Простая девчонка (СИ)

— Знаешь, не хочу я больше ни о чём ни договаривать, ни говорить. Хватит разговоров на сегодня.
— Я тебя предупредить хочу, в ваши девичьи разборки я лезть не собираюсь, это к тому, если наши девчата травить тебя начнут. Надеюсь ты это понимаешь? Так что не нарывайся.
— Пусть травят, только смею уверить тебя, ничего они не добъются. Знаю я какие вы, дети богатых родителей, на твоём примере, два года назад убедилась. Сейчас даже удивляюсь, с чего это такая забота обо мне? Ты ж ненавидел меня, сколько я помню, так что и покровительство мне твоё не нужно, и забота не нужна, вообще ничья. Можешь выйти из комнаты? Я спать хочу.
— Смотри, я предупредил тебя. Просто девчата наши любят травлю. Не верь никому, ни одному слову. Обманут.
— Знаю. Мог бы и не предупреждать. — Лариса отвернулась, ждала моего ухода.
Полночи думал о ней. Через стенку было слышно, как она говорила по телефону. Слов не разобрать конечно, но я понял что говорила с тем Никитой. Что это там за друг такой, Никита? Нет. Нет никаких Никит. Есть я, Даниил, а других друзей не потерплю. Это что? Я, ревную? О, боже мир перевернулся с ног на голову и таким остался! Камиллу ведь никогда не ревновал а тут, Лариску ревную. Ревную. Разве я виноват? Разве я виноват, что она так похорошела? Разве я виноват что она снова у меня в доме? Разве я виноват, что… что влюбился? А я влюбился?
Звонит кто то. О, Камилла, легка на помине.
— Алло, привет зай. Что так поздно звонишь? Случилось что? — Понятно, ревнует.
Странное дело, я ревную Ларису, Камилла ревнует меня.
— Привет. Как ты? Как там наша крыска? Слушай, мы тут такое с девчатами придумали, короче Лялька…
О боже, с первого дня начинается, одни спорят, смотрю уже ставки делают на Ларису, эти пакость какую-нибудь мелкую придумали, а мелкая пакость, самая подлая.
— Ты ничего не придумала, девчата как хотят. Прекращай Камилла свои дурацкие розыгрыши, не нравится мне всё это. Что вы там придумали? — Перебил я её. — Хватит!
— Ничего. — Обиженно ответила она. — Зачем ты за неё заступаешься? Самому что ли понравилась?
— Камилла! При чём здесь это? Что вы делать собрались, ещё раз спрашиваю? — Разозлился до невозможности. Ну разве это дело, взрослые люди, ведут себя хуже детей.
— В компоте искупать хотели, это же невинная шутка. Короче Алёнка, типа Ярика заревновала и обольёт её компотом. Что здесь криминального? Непонимаю.
Непонимает она. Хорошо, на примере объясню.
— Я завтра вас с этой Алёнкой оболью если компотом, вам понравится? — Разозлился я.
Алёнка, подруга Ярика, мы её ещё Лялька зовём. Та ещё девица, любит она новеньких троллить. Надьку Коврову в прошлом году больше всех доставала.
— Дань, ты что? Тебе же не хочется чтобы она жила у вас? Или ты передумал? — Подозрительно спросила она. — Быстро ты своё мнение меняешь.
— Считай как хочешь, но принимать участие в этом, как его называешь" розыгрыше", ты не будешь, иначе поссоримся. Поняла меня? Отец всю плешь проел, только и слышу от него: не давай девчонку в обиду, тут ты на как зло. Очень хочешь чтобы меня в интернат отправили?
— Да, ладно, куда он тебя отправит? Никуда. Данечка, ну ты же понимаешь, девчонок я не могу отговорить, и даже не проси. — Капризно пропела она. Почему у неё голос такой противный?
— Ну, хорошо, если что то пойдёт не так, я с тебя строго спрошу. Отговорить, всё же, постарайся. Детский сад, какой то. Вы хоть понимаете что это глупо?
— Ладно. Попробую. — Нехотя согласилась Камилла.
Нет. Ты не попробуешь. Ты и пробовать не будешь, знаю я тебя. Ох, Лариска, держись!
  
Глава 4. Лариса
 
Даниил вышел из комнаты, я закрыла дверь на ключ. Села на кровать. Это перебор, два раза в день, видеть братца, и не только видеть но и говорить с ним. Я просто была без сил. Моральных, имею в виду. Он что, решил теперь таким образом выжить меня из дома? Своей красотой и харизмой? Трудно, трудно говорить с ним. Странный человек Даниил. Что он задумал? Непонятно. Почему то предупреждает меня об опасности. Знает что то? Напрямую не говорит. Намёками. От этого вообще не по себе. Ладно, завтра в школе увижу, буду действовать по обстоятельствам. Легла, настроение испортилось. Почему? Потому что Даниил ко мне заходил? Или потому что вышел? Нет, я не плакала, я вообще плакать по пустякам разучилась. Даже друг мой Никита всегда удивлялся и говорил: ну Лариска, ты как пацан, девчат когда обидят, они обычно плачут, а ты нет, разозлишься только, так как пацаны делают.
 
Не плакала, просто после ухода Даниила в груди образовалась пустота, как будто, что то, вытащили из неё. Сердце? Не может быть! Ведь, не только же он ненавидит меня, я же его тоже.
О, Никита наверное звонит, только подумала о нём.
— Привет Никит.
— Ларка, привет, как ты там, привыкаешь к светской жизни? Отчима твоего вчера по телеку видел, подумал, вот подруге повезло.
— Никита-а-а, скажешь тоже-повезло. Это с какой стороны посмотреть, ты надеюсь понимаешь, что я даже правил поведения в этом обществе не знаю, говорю, то что думаю, веду себя как есть, притворятся не умею. Веду себя так же как обычно и не знаю, что из этого выйдет.
— Правильно делаешь Лар, знаешь, когда человек ведёт себя естественно, это хорошо. Зачем тебе подстраиваться под кого-то, под это высшее общество. Ты выросла в другой атмосфере.
— Поддержал ты меня, понимаешь, сегодня парень один из нашего класса подходил знакомиться, назвался Ярославом, такой противный, так рисовался, что я разозлилась. Никита, похоже нажила я себе врагов, причём в лице всего класса.
— А девчонки как себя ведут? Познакомилась с кем?
— С одной девчонкой, Надя зовут, затравленная, зашуганная одноклассниками. Села с ней за одну парту,
— Понятно. Брат достаёт сильно?
— Нет. Предупредил меня, чтобы не дерзила никому, иначе травить начнут. Не пойму его, то ли повзрослел немного, за ум взялся, то ли замышляет, чего-то.
— Лариска, смотри в оба, что то, я переживаю за тебя, в случае чего не давай себя в обиду, лупи всех.
— Да разве я всех одолею, их же много. — Засмеялась я. — Ты мне настроение поднял. Последую твоему совету. Если не всех, но пару-тройку одноклассников уложу отдыхать.
— Не сомневаюсь. — Тоже засмеялся он. — Может встретимся в воскресенье, погуляем? Ты, Маринка с Матвеем и я?
— Согласна. Созвонимся?
— Хорошо, созвонимся.
— Как вы там? Всё нормально? — Поинтересовалась я.
— Да, мы то что? Нормально всё у нас, как всегда, что в том году, что в этом. Классная та же, ученики те же, только тебя нет. Скучаем.
— Я тоже по всех скучаю. Ладно Никит, давай пока. Привет всем.
— Пока Лар, тебе, кстати, тоже привет от всех. Да, вот что спросить хотел, а мать то как к тебе там относится?
А как ко мне мать относится? Да, равнодушно, Герман Алексеевич и то внимания больше проявляет ко мне.
— Как всегда, понимаешь Никит, я для неё чужая всегда была. Она больше к Даниилу привязана. Да знаешь, по простому говоря, мне вообще по фиг. Я сама её чужой считаю.
— Понятно. Ну, пока.
— Пока.
— Шаталова, ты почему такая нелюдимая? Давай знакомится, я Филипп, и ты мне нравишься. Хочу пригласить тебя в кино, сегодня. — Это блогер местный подошёл, а его Руфина, зло зыркнула своими совиными глазами, которые не двигаются у неё, так мне показалось.
Ты либо отойди от меня, индеец из племени ирокез, либо я тебе, сейчас причёску испорчу. Я молча смотрела на него. Прямо в глаза, мрачно, зло. Мой взгляд вообще редко кто выдерживает. Да, я такая стала, колючая как ёжик.
— У тебя что? Так всё плохо? — Спросила я всё-таки. — Никто в кино идти не соглашается?
Он похоже опешил, смотрел на меня как то ошарашенно. Все в классе притихли, ясно же, что всё это- концерт на публику. Я не дура, сразу просекла, что к чему.
— Почему? Есть такие, которые соглашаются. — Промямлил он наконец. — Я вниманием женщин не обделён.