше так не делай.
Чейз уставился на меня взглядом, который говорил, что он ни о чем не жалеет и будет делать это снова и снова, независимо от того, что я ему прикажу. Я сделал мысленную пометку силой переубедить его на этот счет, но прямо сейчас нам нужно было убираться отсюда.
Лютер похлопал его по здоровой руке. — Молодец. Вы двое отправляйтесь домой. И позаботься о своих ранах, Чейз. Я поведу своих людей за Шоном. — Он кивнул мне и зашагал туда, где у костра стоял Гордон, оглядывая разруху. Лютер поднял пистолет и дважды выстрелил ему в грудь, а затем один раз в голову, в его глазах была холодная отрешенность, когда человек, ослушавшийся его приказа, замертво рухнул на землю.
— Выдвигаемся! — Лютер приказал Команде, и я помог Чейзу идти, когда мы направились обратно тем путем, которым пришли, и оставили их преследовать Шона.
Хотя я не думал, что им сильно повезет: Шон уже давно ушел, и он заляжет на дно, как только выберется из леса.
Я взял свой и Чейза телефоны рядом со стулом Шона, передав Чейзу его, прежде чем попытаться позвонить Джей-Джею еще раз. Ответа по-прежнему не было, и мой пульс забился неровно, когда я обменялся взглядом с Чейзом, а затем попытался дозвониться до Роуг. Ничего.
Я был в отвратительном, сучьем настроении, и я, черт возьми, устрою Роуг ад за то, что она ускользнула от моих парней сегодня ночью.
Тебе лучше хорошенько спрятаться от меня, колибри, потому что, если я найду тебя сегодня ночью, твоя задница будет болеть так же сильно, как у Чейза, к тому времени, как я закончу тебя наказывать.
Моя задница была прижата к холодной столешнице кухонного островка, в то время как Джей-Джей требовал наказывающего поцелуя с моих губ и вонзал свой член глубоко в меня, а я упиралась пятками ему в спину, требуя большего. На мне все еще были мои долбаные кроссовки, а лифчик был сдвинут только для того, чтобы обнажить грудь, но мы оба были слишком увлечены тем, что делали, чтобы избавляться от оставшейся одежды, так что даже штаны Джей-Джея были просто спущены до лодыжек.
Мы оба тяжело дышали и стонали, потерявшись друг в друге, по мере того как приближались к нашему финальному оргазму. Джей-Джей был близок к тому, чтобы кончить, я чувствовала это по напряжению его мышц и по тому, с каким отчаянием он целовал меня, и на этот раз я ни за что не позволю ему отступить от края.
Его член входил в меня все сильнее и сильнее, его рука сжимала мою задницу, поощряя мои движения, а мои бедра сжимали его талию в явном требовании.
Где-то неподалеку раздался гул автомобильного двигателя, но я не могла об этом думать, потому что член Джей-Джея утолщался внутри меня, а я трещала по швам. Мои пальцы вцепились в его волосы, и я поцеловала его еще крепче, когда с последним толчком моя киска плотно сомкнулась вокруг его толстого члена, и мы вдвоем погрузились в экстаз.
Я плюхнулась обратно на столешницу, увлекая Джей-Джея за собой, и его губы прошлись дорожкой поцелуев по моей шее, а я лежала, пытаясь отдышаться, в то время как мое сердце бешено колотилось.
Звук чьей-то ругани и шагов, поднимающихся по лестнице из гаража, заставил Джей-Джея внезапно выпрямиться, и я испуганно ахнула, узнав голос Фокса.
— Просто обопрись на меня, я держу тебя, брат.
— Дерьмо, — прошипел Джей-Джей, вытаскивая из меня свой ствол и надивая спортивные штаны, даже не сняв полный презерватив со своего члена.
Я вскарабкалась на кухонный остров, поймала свой розовый сарафан, когда Джей-Джей швырнул его мне в лицо, и натянула его.
Шаги становились все ближе, и до моего слуха донесся болезненный стон Чейза. Я огляделась в поисках трусиков, опуская лифчик на место, чтобы снова прикрыть соски, дрожащими пальцами от страха быть пойманной и кайфа от того, что мы только что сделали.
Джей-Джей нашел мои трусики у холодильника, но прежде чем он успел бросить их мне, дверь гаража распахнулась, и я спрыгнула с остова, а он просто засунул их в карман своих спортивных штанов вместе с оберткой от презерватива, вместо того чтобы попытаться вернуть их мне.
Чейз и Фокс, спотыкаясь, вошли в дверь вместе, и я резко втянула воздух, когда заметила кровь, покрывавшую их обоих, а Джей-Джей выругался, поспешив к ним, чтобы попытаться помочь со мной на хвосте.
— Что случилось? — Потребовала я, остановившись между ними и переводя взгляд с одного на другого. Я обхватила щеки из обоих ладонями и заставила их посмотреть на меня, чтобы я знала, что с ними все в порядке.
Зеленые глаза Фокса были полны беспокойства, но в голубых глазах Чейза читалась боль.
— Где ты, блядь, был? — Фокс резко зарычал на Джей-Джея, когда тот подошел ко мне сзади, и я с тревогой оглянулась на него, отпуская двух мужчин передо мной.
— Работал, чувак. Ты же знаешь. Что, блядь, случилось с вами двумя? — Спросил Джей-Джей.
— Шон, — прорычал Чейз, и я снова посмотрела на него, а мое сердце подпрыгнуло от страха при этом имени. Гребаный Шон?
