Простая девчонка (СИ)
— Пацаны а может, хватит ребячеством заниматься? Может, прекратим всю дурь? — Спросил я, за что получил неодобрительный взгляд от Камиллы. Она заревновала, это я ещё в школе понял.
И заревновала не на пустом месте, Лариска меня покорила. С первого взгляда.
— Да что ты, Дань, смешно же будет. Давайте, давайте, немного спесь с неё собъём, а то дезкая она.
Я больше ничего не стал говорить никому. В общем Яр и Фил забились. Кто первый завалит девчонку. Предупредить надо бы её. Но как? По нашим правилам негласным, я не имею права этого делать. Никто не имеет. Задача. Ладно, намёком попробую.
Домой я приехал поздновато и сразу к девчонке в комнату зашёл. Посмотреть надо, чем она занимается, как устроилась в моём доме. Девчонка подняла голову, она что то положила в рюкзак, застегнула его.
— Явилась. Я же говорил, забудь сюда дорогу. Ты не поняла? — Нахмурил при этом грозно брови.
Девчонка зло сверкнула глазами и в тон мне ответила.
— Насильно притащили. Какой дурак сюда возвращаться захочет. Почему не постучал в дверь?
Я ещё стучать буду, ты смотри какая воспитанная.
— Почему я здесь, в этом доме, стучаться должен? — Обвёл глазами комнату. Девчонка молча смотрела на меня, мне показалось с каким то презрением. — Смотрю, ты дерзкая стала? Ну что же, перевоспитаем. — Ишь ты, красавица. А ведь и правда красавица.
— Тебя бы кто перевоспитал, может тогда, ты поумнел бы хоть чуть-чуть. — Снова борзанула она. — А то всё, как ребёнок обиженный себя ведёшь.
— Что ты сказала?! — Сейчас договоришься, я тебе губы откушу. Дождёшься, поцелую ведь. — Кто ребёнок? Я такой ребёнок, который сам "ребёнков" делать может.
— Что слышал! — Снова в тон отвелила Лариска. — К тому же, пошляк! Зачем пришёл, говори и умватывай из моей комнаты.
— Твоей, значит. С каких это пор? Ты хоть понимаешь, что ты чужая здесь? — Не удержался я всё-таки.
— Не беспокойся брат. — Издевательски выделила слово "брат". — Ни одного дня лишнего не задержусь в этом "чужом" доме. Как только восемнадцать исполнится, сразу уйду. Понятно? Так что психи свои, при себе оставь, повзрослеть пора. И не надо мне при каждом удобном, и неудобном случае напоминать, что я чужая. Сама это прекрасно знаю.
— Язык смотрю, длинный стал у тебя, укоротить придётся. И когда же тебе восемнадцать будет? — Усмехнулся я. — Скажи. Отметим, в ресторан всем классом закатим.
— Скоро. Заметить не успеешь, как я смотаюсь отсюда, и ни разу не пожалею, потому как ни тебя, ни Римму видеть не хочу. Отца только твоего уважаю. — Зло выпалила Лариска. — А ресторан для других оставь.
Я просто опешил от её наглости. Да она, берега попутала, что ли? Вообще не отупляет, что говорит и с кем говорит. Кошмар. Но с другой стороны послушать её интересно.
— Хммм, значит не рада сама? Страха я смотрю не испытываешь, совсем испортилась. Про подушку не забыла? — Напомнил ей, как напугал её тогда.
— Я ничего не забываю, у меня вообще память хорошая. Ты прав, и страха не испытываю. Я сама тебя на хрен этой подушкой задушу. — Снова ошарашила меня Лариска.
— Ясно. — Насмешливо процедил я. — Не вздумай в школе сказать, что ты у нас живёшь.
— Нужен ты мне, я ещё в школе о тебе говорить буду. — Устало, как то, сказала девчонка и вздохнула.
— Зачем с Надькой села? Ты знаешь, что её не любят в нашем классе. Смотри, как бы с тобой подобное не случилось. — Предупредил я её.
— Затравили девчонку что ли, стадо баранов? Ох и элита! — Покачала Лариска головой.
Я молча вышел из её комнаты, зашёл в свою и упал на кровать. Вот это Лариска, совсем борзая стала, а глаза у неё какие красивые, аж огнём синим загорелись от злости. Насчёт баранов, она права. Совсем недавно я стал задумываться, почему не знаю, что мы не по людски себя ведём. Ну, вот зачем так с Надей Ковровой? Она же ничего никому плохого не сделала, а мы опозорили её, осмеяли, затравили. Девчонка подружиться с нами хотела, доверчивая, да разве наши класс примет её? Нет. Обязательно какую-нибудь пакость сделают. Так и случилось, сначала поспорили на неё, после девчонки ей тёмную устроили, типа Катя заоевновала Мира, парня своего, короче избили её девчонки, ну а Мир типа пожалел. Наутро фотки в группе, подписи, одна пошлее другой, смех. Надьку оплевали. Никто с ней за парту не садился, да и вообще разговаривать даже перестали.
Лежал до вечера, пока ужинать не позвали, Лариска тоже вышла к ужину, вела она себя, кстати, свободно, ни на кого не обращая внимания. Сидели мы напротив друг-друга, нет, это что то, разве так можно надо мной издеваться. Я есть не мог, хотел уйти из-за стола. Как она ела, так наверное только королевы едят. Где научилась? Непонятно. При чём я смотрел на её губы и мне хотелось вместо ужина их облизать и даже откусить чуть-чуть. Она так сексуально двигала ими, я не видел ни разу ни у кого, чтобы настолько было красиво и привлекательно.
— Лариса, как тебя в классе приняли? — Поинтересовался отец, а мне интересно стало, что она скажет в ответ.
Девчонка пожала плечами.
— Как новичков принимают в классе? Насторожённо, конечно, некоторые вообще недовольно. — Многозначно ответила Лариса.
Ах, ты сводная, меня что ли имеешь в виду? Ну-ну, я ещё поговорю с тобой сегодня, Ты мне ответишь за свои слова.
— Ты как? — Спросил меня отец. — Я тебе сказал, смотри за Ларисой.
Я промолчал, а Лариска даже есть перестала, посмотрела на отца, потом насмешливо на меня, и обратилась снова к отцу.
— Герман Алексеевич, я не маленькая, и смотреть за мной не надо.
— Ты девочка, и кто то должен защищать тебя. — Не отставал отец. — Обидеть могут, знаю я их класс, и их школу.
— Не надо меня защищать, я сама за себя постоять сумею, пусть попробует обидеть кто-нибудь, не обрадуется. — Ответила Лариса. — Не беспокойтесь, жаловаться не буду на обидчиков, и плакать тоже.
Я усмехнулся, посмотрим как ты плакать не будешь, когда Фил или Ярик натянут тебя, да фотки голышом выставят на посмешище. Вот тогда заплачешь.
— Ну хорошо, смотри сама, а ты. — Это ко мне отец. — Всё-таки смотри Даниил, в обиду никому не давай, мы не чужие.
Я снова промолчал. Как я за заступаться буду, если например девчата её начнут травить? Я же не полезу в их разборки. Ладно посмотрим, со стороны всегда интересно посмотреть, если уж чересчур начнут, придётся внушение сделать, а то наши девчонки иногда меры не знают.
После ужина, я решил что надо осадить немного сестру, а то уж больно сильно смелая. Но с другой стороны мне нравилось, что в ней нет никакого жеманства и притворства, говорит что думает, ведёт себя естественно. Даже немного дерзковато, но в этом тоже есть какой то шарм.
На этот раз я постучал в дверь.
— Входите. — Тихо прогласила сестра, наверное не меня увидеть ожидала. Скривила губы, но промолчала.
— Значит защитник не нужен? Хммм. — Хмыкнул я. — Смелая стала?
— Нет, не нужен. Я привыкла сама решать свои проблемы, ещё и не такие. Эти по сравнению с теми-мелочи. У тебя всё?
— Смотри не плачь после…
— После чего? Натравишь шавок своих на меня? Я тебе так скажу, лучше меня не трогайте, сами рады не будете. — Девчонка уставилась на меня злыми глазами в которых чёртики плясали.
— Никого я травить на тебя не собираюсь, а ты немного язык прикусывай, не дерзи сильно.
— Мне дерзить будут а я молчать значит должна, такие как этот Ярослав, что подходил сегодня ко мне, заслуживают не только дерзости но и…
Она не успела договорить, зазвонл её телефон.
— Алло? Привет Никит, слушай я сейчас занята немного, минуть через пять перезвони. — Ей что то ответил, какой то Никита. Поцеловал что ли? Она ему улыбнулась. — Я тебя тоже.
— Кто это тебе звонил, Турбин что ли? — Неужели Никиту Турбина знает?
— Кто? — Лариса удивлённо посмотрела на меня. — Не знаю такого. Мне звонил… скажем так друг, одноклассник, ну и… в общем, не твоё дело.
— Одноклассник, это с той твоей школы. — Понял я. — Ну, договаривай что сказать хотела?